Чтение онлайн

Он переводит взгляд на раскуроченное тело гуманоида и хмурится.

– Они вышли из… него, - снова смотрит на извивающегося головастика и убирает его от лица. – Сильные малыши…как вы это сделали?

Химик поднимается с колен, думая о том, сколько яиц он увидел – десять, тридцать, пятьдесят? Их было много, а сколько еще может быть в парке? Сколько в городе? То, о чем так грезили люди – разумный инопланетный организм, - теперь является мелочью, на которую никто не обращает внимания.

– Возьму тебя с собой, если не будешь кусаться, - говорит Химик и засовывает яйцо в отвисающий карман противорадиационного костюма. – Тебе уготована великая судьба…

Андрей не ждет Химика и Стима – уходит далеко вперед и первым замечает в дыму человеческую фигуру, стоящую на коленях между двух сосен. Руки фигуры привязаны к деревьям и раскинуты в стороны, будто крылья, а голова опущена на грудь.

– Краб, – выдыхает Андрей и спешит к нему, позабыв про осторожность. В смоге ему не видно, что корни сосен, торчащие из земли, забрызганы бурыми пятнами крови.

Туман плотояден. Он кружит вокруг людей черными тенями и утробно рычит, а голодная слюна, в которой множатся бактерии бешенства, липкими нитями падает с оскаленных клыков на асфальт.

Андрей тормошит Краба за плечи, но тот не подает признаков жизни – заваливается набок, повисая на веревках, как поломанная марионетка.

– Проклятье!

Андрей хватает с пояса нож и перерезает крученые нити канатов. Оглядывается в поисках Стима и Химика, но видит перед собой только белую пелену.

– Стим! – кричит он, зная, что на волю из-под маски вырывается лишь беспомощный шепот. – Саня, Стас! Где вы?! Сюда!

И в это время замечает движение вокруг. Черные, размытые пятна воронкой кружатся в тумане, будто стая гончих собак, взявшая в кольцо затравленную добычу. Андрей медленно стаскивает автомат с плеча и бесцельно утыкает дуло в туман. Вес Калашникова с полным, обмотанным синей изолентой рожком, приводит его мысли в порядок.

«Как только они сожмут кольцо, я буду стрелять» - говорит он сам себе.

Он уверен - за ним охотятся люди. Фанатики, вырезавшие команду Краба, а его самого утащившие в плен. Но те, кто кружат в тумане, совершенно не похожи на людей, ими движут куда более простые, первобытные инстинкты.

В белой мгле встают дыбом серые загривки и желтыми искрами вспыхивают хищные глаза.

Андрей держит автомат одной рукой, приседает и кое-как приподнимает Краба на ноги. И в это время что-то черное выпрыгивает из тумана, и перед Андреем мелькает мохнатая вытянутая морда с оскаленной слюнявой пастью, но тут же ее сносит в сторону ударом трассирующих пуль. Сквозь капли крови на маске Андрей видит Стима, спешащего к нему с Калашниковым в руках. Переводит взгляд на убитую тварь и понимает, что это волк - пули разорвали животное пополам, раскатав кровавым пятном по дороге. В серо-красной каше кишок Андрей замечает залитые кровью странные шарики, похожие на стеклянные сувениры, наполненные водой и блестками, создающими эффект снегопада.

Что тут творится? – ошарашено думает он, и снова слышит треск автоматной очереди. Это Химик для успокоения обстреливает вновь побелевший туман. Напуганные выстрелами волки скрылись, бросив добычу.

Стим хватает Краба под второе плечо и вместе они волокут его обмякшее тело к выходу из парка.

Им удается снять маски только на площади, за разрушенным цирком. Они усаживают Краба к одной из брошенных машин, и Андрей проверяет его пульс и зрачки.

– Надышался дрянью, - сообщает он друзьям. – Надо оттащить его подальше от этого места, тут скоро тоже станет нечем дышать.

Стим зажигает сигнальный огонь и поднимается на крышу автомобиля. И вскоре все замечают красный дым, идущий из окна панельной высотки, растянувшейся вниз по улице.

– Забрались под самую крышу! – радуется Химик.

– Там воздух чище, - Стим спрыгивает с машины и подходит к Андрею. – Ну, как он?

– Дерьмово. Я видел тут поблизости аптеку, стоит наведаться, - Андрей поднимается с корточек. – Стас, спасибо, что спас меня там. Я…

– Хорошо, что все получилось так, как получилось, - обрывает его Стим.
– Срань какая-то…волки? Откуда здесь волки?

– Не знаю, - пожимает плечами Андрей.

– Я знаю, - подает голос Химик. Он держит в руках развернутую карту Новосибирска. – Городской зоопарк. Они сбежали оттуда.

– Гребаные твари…зачем им нападать на нас?

– Они звери, - разводит руками Химик. – По крайней мере, для них это привычней, чем для людей.

– Вы видели?.. – Андрей замолкает, вспоминая вывалившиеся на дорогу внутренности волка.

– Видели что? – переспрашивает Химик.

– Да нет…нет, ничего. Давайте оттащим Краба, скоро, если очнется, он будет сильно блевать.

Андрей со Стимом берут Краба под руки и тащат к дому.

Девятиэтажное здание, с облупившейся побелкой и длинным козырьком, под которым скопилась целая куча популярных брендовых магазинов, в накатившем дыму походит на каменную стену, выдержавшую долгую осаду. То тут, то там в здании зияют провалы, и куски обвалившихся балконов вместе с покореженными блоками кондиционеров усеивают округу.

Друзья пробираются к нужному подъезду и поднимаются по грязным ступеням на девятый этаж. Заходят в освещенную красным светом квартиру и недоуменно переглядываются. Ракетница сигнального огня стоит на широком пластиковом подоконнике, у распахнутого окна, но в квартире больше никого нет.

– Захар?! – зовет Химик друга, пока остальные укладывают Краба на софу. – Кислинка, вы где?!

Химик подходит к окну и замечает на подоконнике размазанные красные полосы.

– Господи! – он выглядывает из окна, но внизу, среди бетонных обломков не находит человеческих тел. – Слава Богу…

– Может они…– Стим замолкает, увидев красные следы. В молчании смотрит на них и с размаху бьет кулаком по подоконнику. – Черт!

– Что случилось? – спрашивает подошедший Андрей.

– Их здесь нет.

– Постой…Как нет?

– Совсем нет, Андрей! И давно – кровь уже свернулась, - Стим макает руку в кровь и растирает красный сгусток пальцами.

– Тогда кто, - спрашивает Химик, снимая автомат с плеча, - только что зажег сигнальный огонь?

28

– Оставшиеся, так про них говорят, - хрипит пришедший в себя Краб. Он сидит на софе, склонившись над расставленными коленями, а между солдатских ботинок его, по ковру, растекается огромная лужа блевотины. – Они поклоняются какой-то Еве. Приносят ей жертвы…