Чтение онлайн

Бен коротко рассмеялся и, ловко кузнечиком, отпрыгнул за ближайшее дерево. Зрелище было настолько комичным, что я не удержалась и тоже рассмеялась.

– Ну вот, хоть повеселели, – с облегчением сказал он, выглядывая из-за ствола. – А то совсем страшно стало смотреть.

Он и раньше не раз пытался меня подбодрить, но, если честно, получалось не очень. Да и вряд ли могло получиться. Я чувствовала себя жалкой и беспомощной, до такой степени, что порой просто опускались руки.

В тот день я всё же привела свой план в действие. Ранним утром отправилась к законнику. Тучный мужчина с закрученными усами, едва выслушав мою просьбу, засыпал меня вопросами. Был ли заключён письменный договор? Самостоятельно ли я передавала деньги, без принуждения? Жестоко ли обращался учитель с учеником? Обговаривали ли мы чёткий план занятий? И главное – имеется ли у него эль-узо, то есть официальное разрешение мага на практику и использование магии в коммерческих целях?

Что я могла ответить? Я знатно опростоволосилась.

Единственное, за что можно было попробовать зацепиться, – мошенничество и завышение реальной стоимости материалов. Но доказать это было чертовски сложно. Его, как и меня, могли ввести в заблуждение поставщики. А главное, моё обвинение в том, что он не обучил сына магии, разбивалось о простой факт: договора не было, магию он официально не применял и, следовательно, закон не нарушил. Фактически, он просто был… нянькой. Дорогостоящей нянькой.

«Без бумажки ты – какашка», – эта поговорка оказалась верной и для этого мира. Именно так я себя и чувствовала всё последующее время. Никакие доводы, что я не знала, не могли меня успокоить. Горький осадок остался: будь на моём месте мужчина высокого положения, да ещё и маг, шестерёнки закона провернулись бы в нужную сторону мгновенно.

Неудивительно, что ни в доме Бродонса, ни в его съёмном «леднике» никого не оказалось. Я упрямо навещала пустое жилище ещё раз пять, пока наконец не поняла окончательно – он сбежал. И тогда я начала в спешке продумывать наш путь в Бармар.

И вот теперь мы трясёмся в дилижансе – общественном транспорте, курсирующем между городами. Нечто вроде здешней электрички, только на конной тяге.

Из-за этого в каждом населённом пункте приходилось пересаживаться на новый маршрут. Мы уже совершили две такие пересадки, впереди было столько же. Все неудобства – духота, толкотня, тряска – перекрывал лишь один фактор: дешевизна. А он, по милости Бродонса, стал для нас решающим.

– Остановка закончилась! Прошу всех внутрь! – прокричал кучер.

Пришлось вскарабкиваться в душную кибитку и занимать свои места на твёрдой, нещадно продавленной скамье. «Когда же это кончится?» – думала я с тоской, хотя в пути мы были всего полдня.

Я посмотрела на Кевина. Он, как маленький джентльмен, пропустил вперёд пожилую даму, а затем, отказавшись от помощи Бена, с трудом, но самостоятельно забрался следом.

Какой же он у меня чудесный! И от этой мысли на сердце становилось ещё горче. Он явно расстроился из-за внезапного отъезда, который последовал сразу после того, как он поделился со мной «секретами» учителя. Хоть и не знал истинной причины, но чувствовал связь. И расстраивался вдвойне. Ведь мистер Бродонс ему искренне нравился, а я сначала дала, а потом сама же и отняла любимого учителя.

Теперь сын на меня злился. Не по-детски, не надувая губ и не закатывая истерик, но я чётко ощущала, как между нами выросла невидимая, но очень плотная стена.

Наконец самый длинный отрезок пути завершился. Мы остановились в постоялом дворе, который порекомендовал кучер. Кое-как освежились, поужинали скудной похлёбкой и рухнули спать, чтобы с первыми криками петуха уже стоять на пыльной площадке – месте стоянки дилижансов.

В это время работники только просыпались и еле волочили ноги, но я надеялась уехать самым ранним рейсом.

Потрёпанный жизнью и ранним подъёмом возница недовольно хмыкнул в нашу сторону, но начал ворча готовить лошадей и проверять колёса. Видимо, надеялся, что на этот маршрут в такую рань никто не появится. Но явились мы.

Ранняя поездка оказалась легче. Кроме нас, желающих уехать не нашлось, поэтому в кибитке было просторно, а воздух – свеж. Можно было даже свободно разлечься на скамьях.

Монотонный грохот колёс и покачивание начали меня убаюкивать. Я уже почти погрузилась в дремоту, когда какой-то неясный шум снаружи заставил мгновенно встрепенуться. А следом дилижанс дернулся и замер с достаточно резкой, непривычной остановкой.

— Что там такое? — я вскочила с места, готовая выпрыгнуть и разобраться.

— Миледи, вам лучше остаться здесь, — неожиданно твёрдо остановил меня Бен, и в его позе и в интонации промелькнула тень взрослого человека. — Я посмотрю.

Он ловко спрыгнул с подножки и растворился впереди, за поворотом дороги. С моего места не было видно ровным счётом ничего, да и откровенно трусливо не желала. Я лишь крепче прижала к себе Кевина, уткнувшись лицом в его мягкие волосы, и глубоко вдохнула тёплый, родной запах чтобы успокоиться.

К счастью, новых пугающих звуков не последовало. Доносились лишь обрывки какого-то разговора, переходящего, кажется, в негромкий спор. Но до драки, судя по всему, не доходило.

Я уже собралась было выйти и наконец всё выяснить самой, как перед кибиткой возник Бен.

— Миледи, — отчего то недовольно начал он. — Вам стоит лично переговорить с этими господами. Я не вправе решать за вас.

— Решать… что? — я не совсем поняла его, но послушно спустилась, приняв протянутую для опоры руку. — Присмотри за Кевином, — бросила я на прощание и, с непонятным, сжимающим сердце предчувствием, поспешила вперёд, туда, где на дороге замерла странная группа людей.

У поваленного дерева, преграждавшего дорогу не полностью, но вполне успешно для дилижанса, стояли четверо спешившихся всадников. Они, судя по всему, могли бы легко проскакать верхом, но теперь созерцали массивный ствол с видом лёгкого раздражения. Их сюртуки были аккуратно сброшены на поляну, рукава рубашек закатаны, выдавая недавние, но безуспешные попытки сдвинуть преграду.

Первым меня заметил молодой человек, пока остальные разглядывали дерево.

— Миледи, ваш слуга сообщил, что вы путешествуете с сыном без сопровождения, — произнёс он с галантной озабоченностью, подходя ближе. — Мы хотели бы предложить нашу помощь, чтобы вы скорее добрались до города.

— Благодарю за заботу, — вежливо кивнула я, — но, если судить по вашему виду, преграда оказалась… несговорчивой. Как именно вы намерены помочь?

Едва слова слетели с губ, как я поняла оплошность. Указывать мужчинам, тем более незнакомым, на их несостоятельность — дурной тон. Я поспешила исправиться, слегка опустив взгляд.

— Прошу простить мою прямоту. Забыла представиться. Я…

— Кэтрин? — голос, прозвучавший со стороны дерева, был полон неподдельного изумления. — Вот так встреча!