Чтение онлайн

— Ладно. Пошли, покажу комнату.

Комната была небольшой, с одним окном во двор-колодец. Простенькая железная кровать с безупречно заправленным бельём, стол, стул, платяной шкаф. Ничего лишнего. Но и здесь — тот же идеальный порядок. Стекло на окне блестело, на подоконнике стоял горшок с геранью.

— Ванная общая, через зал. Горячая вода — с семи до десяти вечера. Туалетная бумага — своя. Ключ один, потеряешь — сам будешь новый заказывать. Плата — первого числа. Без задержек. Всё ясно?

— Всё. Спасибо вам.

Она ещё раз окинула комнату и меня взглядом, будто проверяя, не нарушил ли я уже что-нибудь одним своим присутствием.

— Ужин в семь. Если опоздаешь — останешься без ужина, — и немного подумав, чуть теплее добавила: — Сейчас воду поставлю — чаю попьем.

Она вышла, закрыв за собой дверь.

Я облегченно выдохнул. Такого допроса я точно не ожидал, но, кажется, справился.

Я снял пиджак, аккуратно повесил его на спинку стула. Присел на кровать. Пружины не скрипнули. Здесь даже кровать подчинялась общему закону порядка. Впрочем, это гораздо лучшего той квартирки, что я снимал у Анфисы Петровны. Тут тихо и спокойно. Что еще нужно после трудного рабочего дня в Архиве, где тебя на каждом углу поджидают то Инспектор, то Лыткин, то монстры?

В дверь постучали.

— Алексей, вода вскипела, пошлите пить чай.

А вот это хорошая идея! С обеда ничего не ел.

В кухне уже все было накрыто. И все та же идеальная чистота.

— Садись, — кивнула Тамар Осиповна на стул. — Я булочек напекла, с яблоками и корицей.

Мы сели.

— Так ты значит в Архиве работаешь? — спросила старушка, наливая мне чаю в чашку.

— Работаю, — кивнул я, принявшись уминать булочки — уж очень они вкусные оказались.

— Ну как там?

— Нормально.

Старушка покивала. Было видно, что тема Архива ей явно интересна — кажется, Костя говорил, что она и сама когда-то там работала.

— А Семен Семенович на пенсию не ушел?

— А вы знаете Непомнящего? — оживился я.

— Знаю?! Еще как! — старушка улыбнулась. — Много кого там знаю. А с Семой мы начинали, вместе на службу поступили даже в один день. Сейчас, подожди…

Она встала, вышла. Долго громыхала где-то в гостиной, потом принесла громоздкий фотоальбом. Раскрыла его, пролистала свои детские фотографии.

— Вот.

Она показала пожелтевший снимок.

— Это наш отдел, — она провела пальцем по рядам лиц. — Федор Степаныч, начальник, бывало, выпивал, но справедливый. Перешел потом на другую службу. Татьянка, душа нараспашку, вечно теряла ключи от картотеки. А это…

Она показала на молодую девушку, стройную, с косичками, смотревшую в объектив с умной, сосредоточенной строгостью.

— Это я. А это…

Её палец передвинулся в другую сторону, замер на молодом человеке с худощавым, умным лицом и внимательными глазами. Он стоял чуть в стороне.

— А вот Сема. Семён Семёныч Непомнящий, — голос Тамары Осиповны смягчился на полтона. — Лучший знаток старославянских вязей во всём отделе. И самый безалаберный в быту человек. Чернильницу мог опрокинуть на инвентарную книгу, пуговицы терял. Зато в тексте мог найти ошибку, которую три эксперта пропустили.

Она перевернула страницу. Вот они уже вместе, стоят у стеллажа, оба с книгами в руках. Она что-то показывает ему пальцем, он улыбается — редкой, лёгкой, по-юношески застенчивой улыбкой.

— Понимали друг друга с полуслова, — сказала она. — Он был… честным. До глупости. Если что-то было не так в описании, в классификации — он шёл напролом, не смотрел на начальство. Его карьера из-за этого и не сложилась. И как видимо остался до сих пор архивариусом. У него и амбиций никогда никаких не было. Просто работу свою любил. А я… проработала столько лет, да на пенсию пошла… Раньше времени… обстоятельства вынудили.

Она поспешно перевернула ещё несколько страниц.

— А вот Катя. Мы с ней подружки были. Вот Марта Андреевна, хорошая женщина, в том году умерла, язва у нее была. А вот… — она вдруг запнулась. — Алина… Хорошая работница, тоже подружка моя. Жалко, конечно, девчонку, — вздохнула старушка. — Хорошая была, умница.

— Алина?

— Да у нас работала. Вот она, — старушка протянула мне снимок. — Звали ее Алина, но все с первого дня ее начали называть ее Лина. Ей так шло это имя!

Я глянул на снимок… и на мгновение потерял дар речи. На нем была изображена красивая девушка с белыми волосами. Та самая Лина, виртуальная помощница Архива… Совсем еще не искусственный интеллект, а вполне обычный живой человек.

Утро в офисе началось не с кофе и ни с привычного обсуждения последних слухов и новостей. Лишь кроткие взгляды из-за монитора, да приглушенный стук клавиатур. И причина такому поведению сотрудников была прямо перед ними.

Инспектор Бергер.

Он прогуливался между столами, а рядом семенил Лыткин, похожий на перепуганного пуделя.

— … а здесь у нас отдел систематизации, а вот там — каталогизации, да, вот они, молодцы работают, не отвлекаются, а вот дальше будет… — лицо Лыткина покрылось испариной, а голос звучал высоко, словно ему что-то больно прищемили.

Синие глаза Бергера, эти куски арктического льда, скользили по шкафам, по лицам, не задерживаясь ни на чем надолго. Но я почувствовал, как его внимание — холодное, давящее — коснулось вдруг меня. Бергер едва заметно мне улыбнулся, кивнул, словно встретил давнего приятеля.

И направился в мою сторону.

Они приблизились. Лыткин, пытаясь отвлечь Инспектора, затараторил о новых правилах.

— У нас, господин инспектор, идеальный порядок, цифровизация идёт по графику, сохранность фондов — образцовая, коллектив работает как часы… Все регламенты соблюдаются, работа идет плану, сотрудники дисциплинированы. Мы даже сократили количество ошибок в каталогизации вдвое! Вот, например, в восточном крыле сократили процедуру приема новых манускриптов до двух шагов. А в западном крыле увеличили…

— В западном крыле говорите? — тут же зацепился за слова Бергер. — Вот давайте туда и сходим. Интересно взглянуть что в там увеличили.

Лыткин замер, будто его хватил удар током. Его лицо побелело.

— Западное… лучше все же в восточное…

— А что, с западным крылом есть какие-то проблемы? — с нажимом спросил Инспектор, не мигая глядя на Лыткина.

Тот задрожал.

— Нет, никаких проблем… конечно, господин Инспектор, просто там сейчас… проводятся плановые работы по вентиляции! Пыль, сквозняки… да и вход требует особого допуска…