Марина Цветаева. Письма 1937-1941
Шрифт:
Я ее сейчас считаю способной на все.
Итак: у нее голубой берет (готовый) и коричневый (начатый), т. е. два коричневых мотка. Материал дорогой и я совсем не хочу его терять. Со мной она повела себя на редкость хамски.
Очень прошу, когда выручите, переслать мне все это посылочкой echantillon recommande{31} (розовая почтовая бумажка), я мгновенно возмещу марками, либо — если Вам придется уплатить ей 4 фр<анка> — все вместе деньгами.
А<настасия> Евг<еньевна> — хамка потрясающая. Так обидно, что нечем ее наказать.
Обнимаю Вас всех и прошу прощения за неприятное поручение, но сейчас ехать самой мне очень трудно.
МЦ.
<Приписка на полях:>
Она на мне заработала около 200 фр<анков>. А коричневый берет ею взят в вязку уже добрых шесть недель, а может быть и все 2 месяца. Она — хамка. Но Вы это знаете!
Печ. впервые по копии с оригинала, хранящегося в архиве Дома-музея Марины Цветаевой в Москве.
26-37. В.В. Вейдле
Vanves (Seine)
65, Rue J<ean->B<aptiste> Potin
26-го мая 1937 г., четверг [109]
Дорогой Владимир Васильевич,
Очень тронута неизменностью Вашего участья [110] . — Ничего не получила, — они наверное думают, что на гонорары существует давность и что она — прошла. Но написала я им еще до давности — с месяц назад — и тоже ничего.
109
Описка Цветаевой. Четверг в мае 1637 г. приходится на 27 мая.
110
См. коммент. 11 к письму Л. Жилу от января 1937 г. В журнале «La Vie Intellectuelle» были напечатаны два перевода Цветаевой: «Песня Председателя из „Пира во время чумы“» и «Няне» (Paris. 1937. Vol. XLVIII. № 2. С. 316–318).
Если Вам не трудно, возьмите у них за меня и известите — мне гораздо приятнее получить от Вас и у Вас, чем не– получить в редакции, в которую я совсем не знаю как ехать. (А м<ожет> б<ыть> и редакции уже нет? Т. е. журнал давно кончился и «directeurs»{32} поделили между собой письменный стол, табурет, машинку и остающиеся экземпляры?)
Жду весточки, сердечно Вас благодарю, приношу извинения за заботу и приветствую.
МЦ.
Впервые — ЛО. 1990. № 7. С. 104. СС-7. С. 638. Печ. по СС-7.
27-37. А.К. и О.Н. Богенгардт
Vanves (Seine) 65, Rue J<ean->B<aptiste> Potin
29-го мая 1937 г., суббота
Дорогие Антонина Константиновна и Ольга Николаевна!
Оба письма получила, большое спасибо, очень смущена обременением вашей, и без того трудной жизни. (Ан<астасия> Евг<еньевна негодяйка, повторяю без всякой для себя пользы, но с усладой.)
Но сама за беретами приехать никак не могла, п<отому> ч<то> села за переписку большой рукописи для новою (дальневосточного) журнала [111] , — работа срочная, а времени для нее почти нет, весь день занят домом. А тут еще моль залетала — пора все нафталинить, и т. д.
Как только немного освобожусь — окликну и сговоримся о встрече. Радуюсь хотя маленькому, но все же нужному денежному притоку (тетя) и надеюсь, что она не слишком будет капризничать [112] .
111
Цветаева готовила к изданию свое эссе «Пушкин и Пугачев» для журнала «Русские записки», который печатался в это время в Шанхае на средства местной русской эмиграции. См. коммент. 5 к письму А.А. Тесковой от 14 июня 1937 г.
112
О каком «денежном притоке (тетя)» идет речь, установить не удалось.
Да, очень важное! Не соберутся ли Ольга Николаевна и Всеволод на вечер пушкинского романса [113] 8-го, под патронажем Александра Бенуа [114] . Будет очень хорошее (русское и франц<узское>) пенье: и Глинка, и Бородин, и совр<еменные> композиторы, — голоса хорошие. Потом я почитаю свои франц<узские> переводы. Билет мне дадут даром, п<отому> ч<то> я гонорара за выступление не получаю для души — в чудной зале, где сидят не рядами, а вольно. Хотите? Только, тогда, ответьте сразу, чтобы я успела известить устроителей и добыть билеты.
113
8 июня 1937 г. в помещении американской церкви (65, quai d’Orsay, 7-е) состоялся Пушкинский вечер, устроенный русско-французской группой. С докладом выступил Г. Адамович. М. Цветаева прочла свои новые французские переводы. В концертной программе романсы на стихи Пушкина пели Пола Физель и О. А. Гартман, аккомпанировал Ф. Гартман (Марина Цветаева и Франция. 2014. С. 114).
114
Бенуа Александр Николаевич (1870–1960) — живописец, график, историк искусства, художественный критик. В анонсе и афишах его участие в патронаже вечера указано не было.
Пенье, музыка, немножко стихов. Вечер — чтобы познакомить французов с Пушкиным.
Жду ответа. Если да, адрес узнаю и сообщу, так же как и точный час, а м<ожет> б<ыть> и программу достану.
МЦ.
Целую и благодарю
<Приписка вверху на полях на первой странице листа:>
P.S. Как только получу береты, вышлю марки.
<Приписка вверху на полях на обороте листа:>
P.S. Мы 65, Rue J<ean->B<aptiste> Potin, а не 33 (33 был раньше, но уже 2 года как сменили).
Печ. впервые по копии с оригинала, хранящегося в архиве Дома-музея Марины Цветаевой в Москве.
28-37. А.А. Тесковой
Vanves (Seine)
65, Rue J<ean->B<aptiste> Potin
14-го июня 1937 г., понедельник.
Дорогая Анна Антоновна! Смотрю на Ваш Мариенбад и вижу — гётевский. («Ваш — в кавычках: гётевский и есть — Ваш!)
<«>Ist denn die Welt nicht ubrig? Felsenwande Sind sie nicht mehr gekront von heiligen Schatten? Die Ernte, reift sie nicht? Ein grun Gelande Zieht sich’s nicht hin am Fluss durch Busch und Matten? Und wolbt sich nicht das uberwertlich Grosse, Gestalenreiche, bald Gestaltenlose?» {33} [115]Этим он тогда утешал себя от нее, этим он сейчас утешает нас от них (всех: тайных советников, пролетариев, жирных тел, злобных толп, семиэтажных гостиниц… вместо тех домиков…)
115
Из «Элегии» Гете, получившей название «Мариенбадской». Написана в 1823 г. в Мариенбаде, как отклик 75-летнего поэта на свою любовь к 19-летней Ульрике фон Левецов. В машинописной копии В.В. Морковина цитата приведена с ошибками, которые нами устранены по оригинальному тексту Гете.
Была на выставке. Эти фигуры — работа женская [117] . Сов<етский> павильон похож на эти фигуры: есть — эти фигуры. А немецкий павильон есть крематорий + Wertheim {35} . Первый жизнь, второй смерть, причем не моя жизнь и не моя смерть, но всё же — жизнь и смерть. И всякий живой — так скажет. Видела 5 павильонов — на это ушло 4 часа — причем на советский добрых два. Если интересно — обещаю написать подробно. (А, догадалась! Первый — жизнь, второй — мертвечина: мертвецкая.) Павильон не германский, а прусский и мог бы быть (кроме технических новоизобретений) в 1900 году. Не фигуры по стенам, а идолы. Кто строил и устраивал???
116
Из той же «Элегии». В вольном переводе В. Левика эта строка вместе с ее продолжением: «Ins Herz, zuruck! Dort wisst du's besser finden, / Dort regt sie sich in wechselnden Gestalten» выглядит следующим образом: «Она верней в твоем воображенье — / Подобна той, но каждый миг другая» (Левик В. Избранные переводы: В 2 т. T. 1. М.: Худож. литература, 1977. С. 102).
117
Письмо Цветаевой было написано на трех открытках, две из которых были посвящены проходившей в Париже Всемирной выставке. На одной фотография входа в Советский павильон, где была установлена скульптурная группа Веры Игнатьевны Мухиной (1889–1953) «Рабочий и колхозница» (1937); на другой — павильон Германии, расположенный напротив (см. Фотолетопись. С. 276).