Чтение онлайн

Желудок свело болезненным спазмом, и я молча покинула гостиную.

Отец даже не заметил. Роясь в кармане, он пересчитывал монеты.

Сто золотых. Целое состояние за бракованную невесту.

К счастью, Фаю Сторму было известно не всё. Иначе он не дал бы за мою честь и одного.

Оставалось сохранить свои тайны до свадьбы. И как-то пережить супружескую ночь.

Три дня потребовалось городу, чтобы перестать гудеть о сенсации.

Благородный капитан решил жениться на опозоренной дочери бывшего губернатора.

В конечном итоге деньги капитана Сторма перевесили желание растерзать остатки моей репутации на ленты.

Через три дня пришло первое приглашение.

« Пикник у Хейнсов».

Милые старые матроны жаждали подробностей.

Как далеко зашли наши отношения?

Не слишком ли поспешна свадьба через три месяца?

Как теперь я буду смотреть в глаза бедняжке Лидии Хопкинс?

Ведь её отец всего лишь аптекарь, и вряд ли ей когда-либо достанется такая завидная партия, как Фай.

Мы с матушкой сидели на веранде, пили чай и вежливо уклонялись от ответов.

По крайней мере, до тех пор, пока не появилась Лидия.

Её заплаканные голубые глаза казались ещё ярче обычного. Пшеничные волосы были кое-как уложены, платье явно не соответствовало случаю.

Девушка либо собиралась в спешке, либо намеренно подчеркивала своё несчастье.

— Анжелика, дорогая, вы же не против? — с наигранной улыбкой поинтересовалась миссис Хейнс. — Мы решили, что мисс Хопкинс не помешает поддержка. Сегодня у нас будут не только чужие женихи, но и свободные достойные холостяки, среди которых благовоспитанная леди вполне может встретить свою судьбу.

Яд был подан в фарфоровой чашке.

О, я не была против. Улыбнулась и покачала головой.

— Разумеется, нет. Мне жаль, что всё так вышло. Но это было предсказуемо. Мы с Фаем дружны с детства. Неудивительно, что он не смог оставить нашу семью в трудную минуту. В конце концов, мы давно почти родные. Теперь он лишь официально станет частью нашей семьи.

Главное — говорить мягко. С улыбкой.

Дальше обмен колкостями стал более завуалированным. Дамы картинно сочувствовали Лидии, тут же вполголоса напоминая о её происхождении. Её глаза снова и снова наполнялись слезами.

Похоже, раньше они с Фаем редко бывали на подобных приемах. Девушка терялась, не зная, когда стоит ответить, а когда лучше промолчать.

Мне почти стало её жаль.

Почти.

Бывшая невеста то и дело напоминала, как ждала своего капитана из Индии. Рассказывала о письмах, о признаниях в любви.

От этих слов к горлу подкатывала дурнота.

Я оставила матушку на растерзание сплетницам, покинула этот ухоженный серпентарий и укрылась в саду.

Летний воздух был густым, сладким от цветущих магнолий.

— Устала играть в приличия? — раздался голос за живой изгородью.

Знакомый. Почти родной. И всё же непривычно холодный.

Фай, как и я, не выносил подобных мероприятий. Раньше мы заранее договаривались, кто и через сколько сбежит, где встретимся.

Теперь этой тайной близости больше не существовало. Встреча не принесла облегчения. Скорее наоборот.

Щеки предательски запылали, ладони стали влажными, сердце забилось чаще.

— Они зачем-то позвали Лидию. Её рассказы о вашей переписке… — попыталась я предупредить его о грядущих сплетнях.

Капитан лишь криво улыбнулся.

— В отличие от тех, кого я считал близкими, она мне писала. И да, мы с Лидией действительно сблизились за эти пять лет. Это не её выдумки.

Тошнота усилилась. Я прикрыла рот рукой и тяжело задышала.

Слышать это от Лидии, утешая себя мыслью, что она всё преувеличила, было тяжело. Но когда твой жених сам, без утайки, признает, что влюблен в другую, — это ранит ничуть не меньше того, что делал со мной Патрик.

Я ещё не успела справиться с дурнотой, как Фай задал следующий вопрос.

— Ревнуешь? — с кривой улыбкой произнес он.

Кажется, бывшему другу доставляло удовольствие видеть, как мне неприятно. Хотелось ответить колко, стереть с его лица эту ехидную усмешку.

Однако моё молчание оказалось сейчас как нельзя кстати. Я лишь отрицательно покачала головой, стараясь не встречаться с ним взглядом.

Но капитану было мало моего побледневшего лица. Мало слухов, колкостей, старых матрон и слезных признаний Лидии.

— Конечно нет. Тебе ведь нет дела до чувств. Тебе нужны только мои деньги, — его улыбка стала жёсткой.

Прежде чем я поняла, что происходит, он отвел мою руку от губ и, приподняв подбородок, заставил посмотреть в глаза.

Растерянность и лёгкая паника сбили дыхание.

Он что… собирается меня поцеловать?

Еще до помолвки? В саду, где нас могут увидеть?

Будто наслаждаясь моим смущением, Фай наклонился ближе.

— Интересно, какое предательство на вкус, — прошептал он.

Его губы оказались слишком близко. Горячее дыхание с запахом виски обдало лицо.

« Ненавижу этот запах», — мелькнуло в голове, и в следующее мгновение дурнота хлынула наружу.

Не объясняясь, я оттолкнула его и оперлась о ствол дерева.

Это было ужасно.

После почти кукольной Лидии с её детскими глазами перед ним предстала совсем иная картина.

Почти невеста, выворачивающая наружу свой скудный завтрак прямо в саду главного банкира Атланты.

Это был не просто конфуз. Это был будущий скандал.

Однако Фая это нисколько не смутило. Он не ушёл, не отвернулся, не попытался помочь.

Он ждал.

А затем протянул мне свой платок.

— Иногда тело не умеет лгать. Пожалуй, церемонию стоит назначить на утро. Не хотелось бы, чтобы невесту стошнило прямо у алтаря, — ехидно заметил он.

Он ушёл, а я осталась одна — с горечью во рту и жгучим, почти невыносимым стыдом.

Когда-то я считала этого мужчину другом.

Что же произошло за эти пять лет? Что превратило упрямого юношу в холодного и расчетливого богача?

Или таким Фай Сторм был только со мной?

И зачем тогда решил жениться?

Это был вопрос, который я должна задать ему до свадьбы.

Размышляя, стоит ли объясняться с будущим женихом после всего случившегося, я привела себя в порядок и направилась позориться ещё сильнее.