Манекен за столом. Роман-антиутопия. Часть 1
Шрифт:
Досуг сказал, где. Я покивал.
– Вот по чему я буду плакать, так это пляж, - сказал Досуг.
– Это не пляж, а сказка.
– Да...
– сказал я.
Мимика молчала. Лагуна тоже молчал.
– Может, вы есть хотите?
– вежливо предложил я.
– Или пить?
– Нет, нет, - сказала Мимика.
– Мы...
– она быстро посмотрела на Досуга, - не хотим. Мы ели.
– Да, мы ели, - сказал Досуг.
Я молчал, раздумывая. Все тоже молчали, как воды в рот набрали. Вот ведь люди, подумал я. Ну что за люди.
– Лагуна, - сказал я, - а может, пойдем, присоединимся к Корке? Все вместе.
– Это в такую-то жару? Пешочком? Нет, не хочется.
Ну, подумал я, тогда я все сказал. Дикобраз водил мордой, сгоняя мух. Он равнодушно скользил взглядом желтых глаз, трогательно шевеля бровями, по лицам гостей. Если бы они выразили желание уйти, я бы не стал удерживать.
Досуг словно угадал мои мысли. Он встал, нерешительно посмотрел на меня, на Мимику.
– Мы пойдем, наверное...
– А вы куда?
– спросил Лагуна.
– На станцию, куда же, - сказал Досуг.
– Пока то, да се... А еще надо прибраться.
– Когда же вы уезжаете?
– спросил я.
– Когда?
– озадаченно сказал Досуг.
– Я же говорю, пока все не будет готово к переезду.
– Он подумал.
– Завтра, послезавтра... Не раньше.
– Н-да, - сказал я.
– Ну, пока. Я, если вы не против, зайду к вам. Попрощаться.
– Да что ты, в самом деле!
– заулыбался Досуг.
– Какой разговор! Еще бы ты не пришел. Приходи обязательно.
Я кивнул. На Мимику и Лагуну я не смотрел.
– Пока, - сказал я им у ворот, улыбнулся и, повернувшись, пошел в дом.
У себя в комнате я не стал включать музыку, чтобы не уснуть, как всегда, а взял толстую книгу и стал читать. Книга была по биологии. Я внимательно разглядывал иллюстрации и схемы. Обычно я могу долго разбирать вот так все подряд.
Но сегодня меня надолго не хватило. Я отложил фолиант и задумался.
Матери не слышно, или отдыхает, или укатила куда-нибудь. Она немного обиделась, что я не был дома в тот вечер, когда она устраивала прием. Она дулась некоторое время и сказала, что я еще пожалею. Я поинтересовался, почему это я пожалею. "Пожалеешь, пожалеешь, - сказала мать.
– Тут такие девушки были". Свет клином сошелся на этих девушках. С ними и поговорить-то не о чем.
Потом я подумал, что хотел сходить в джунгли за большой змеей. Когда я только узнал о ней, я просто места себе не находил. Я так хотел поймать большую змею. Она мне мерещиться стала. Потом мы с Лагуной ее высматривали, устраивали засады, но все впустую. Потом мы решили идти искать гнездо, и я немного остыл. Но все равно, я очень хотел поймать большую змею.
Я стал думать, с кем пойти. Лагуна деморализован, ему не змея нужна, а змей. Искуситель. Я мысленно перебрал всех знакомых и вздохнул. Где-то там, под беспощадным солнцем, разбили свой бивак Корка с девушками. Поеду к ним, решил я. Витамина могло и не оказаться дома. У них же все приготовлено. Я замер, предвкушая удовольствие, которое меня ожидало. Поныряю, подумал, я.
Я так люблю нырять в эти океанские пропасти. Я потянулся. За окном послышалось рычание, сдавленное и грозное, а потом голос сказал: "Брысь, лишенец!", и в проеме раскрытого окна моей комнаты вырос Лагуна. Я оторопел.
– Ты чего это?
– спросил он подозрительно, глядя на мое лицо.
– А... так. Я ничего. А ты чего?
Лагуна мрачно смотрел на меня исподлобья.
– У тебя что-то случилось?
– спросил я обеспокоенно.
Он молча покачал головой.
– А как же Мимика?
– прямо спросил я.
– А!
– сказал Лагуна и махнул рукой.
– Они там по голову в делах.
– Помог бы, - ехидно сказал я.
– Что мешать, - сказал Лагуна.
– Вот и забудь, - сказал я.
– Идем, отметим это дело.
– А у тебя что-то есть?
– спросил Лагуна.
– Сейчас увидишь...
– сказал я загадочно.
Мы пошли в гостиную. В ней царила прохладная полутьма. Пожалуй, даже было зябко как-то.
Я достал из бара набор "Моржа" и извлек из него бутылочку.
– Видал?
– сказал я Лагуне.
– О!
– сказал он с уважением.
Королевский набор был подарен недавно матери одним джентльменом безукоризненных манер. Мы вернулись в мою комнату, захватив фужеры, и разлили зеленоватую жидкость, ароматную и прозрачную, как водичка. Потом столкнули фужеры и выпили.
– Ха!
– сказал Лагуна, выдыхая.
– Что надо. А...
– он поискал глазами.
– Заесть нечем?
– Сейчас будет, - сказал я.
Лагуна взял в руки бутылку и стал разглядывать микстуру на свет, щуря один глаз, потом, как неграмотный, принялся шевелить губами, читая на этикетке, как таинственные письмена, содержащие некую премудрость.
Я сбегал на кухню и приволок здоровенный кусок окорока и хлеб в глубокой тарелке.
– Прекрасно, - сказал Лагуна, становясь спокойным, сосредоточенным и деловитым.
– Хлеб взял? Ага. Ну, давай, закусим.
Я вздохнул.
– Слушай, Лагуна, - сказал я, - ты что, есть собрался?
Лагуна воззрился на меня.
– Что здесь есть?
– сказал он.
– Ну, как знаешь, - сказал я и стал разрезать окорок на части.
– Все будет в порядке, - заверил меня Лагуна, выставив ладонь.
Мы быстро выпили бутылочку, и я пошел за второй.
– Мимика уезжает, - сказал Лагуна.
– Ты знаешь, да?
– Знаю, - сказал я.
– Уезжает, - повторил Лагуна, уныло глянув на руки.
– Слушай, - сказал я и спросил то, чего никогда не спрашиваю: - Что у тебя с ней?
Лагуна уставился на меня.
– Ты хочешь знать?
– спросил он, глядя в упор из-под круглых бровей.
– Правда, хочешь?
– Ну да, - сказал я.
– Раз спросил.
– Наверно, я влюбился, - заявил Лагуна.
– Знаешь, Пик, вот так вот сижу с ней и... коснуться боюсь... так это все... знаешь...
– Ладно, не плачься только, - сказал я тоном, который не обидел Лагуну. Он успокоился и сказал:
– Извини, не буду.
– Разберешься, - сказал я.
– Я тебя понял.
– Забудем про это, - сказал Лагуна.
Я не понял, про что "про это", но не спрашивал. Отношения влюбленных похожи на болото. Увязнешь по уши.
Лагуна приналег на окорок. Тот таял на глазах. Я ел немного, и чувствовал, что опьянел. Будто преодолелся какой-то барьер, и я стал другим.
– А ну хватит жрать, - сказал я.