Чтение онлайн

– Ничего. Всё нормально. Теперь ты не будешь ложиться спать голодной… Хочешь ещё?

– Да!

– Нельзя! – я был вынужден вмешаться На сегодня хватит. От этой пищи у неё заболит живот, а то и хуже… Ты когда последний раз ела досыта?

– Давно… Не помню.

Ната покачала головой:

– Бедняжка! Ложись под одеяло, поближе к Угару. Он тёплый, греет как печка. Ночью уже не так холодно, как раньше, так что мы привыкли спать прямо на земле.

– А вы?

– Мы ляжем вместе. У Дара, в мешке, большое одеяло, нам подарил его наш друг. Мы встретили его в прибрежных холмах, рядом с речкой, где он отбивался от волков…

– Речки?

– Ну да. А ты не знала, что внизу, в долине, протекает река? Она ведь начинается как раз там, где ты находилась всю зиму. Или вы её не видели?

Элина устало пожала плечами.

– Не помню… Были, какие-то ручьи, из которых мы брали воду, а реки – вроде, нет. Всё смешалось перед глазами.

Мы поняли, девушка была так измотана скитаниями, выпавшими на её долю, что воспринимала всё окружающее, чисто механически. Мы надеялись, что она отойдёт от всего, и тогда мы узнаем, каким образом судьба забросила её в эти места и как получилось, что они оказались жертвами банды подонков! – Она уснула… Нам ещё так далеко идти, Дар.

– К чему ты?

– Ты все еще хочешь привести её к нам?

– До становища Совы или к посёлку, отсюда три и четыре дня – при наших темпах. И придется пересекать часть прерий и лес. До нас – намного больше, но дорога вдоль берега безопаснее. Я чувствую себя уже прилично. Угар, вроде как, тоже расходился. Надо еще раз смазать раны мазью, которую нам дал Док. К утру, если он не солгал, всё пройдёт, как не бывало.

– Что ты решил?

Я посмотрел на высоко висящие в небе облака, сквозь которые пробивалось яркое мерцание Луны… – Ты против?

Ната прилегла на бок, подперев голову рукой:

– Хочешь привести к нам в дом еще одну женщину? 3начит, ты тоже такой, как Сова?

– Мы можем отвести её в посёлок… К остальным. Но кому она там нужна? Там каждый, сам за себя.

– Жалеешь… И на меня косишься – я ведь вижу.

– А ты не ревнуй. Глупо, в самом деле…

– Ты упрекаешь меня в этом?

Я привлек ее к себе.

– Нет. Наверное, я бы тоже ревновал. Но… как поступить тогда? Оставить ее там, в поселке?

Ната отвернулась и глухо буркнула:

– Нет. Ей там… Не знаю. Я думаю, что ты хочешь сделать ее ещё одной женой, как наш общий друг, сделал это с Зорькой. Или я не права?

– Мне показалось, что Дина и Зорька вполне мирно уживаются друг с другом. Да и молодая жена Совы вовсе не в новое время стала таковой… Так что, это их жизнь. А что до меня – я даже не думал об этом… Пусть поживёт у нас, пока не отойдёт. Потом посмотрим. Ты согласна?

Ната легла на спину и прикрыла глаза:

– Как тихо… Даже трава не шевелится. В такую ночь хочется чего-то, необычайного. Сейчас всё стало необычайным… Звери, растения, люди… То, что я видела только в кино или читала в книгах, стало таким реальным, что мне порой, кажется, что я сплю. Сплю, и не могу проснуться. Я убила человека… А потом еще одного. И не жалею об этом. У меня не дрогнула рука, не остановилось сердце. Я убила – и всё. Сова спит сразу с двумя – и это нормально. И никто не говорит ему, что он не прав и так нельзя делать. Ты спустился с отвесной стены, на которую даже страшно было посмотреть, и только ради того, чтобы найти человека! И нашёл меня. Я сидела в своём закутке, тихонько, как мышка, питалась отбросами, понемногу умирала и только ждала и твердила себе, что это всё неправда. Прилетали вороны, громадные зловещие… а я пряталась от них, не понимая, как эти птицы стали вдруг такими большими. Зверь напал на меня, и ты, практически не одетый, с одним ножом и топором, бросился меня защищать – а мог просто убежать. Но остался… Я, ложившаяся под такое… количество мужчин, что знай ты их всех, не стал бы и смотреть в мою сторону, смогла преодолеть в себе это и прийти к тебе – о чём не жалею! Весь мир перевернулся вверх ногами, превратив всё в дикий мираж. И, всё-таки, это явь, хочется мне этого или нет. И то, что мы нашли эту девушку – тоже. Я точно знаю – она будет твоей… Так же, как и я. Это судьба…

– Ната…

– Молчи, родной мой, молчи. Не спорь со мной. Ты сам меня назвал мудрой… А я не мудрая, видишь, как сорвалась на нее ни за что. Просто, бабское взыграло… И не подумала о том, что она, только что, благодаря тебе – опять тебе! – уцелела от верной смерти. В эту ночь не надо громко говорить, слишком далеко всё слышно в прериях, как любит выражаться наш друг, Сова. Пусть хищники спят в своих берлогах, подальше отсюда – мой муж ранен и не может, как прежде, встретить врага во всеоружии. А его слабая и маленькая жена, не в состоянии защитить сразу всех. Знай! – она повернула ко мне свое лицо Я буду любить тебя, несмотря ни на что. Даже, если ты ляжешь с ней в нашу постель, что произойдёт достаточно быстро… Я это чувствую, также как ты чувствуешь приближение опасности. И это очень обидно… Но я тут не могу что либо изменить. Рано или поздно – мы придем в долину насовсем. А женщин здесь втрое, вчетверо больше, чем мужчин. И какая ни будь из них захочет тебя забрать у меня. А я… я не знаю – имею ли я право быть для тебя одной – после того, как сама принадлежала многим. Пусть так и будет. Может быть, она мне понравится больше, чем те женщины из посёлка. И ты прав – ей некуда идти, и её никто не ждёт там…

Я промолчал, укладываясь рядом с ней на шкуру, подаренную мне Совой. Можно было оправдываться перед Натой, можно было обещать… Зачем? Она, прекрасно разбиравшая в людях, могла предвидеть многое, наученная горьким опытом своего изувеченного детства… Я хотел только, чтобы появление в нашем доме ещё одной женщины, не превратило его в арену междоусобной войны между ними. Но, зная характер своей подруги, я был уверен, что подобного не произойдёт никогда… Хотя бы потому, что Ната, оказалась более провидицей, чем я сам…

Глядя на спящую Элину, притулившуюся к могучему Угару, я понимал – спокойной жизни в подвале снова пришел конец. Хочу я того или нет – грядут изменения, которые во многом перевернут наш устоявшийся быт, либо девушка должна остаться не с нами, а в поселке. Но мне вовсе не хотелось туда ее отводить, тем более, что вести, в общем-то, было и не к кому… Кучка вечно голодных, изможденных и озлобленных на все и вся людей, с трудом воспринимала себе подобных – мы уже имели возможность убедиться в этом на своем примере. А у нас всегда был надежный тыл – наш подвал, который мог еще долгое время обеспечить всем необходимым. У нее же не было ничего и никого, кто мог бы ее защитить! Я представил себе печальные глаза Томы и сразу сжал кулаки… Попади Элина туда – Белоголовый и его дружки, практически безнаказанно пристающие ко всем женщинам поселка, не оставили бы в покое это юное существо! Нет, допустить этого я не мог.

Я еще не признавался себе, но уже знал, что ревную ее к тому, что может произойди там, среди глумливых улыбок и равнодушии остальных… И не хочу этого.

Мне не спалось. Ната, почти спокойно – как мне показалось – напомнила о том, что прикончила двоих из этой стаи… Впервые. Но ведь я сам – тоже, убивал… И тоже – впервые… Впервые в жизни я убил человека. И не одного, а сразу нескольких. Это было совсем не одно и тоже, что охота на зверя. Там, действительно, была именно охота. А здесь – убийство. И мне, до того времени и не помышлявшему о подобном, было очень и очень не по себе… Ната пошевелилась у меня на плече, я поправил голову девушки. Она что-то пробормотала во сне и опять затихла. Ната, испытавшая со мной столько всего, за такой короткий отрезок времени, не могла меня не понять – более того, прямо заявила мне о том, что будет далее. Я мог не соглашаться с ней, мог убеждать, что это не так, но внутри, в глубине своего мужского "Я", знал, что она права…

Обратная дорога обошлась без каких-либо происшествий. Никто не пытался преследовать или нападать на нас, даже в таком потрепанном виде, мы были довольно многочисленны, и все встречные стаи обходили нас стороной. Мое плечо еще ныло, но мази Дока, и, ранее полученный порошок Дины, творили чудеса. Если бы не необходимость нести груз, бросить который мы не могли, оно зажило бы еще быстрее. Но я не соглашался отдать его Нате – кто-то должен был быть всегда наготове, чтобы встретить врага смертоносной стрелой или нашим последним дротиком. Теперь нам помогала Элина – девушка оказалась на удивление сильной и выносливой. Впрочем, иначе и быть не могло – последние месяцы, проведенные в борьбе за выживание, в условиях сурового, горного климата и постоянных опасностей, не могли не закалить ее. Она лишь производила впечатление хрупкой, на самом деле, была волевой и стойкой и мало уступала воли Наты… В будущем, это могло привести к осложнениям, но пока – только помогало.

Мы шли вдоль берега Синей не торопясь, давая возможность мне и Угару окончательно залечить раны. Спешка могла плохо кончиться. Постепенно, я вновь втянулся в походный ритм и на пару с Натой – Элину мы оставляли возле вещей – предпринимал несколько удачных вылазок в степь. Мы приносили убитых кролов и джейров – странных животных, внешне сильно напоминающих бывших джейранов. Мясная пища, уверенность в своих силах – наша компания довольно быстро пришла в себя и, к моменту вхождения в узкий проход, между рекой и скалами, уже полностью оправилась от выпавших на нашу долю невзгод. А когда мы подошли к границе бывшего города вплотную, Элина, увидев, как перед нами вырастают громадные холмы, из занесенных пеплом зданий, охнула…