Чтение онлайн

– Как ты думаешь, много таких… в долине?

– Не знаю. Я не заметил, чтобы в прерии росли леса. Вот кустарник и трава – да, этого хватает. А деревья в больших количествах, будут только возле предгорий. Но мы видели с тобой этот лес – когда стояли на холме. Оттуда он казался черным.

Ната покосилась на меня недоуменно.

– Я не о том.

– ?

– В этом лесу… Тут могут водиться змеи?

– Ах вот оно, что… Вряд ли. Будь их много – они бы уже истребили всех оставшихся людей. Что им стоит убить человека, если даже собака, и та, способна разорвать мужчину в одиночку. А змей… Ты сама видела его силу и размеры.

Ната вздохнула:

– Надеюсь… Хорошо, если их мало. А может, этот был один? Ну, вроде как, попал случайно под излучение и выжил, в отличие от своих сестер и братьев!

Я пожал плечами:

– Может быть. По крайней мере, ни с его сестренкой, ни с братцем мне бы вовсе не хотелось встречаться… Кстати, об излучении – это, все таки, только предположение Дока. Не лишенное логики, конечно. Но и не факт.

Мы стали придерживаться юго-западного направления – забирали все круче и круче к Синей реке. Заблудиться мы не боялись – с нами был Угар. Кроме того, как бы не была велика долина, но она пересекалась на западе рекой – пройти мимо было невозможно. Мы стремились подняться по ней выше тех мест, где повернули к поселку после встречи с индейцем. Нас продолжали манить горы – из-за своей красоты и величия.

В лесу нас никто не тревожил – возможно, крупных животных здесь не водилось, или же, сейчас было не их время. Угар пару раз срывался, заинтересованный доносившимся шумом и треском сухих ветвей под чьими-то ногами, но мой строгий окрик заставлял его держаться поблизости. Деревья становились все реже, их сменил высокий кустарник, тот – пучки жесткой и очень крепкой травы, высотой в рост человека. Из-за постоянно встречающихся на нашем пути подъемов и спусков – следствие все той же катастрофы, превратившей ровную землю в подобие какой-то бесконечной, застывшей волны – мы потратили на прохождение по лесу почти весь день. И, не имея возможности для обзора, даже не заметили, как лес внезапно закончился. Он, словно оборвался по всей своей границе, и мы сразу ощутили дуновение чистого ветра и запах воды, доносящийся оттуда, куда стало садиться солнце. Пахло свежестью, тиной, дождем – все признаки Синей… Мы еще не видели самой реки – от кромки леса и до нее было не менее десяти, а то и двадцати километров. Все это пространство занимал низкорослый кустарник и трава, в которой иногда мелькали спины некрупного зверья – вроде пробегавших кролов и джейров.

– Какая она широкая…

Мы стояли на возвышении, рассматривая бурное течение мчащихся мимо нас вод. Река несла обломки деревьев, упавших в нее, высоко в горах, листву, мусор, вкрапления мутной, желто-коричневой взвеси – размытые глинистые берега. Кое-где, мы заметили и полуразложившиеся тушки животных, видимо, попавших в реку, еще в верховьях… На наших глазах одна из них вдруг дернула лапками, вскипел водоворот, и тушка исчезла в пучине.

– Видел?

– Да. Вот потому мне и не хотелось ее пересекать. Предпочитаю горы… Ты говорила, что бывала в них, так?

– Пару раз. Очень давно… В детстве.

Ната говорила без тени жеманства, я понимал, что сейчас она считает себя уже далеко не ребенком… И это соответствовало действительности.

– В кемпинге. На лыжной базе. Папа учил меня ездить на горных лыжах. У него очень хорошо получалось, а я постоянно падала, не могла устоять на ногах и плюхалась носом в снег!

– Я тоже не умел… пару раз пробовал – не получилось. Нужно было заниматься этим целеустремленно, а возможностей не имелось.

Мы умолкли – течение реки завораживало, и говорить о чем-то, постороннем, не хотелось. На той стороне, противоположном берегу, лес, закончившийся здесь, продолжался. Там он подступал почти вплотную к берегу, склоняясь к воде деревцами.

– Она стала еще больше, кажется…

– Нет. Откуда столько воды?

– С гор, наверное… раз она такая, быстрая.

Я посмотрел на юг, туда, где синели вершины, ставших гораздо ближе к нам, остроконечных пиков. Весь массив извилистым хребтом, протянувшийся с запада на восток, высился перед нами, преграждая все видимое пространство своей могучей мощью, от берегов реки и до далеких рубежей, где долина кончалась.

– Что там?

– Сова говорил – пески… Отравленные.

– Как это?

– Там прошла волна от ядерного взрыва. Все заражено и ходить туда не следует. Облучение…

– Облученным один раз, следует ли опасаться второго?

– Я тебе еще раз говорю – это все только фантазии Дока… И наши, кстати, тоже. Сова утверждал, что там водятся жуткие существа, с которыми лучше не встречаться, вроде, громадных скорпионов и сколопендр. Если это так – я постараюсь обходить ту часть долины, как можно дальше.

Вдоволь наглядевшись на воду, мы, наконец, собрались с духом и пошли дальше по холмам, простирающимся вдоль берега далеко на юг, к самому предгорью…

Местность почти не менялась, только становилось заметнее, что берег слегка приподнимается, а река становится ниже и еще быстротечней. Долина отсюда была уже не видна – все закрыл собой, пройденный нами, лес. Теперь он уже не казался разноцветным – лучи солнца, осветившие его сверху, превратили деревья в однотонный, бурый массив. Тут же, неподалеку, река делала небольшой изгиб. Мы как раз подошли туда, где волны с силой били о каменистый берег, круша своей мощью подмытые валуны. Рядом было очень красивое и удобное возвышение, плавно подходящее к двум высоким, одиноко стоявшим, скалам. Одна из них была на самом берегу, а вторая, чуть пониже первой, торчала в воде, в нескольких метрах от берега. Между ними с ревом и гулом проносился поток, поднимая ввысь фонтаны брызг и взбитой пены. Место идеально подходило для стоянки – во все стороны был хороший обзор, и никто не смог подобраться бы незамеченным. Один только путь, по которому можно было подойти, скрываясь за камнями, – вдоль самого берега, по нему, собственно, мы и пришли. На вершине плато мы не заметили никого, кто мог бы составить нам конкуренцию, за обладание этим прекрасным местом. Отсюда до границы леса было намного ближе – не более часа ходьбы.

Я старался запоминать все, что вижу – у меня возникла мысль нанести эту часть долины на карту. Ната, наблюдавшая за моими потугами, взялась помочь. Она прекрасно рисовала, и у нее выходило гораздо лучше. К тому же, глазомер моей подруги оказался точнее моего…

– А до тех скал – еще не меньше двух часов хода!

– Да? А я думаю – все пять.

– И зря. Считай – мы прошли от завтрака и до обеда почти пятнадцать километров – и где те холмы, возле которых мы останавливались? Их даже не видно, а ты говоришь – пять часов!

– А при чем тут холмы?

– Если бы мы их видели, то это означало бы, что до них еще ближе, чем ты думаешь. А раз их не видно – значит, гораздо дальше. А мы, если бы ты постарался запомнить, делаем в один переход не меньше пятнадцати километров. Сам заставлял меня шаги считать! За весь день мы проходим около сорока – если идем спокойно и без приключений. Вот и считай! А те скалы – они ближе. Если не веришь, засеки время на своих часах и убедишься, что я права!

– Ну ладно, ладно, разбушевалась… Пусть так.

Ната упрямо вскинула голову, но я со смехом сжал ее в объятиях.

– Пусти! Сам говорил – не расслабляться в переходе.

– С нами Угар. Он спокоен. Была бы опасность – предупредил. Да и я, пока еще не слепой… Здесь, вообще, незаметно подойти очень сложно.

Пес, на самом деле, невозмутимо наблюдал за нашей возней, не делая никаких попыток вмешаться. Он уже давно избегал подобных поединков – когда мы, шутя и забавляясь, старались побороть друг друга. Угар понимал своим звериным мозгом, что способен ненароком зацепить в игре, кого ни будь, своими страшными клыками, а его укус, даже нечаянный, мог переломить кости, как щепку…