Чтение онлайн

Фермер не знал, что ответить. Он был озадачен подарком.

— И, я надеюсь, вы правы. Ящерам скоро придёт конец.

"Или конец придёт мне" — добавила она мысленно.

Дизу про кулон не сказала. Ближе к вечеру, когда ферма осталась далеко позади, Софи поинтересовалась:

— Звёздный Город уже близко, да?

Она могла бы не спрашивать. По участившимся мелким селениям, фермам и некогда шикарным усадьбам, девочка прекрасно видела — они приближаются к столице. Да и движение заметно возросло. Многие ехали в город, чтобы встретить там праздник. Кто-то шёл пешком. Также стали чаще встречаться военные патрули. Один раз даже пришлось отвечать на расспросы — кто такие, куда едете и так далее. Но Диз отлично справился — всё-таки, они с Софи мало чем отличались от сотен других паломников, направляющихся в столицу.

— Близко, — подтвердил мужчина. — Завтра-послезавтра въедем в пригороды. Как раз успеем к празднику.

— Я просто беспокоюсь насчёт Ника. Думаете, с ним всё в порядке?

— Ну да, — пожал плечами Диз. — А что с ним может случиться? Молониус в банке заспиртует?

— Диз!

— Ладно, в этот раз я пошутил неудачно. Я совсем забыл, что он твой друг.

Софи опустила глаза. Тихо произнесла:

— Я боюсь, он так и не появится. Страхи возьмут верх. Или что-то плохое случится — пираты его поймают или…

Диз положил руку ей на плечо:

— Рейн нас не подведёт. Помнишь уговор? Даже если Ник по каким-то причинам тебя бросит, птицечеловек всё равно прилетит. Уж в кого, а в него я верю на все сто процентов.

— А разве он не должен был уже нас нагнать? Времени прошло достаточно.

Диз какое-то время молчал.

— Ты права. Должен был. Но обстоятельства могут быть разными. Возможно, Молониус затянул с изготовлением инта. Или что-то стряслось с кораблём. Но это всё маловероятно. Скорее всего, Рейн посчитал нужным вмешаться чуть позже. Когда мы уже будем в столице. Мало какому летуну сейчас дозволено просто так разгуливать по Звёздному Королевству. Сама понимаешь, документов у Рейна нет.

Софи кивнула. И грустно-прегрустно вздохнула. Как-то всё неправильно складывается. Ника рядом нет, невозмутимого Рейна — тоже. Конечно, даже если те их не догонят, Диз всё равно что-нибудь придумает. С оружием птицечеловека он сумеет протолкнуть Софи на Трибуну Справедливости — тогда вся площадь увидит звёздный вихрь и ящерам конец. Но шансы заметно уменьшаются. Ведь кто знает, что их там ждёт? Может, Трибуну предусмотрительно оцепили, а народные гуляния в этот раз и вовсе отменят?

И чем ближе они подъезжали к Звёздному Городу, тем сильнее Софи ощущала, как её сковывают страхи и опасения.

* * *

— Кажется, живой.

— Ты уверен, крылатый?

— Он лапкой дёрнул. И даже дышит теперь более явно.

— Это могут быть предсмертные судороги.

— По крайней мере, сейчас он выглядит лучше, чем раньше.

Ник застонал, отгоняя темноту. Пошевелился. Открыл глаза.

— Ты живой? — спросил нависший над ним Молониус.

— Мёртвый, — ответил Ник.

Старый маг посмотрел на Рейна — тот тоже стоял рядом. Победоносно улыбнулся:

— Видишь — мёртвый. Как я и говорил!

Рейн Колт нахмурился:

— Поосторожнее с шутками, Молониус! Это по твоей вине он чуть крылья не склеил. Гром и молнии! Зачем было кормить его этой дрянью?

Маг затряс бородой и уже открыл было рот, чтобы ответить, как Ник застонал с утроенной силой:

— Тише!

И обхватил голову руками. Крепко зажмурился, прогоняя боль — такое чувство, будто веселящих улиток нажрался, от них тоже потом мозги раскалываются. Какое-то время так и лежал. Потом убрал руки, открыл глаза. Даже попытался сесть — удалось с третьей попытки, голова сильно кружилась. Да и общая слабость вдруг навалилась — словно он не питался несколько дней.

Так, всё в порядке. Живой. А это уже хорошо.

Ник напел несложную мелодию, и боль ушла — правда недалеко. Слабость тоже посторонилась.

— Что произошло? — спросил мурр, глядя сначала на Молониуса, потом на Рейна. — Я что, фруктами отравился?

Птицечеловек ответил первым:

— Не фруктами, а грибами. Той вонючей кашей, которую дал тебе этот старик. Ты едва не умер. Три дня пролежал без сознания, мне пришлось вливать тебе в рот воду, чтобы не было обезвоживания.

Рейн замолчал. Сердито посмотрел на Молониуса — тот сейчас выглядел не таким безумным, как раньше, а, скорее, усталым, помятым и, что вполне логично, — старым.

— И чего ты этим добился, маг? — спросил летун сурово.

— Я отдал ему свои силы! — возмутился колдун. — Сам едва не помер — всё-таки, не молод уже. Но без моей помощи, не вышло бы у Ника так сконцентрироваться. И видения были бы бессмысленными. А так, он увидел многое…

— Видения? — переспросил мурр.

Стала возвращаться память. Эта грибная каша прошлась ураганом по внутренностям черепной коробки, и теперь всё находилось не на своих местах. Впрочем, порядок быстро восстанавливался.

Ник вспомнил, кто он. Вспомнил последние события своей жизни — День Взросления, знакомство с Софи, приключения в небе и на островах. А потом — ссору, изготовление нового инта и расширение сознание из-за безумного колдовства Молониуса.

— Три дня, говорите? — пробормотал Ник.

И тут он вспомнил видения.

— Они живы! — заорал мурр. Так громко, что отшатнулся даже вечно невозмутимый Рейн. — Живы! Живы!

— Спокойнее, полосатый!.. Кто живы? Софи и Диз?

— И они тоже! Но я про своих. Про свою семью!

И пустился в пересказ видений. Про выживших мурров, про машину смерти, про Шэсска, готовящего демонстрацию прямо во время праздника, про убитого Зоаха, про Софи, которая сейчас больше похожа на мальчика, чем на девочку, про…

Выходило сумбурно, и Ник сам быстро запутался в своих же словах.

— Стой, — поднял руку Рейн. — Сейчас Молониус принесёт свежих фруктов, ты поешь, наберёшься сил и расскажешь всё по порядку. Так, чтобы мы поняли.

Ник кивнул. От слабости и восторженного пересказа он тяжело дышал. Да, Рейн прав, надо поесть.

Тут Ник подпрыгнул, будто ему на хвост наступили:

— Три дня прошло! Мы должны спешить! Праздник вот-вот начнётся!

И если бы Рейн не схватил его в свои узловатые руки, Ник умчался бы в коридор, к кораблю.

— Тише! Ты отчего такой дёрганный стал? Совсем как Молониус!

— Мы должны спешить!

— Снаружи ночь. Я собирался вылетать на рассвете, через несколько часов. Думал, ты не очнёшься. Сомневался: то ли оставить тебя здесь, а позже вернуться, то ли взять с собой. Хорошо, что ты пришёл в себя. Софи бы не понравилось увидеть тебя без сознания. Или вовсе мёртвым — я же не знал, что ты выкарабкаешься.