Чтение онлайн

– Ччерт!

Я опомнился – вязкая топь уже поглотила меня почти по пояс. Поблизости не было ничего, что могло бы мне помочь – только песок и глина, которые так предательски расходились под моими ногами. И тут меня осенило – лук! Рывками, что еще больше усугубило мое положение, я достал его из-за спины, вырвал стрелу… Веревка, переброшенная через плечо, узел на оперении – я выпустил стрелу в сторону Угара, тяжело дышащего возле полубесчувственной Наты!

– Тяни!

Он гавкнул, не понимая, что я от него требую…

– Канат! Веревка! Тяни!

Я надеялся, что он вспомнит, как помогал мне выбраться из-под обломка плиты, где мы так неосторожно попали в засаду крысиной стаи… Пес посмотрел на свободный конец, привязанный к древку стрелы и попробовал его лапой. Древко переломилось, не выдержав веса могучей лапы. Ната, открыв глаза, сразу все поняла…

– Угар! Дай мне!

Пес послушался и, взяв веревку зубами, подтащил ее к девушке. Она связала руками петлю, набросила ее на шею Угара, и сама ухватилась за свободное место…

– Ну, Угарушка… Давай!

По тому, как напряглась веревка, я понял, что свобода будет дана нелегкой ценой. Не меньше часа продолжалась эта борьба – пса и девушки с трясиной, не желавшей расставаться со своей жертвой. Наконец, мокрый, потерявший обувь, в оборванных штанах, без ножа, который остался в трясине, весь дрожа от возбуждения и холода я оказался на поверхности, а затем и на более безопасном месте… Ни говоря ни слова, я подскочил к Нате, к Угару – и обнял их!

Пес, вырвавшись из моих объятий, вновь стал метаться по берегу – он не желал здесь оставаться!

– Надо идти, Ната… Надо идти!

– Да…- еле слышно произнесла Ната…

Ноги у нас подгибались, мы не шли, а плелись, но продолжали путь, зная, что оставаться здесь – верная гибель! Или трясина, или, продолжавшая подниматься, вода, погубят нас…

Так продолжалось три дня… С утра до ночи, падая и шатаясь, в кровь разбивая себе ноги и обдирая пальцы на руках, с полузакрывшимися глазами – нам почти не приходилось спать! – мы шли прочь… А вода, словно в насмешку над нашими усилиями, потихоньку подгоняла нас, не позволяя останавливаться надолго. Вокруг, иногда, мелькали покрытые грязью и свалявшейся шерстью тени – возможно, живые существа, как и мы, стремящие спастись, не утонуть в холодной и ледяной воде. Мы не могли их разглядеть толком – не хватало ни времени, ни сил. Только Угар, в котором, казалось, силы были неисчерпаемы, иногда грозно устремлял свою лобастую башку в сторону и лаял – иногда вызывающе, иногда отрывисто и четко – словно переговаривался с кем-то. Он все время шел впереди указывая нам дорогу, которую мы бы сами, ни за что не сумели найти, среди этой безжизненной пустыни сплошной сырости и грязи…

Мы продвигались на юг к высившимся холмам. Блуждая во время наводнения по степи, мы опять прибились к ним в поисках спасения. Путь на север, к проходу меж скалами и рекой – тот, который мог бы привести нас к дому – был отрезан водами вышедшей из берегов, Синей. Тоже обстояло и на востоке – мы видели только сплошную черно-коричневую, колышущуюся гладь, заполнившую все пространство до самого горизонта. Кое-где, местами, из нее возвышались островки, подобные тому, на котором мы продержались какое-то время в самом начале. Нас здорово выручал Угар – пес предупреждал нас о возможных ловушках, в виде скрытых под водой ям и трясин, заранее обходя их стороной.

Я с тревогой посматривал на Нату. Сможет ли она выдержать, дождаться, когда мы, наконец, выберемся из этой, полузатопленной местности на более подходящую для продолжения нашего похода. И сможем ли мы его продолжить, измотанные этой непрекращающейся гонкой за жизнь?

Ната не жаловалась. Она несла свою ношу, отобрав ее у меня, упрямо передвигая ноги в совсем раскисших мокасинах – новые мы берегли, дожидаясь, пока ступим на сухую землю. Девушка ловила мои настороженные взгляды и, молча, скупо улыбалась, отгоняя мои опасения.

– Как ты? – у меня вырвалось непроизвольно…

Она подняла голову – Ната смотрела на воду, пытаясь угадать, где может таиться яма или обрыв.

– Пока иду… А что? – Скоро топи закончатся.

– Почему? Откуда ты знаешь? Я указал на пса:

– Угар чует…

– Угар?

– Да. Он стал проявлять нетерпение – разве не видишь?

Ната покачала головой.

– Это же сплошное болото…

Я кивнул.

– Пока – да. Но вода сойдет…

– Когда? – Ната с сомнением смотрела на непрозрачные воды, среди которых мы брели Здесь, наверное, собралась вся вода, какая только могла пролиться с неба. Представляешь, что сейчас твориться в провале?

Я поежился, вспомнив чудовищный обрыв и наш подъем по сырой веревке, из бездны…

– Там, где река падает в пропасть – там сейчас ведь водопад? Наверное, очень впечатляющее зрелище…

Я криво улыбнулся. Как она могла еще думать, о каких-то красотах, после такого долгого перехода? Совсем не таких впечатлений мы ожидали от нашей разведки, входя в узкий проход между скалами и рекой…

– Сходим. Вернемся отсюда и сходим. Я тоже не против посмотреть. Думаю, на такое зрелище стоит посмотреть – водопад с высоты сорока метров! Ты устала?

– Нормально. Я пройду столько, сколько надо. Я выносливая…

Она вытерла пот с лица и взялась за лямки. Я перевел взгляд на виднеющуюся вдалеке полоску чернеющей земли. Там были холмы, к которым мы так долго пытались пробиться, петляя среди этой равнины.

– Скоро мы дойдем до суши…

– Она не могла добраться до подвала?

– А?

Ната терпеливо повторила:

– Вода… Она не затопила наш дом?

Я понял ее тревогу – случись такое, мы могли вообще не возвращаться обратно… Все наши припасы были бы потеряны безвозвратно.

– Не думаю. Наш холм несколько выше других, да и вход, тоже, расположен не в самом низу. К тому же, там нет этих скал, и вода имеет возможность свободно стекать в провал… Правда, во что, после такого потопа, превратиться сам город – понятия не имею. Одно болото мы уже имеем к востоку от руин. Надеюсь, второго, в самом городе, не появиться. Дождя нет уже давно дня – вода, по-моему, стоит на месте.

– Но и не уходит. Откуда ее столько?

– Вероятно, опять прорвало, что ни будь, в горах… Помнишь, сколько было молний там, над вершинами? После землетрясения могло образоваться новое озеро. Оно постепенно заполнилось водой, и сейчас все это хлынуло вниз, затопив все в округе.

– Если это скопившаяся в горах вода – все объясняется… Но ведь мы не слышали шума от землетрясения?

– Оно могло быть локальным…

– Локальным?

– Местным. В одном, узко очерченном месте – скажем так, районе, где как раз и скопилась эта вода, произошел толчок. Его последствия вызвали обвал и сход всей этой массы вод, сюда… Могла рухнуть перемычка, до того сдерживающая озеро, или молнии разгромили каменный завал – это не важно.

Она кивнула:

– Ага. Дожди, превратившие нас в мокрых куриц, наполнили озерную чашу до предела, и вода, найдя лазейку, размыла ее… Тогда и никакого землетрясения не надо – вода просто сама проделала себе дорогу!