Чтение онлайн

— Вершитель судеб, — благоговейно прошептал Шарик, подойдя ближе к растению. — Я помню его! Мой создатель говорил, что это одно из древнейших и могущественнейших созданий мира, способное влиять на нити вероятностей! Оно… оно может показать путь или дать ответ! Но оно же спит уже тысячи лет!

Не успел он договорить, как земля под нашими ногами дрогнула, а кристаллы на стелах вспыхнули ярким, слепящим светом. Из центра площади, от самого «Вершителя судеб», поднялся столб энергии, ударивший в высокий свод пещеры. Камни посыпались сверху. Мы отскочили назад, прикрывая головы руками.

Когда свечение спало, перед нами, прямо у подножия светящегося растения, стояла фигура. Высокая, метра под три, она была полностью выкована из блестящего, серебристого металла, похожего на ртуть. У нее не было лица, лишь гладкая, отполированная поверхность, отражавшая тусклый свет пещеры. В одной руке она держала длинный, тонкий клинок, в другой — небольшой круглый щит.

— Пришедшие издалека, нарушившие покой Древнего Города, — его голос был лишен эмоций, механический, но при этом гулкий, заполняющий всю площадь. — Цель вашего визита?

Мы переглянулись. Нейтан сжал рукоять меча, Элия приготовилась к бою.

— Мы ищем укрытие, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно. — И выход из этих катакомб. Мы не желаем зла городу.

— Зло и добро — лишь слова смертных, — ответил Страж. — Город спит. Его покой не должен быть нарушен. Однако, Вершитель Судеб пробудился вашим присутствием. Он требует Ответ.

— Какой ответ? — нахмурился я.

— Ответ на вопрос, что лежит в сердце каждого из вас, — Страж медленно поднял свой клинок, указывая на Вершитель Судеб. — Древо покажет вам истину, но лишь пройдя испытание, вы получите право уйти. Отказаться нельзя. Таков закон Города.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот «закон» мне совершенно не нравился.

— А если мы не хотим никакого «ответа»? — спросил я, делая шаг вперед. Мои руки легли на рукояти топоров.

— Отказ невозможен, — повторил Страж, его металлический голос не дрогнул. — Вершитель Судеб уже избрал вас. Каждый должен коснуться Древа. Каждый получит свое испытание. И каждый… — он сделал паузу, и мне показалось, что в его безликом отражении мелькнула тень чего-то похожего на сочувствие, — … узнает свою судьбу.

В этот момент кристаллы на стеллах вспыхнули еще ярче, и я почувствовал, как неведомая сила тянет меня к светящемуся растению. Сопротивляться было невозможно. Я видел, как Нейтан, Элия, Дария и даже Каэран, державшаяся чуть поодаль, тоже медленно, словно во сне, движулись к «Вершителю Судеб». Шарик, единственный, на кого, похоже, эта сила не действовала, с писком вскарабкался мне на плечо.

Дуболом, это очень древняя и сильная магия! Осторожнее!

Я протянул руку и коснулся гладкой, теплой коры Древа. В тот же миг мир вокруг меня взорвался ослепительным светом, а затем поглотила тьма. Я летел сквозь пустоту, один, без спутников, навстречу неизвестному испытанию, которое приготовил для меня этот древний, забытый город.

Эридан

Сознание вернулось рывком. Я стоял на коленях посреди арены, до боли знакомой — той самой, где я впервые по-настояшему вкусил кровь и ярость. Вокруг ревели трибуны, но вместо эльфийских лиц я видел искаженные злобой лица воинов в грубых доспехах, похожих на тех, что служили моему бывшему «хозяину» Аргосу. В центре арены, опираясь на огромный, покрытый рунами топор, стоял он сам — Аргос. Мощный, высокий, с горящими глазами.

— Ты разочаровал меня, апостол, — пророкотал он, его голос, казалось, сотрясал сами камни арены. — Ты усомнился во мне. Ты позволил другому богу изменить мою печать! Ты предал меня!

— Я никому не присягал на верность до гроба, — огрызнулся я, поднимаясь. Мои топоры сами легли в руки, теплое дерево приятно успокоило разгоряченную кожу. — Ты использовал меня и моих братьев.

— Я дал вам силу! Славу! Цель! — взревел Аргос, его фигура, казалось, заполнила собой все пространство. — А ты выбрал путь сомнений и слабости! Докажи, что ты все еще достоин носить мой знак! Сразись со мной!

Он ринулся вперед, его топор со свистом рассек воздух. Я едва успел увернуться, чувствуя, как ветер от удара обжег щеку. Это был не тот Аргос, с которым я спорил в его храме. Этот был воплощением чистой, первобытной ярости и мощи. Каждый его удар заставлял меня отступать, блокировать из последних сил. Арена вокруг нас превратилась в размытое пятно, рев толпы слился в единый, оглушающий гул. Я дрался на пределе, используя все свои навыки, всю свою ярость, но он был сильнее, быстрее. Его удары были сокрушительны.

Внезапно, когда я уже почти выдохся, чувствуя, как слабеют руки, а в глазах темнеет, я увидел не Аргоса, а свое отражение в его кроваво-красных глазах. Искаженное, полное ненависти, почти звериное. Это был я — гладиатор, раб, убийца. Тот, кем я был, и тот, кем я боялся стать снова.

«Ты сам выбрал этот путь,» — прошептал внутренний голос. — «Ты сам впустил ярость в свое сердце.»

Я замер на мгновение, и топор Аргоса обрушился на мое плечо. Боль была адской, но она отрезвила.

— Нет, — прохрипел я, отталкивая его. — Я больше не раб. Ни твой, ни своей ярости.

Я вложил в следующий удар не только силу мышц, но и всю свою волю, все свое отчаянное желание стать свободным. Мой топор встретился с его оружием, и от удара посыпались искры, но в этот раз Аргос пошатнулся. Я увидел в его глазах удивление.

Я атаковал снова и снова, уже не защищаясь, а наступая. Каждый удар был отказом от прошлого, шагом к себе настоящему. Фигура Аргоса начала тускнеть, терять свою мощь, пока не превратилась в тень, а затем и вовсе не растворилась в воздухе. Арена исчезла. Я стоял в тишине, тяжело дыша. Испытание? Или просто встреча с собственными демонами?

Дария

Дария оказалась в своем тронном зале в Соэре. Но зал был пуст и холоден. Вместо придворных и стражи — лишь тени, скользящие по стенам. Тяжелый бархат занавесей был покрыт пылью, а на троне, ее троне, сидела фигура в темном плаще, скрывавшая лицо.

— Ты пришла, дитя мое, — голос фигуры был тихим, но властным, он проникал под кожу, вызывая дрожь. — Пришла увидеть цену своей власти.

— Кто ты? — спросила Дария, ее голос не дрогнул, хотя сердце сжималось от дурного предчувствия.

— Я — то, что остается, когда уходит блеск короны, — фигура медленно подняла голову, и Дария увидела иссохшее, морщинистое лицо древней старухи, ее глаза горели мудростью веков и неизбывной печалью. — Я — Судьба твоего народа. Ты хотела власти, ты получила ее, но готова ли ты заплатить цену?

Перед Дарией возникли видения: Соэра в огне, крики людей, разрушенные города. Война с Вольными Землями, предательство кланов, магическая угроза… Все беды, обрушившиеся на ее королевство, прошли перед ее глазами, и за каждой из них стоял ее выбор, ее решение.