Чтение онлайн

– Что ты? Ната?

– Молчи… Мне плохо, Дар. Так плохо… Только не пользуйся этим…

– С чего ты…

Она зажала мне рот ладошкой и тоскливо продолжила, глядя, куда-то в сторону:

– Ты прости меня… если сможешь. Я не наивная девочка. Давно уже… не девочка. Но не требуй, не проси от меня того… чтобы я… Я не могу. Просто не могу.

У меня неожиданно вырвалось:

– Кто ж тебя так обидел, солнышко мое?

Ната даже не удивилась… Она только прижалась ко мне и совсем уж, по-детски, не отвечая, разрыдалась, всхлипывая и шмыгая носом. Я растерялся – она уже не раз вела себя необычно, но так? Девушку стала бить крупная дрожь – это мог быть еще один приступ, и его следовало остановить, как можно скорее.

– Ната! Наточка! Родная моя! Не бойся ничего! Я с тобой! Ната!

Истерики не последовало – она только сотрясалась от рыданий, оставаясь на моей груди и не делая попытки убежать…

Я дождался пока у нее просохнут слезы и тихо произнес:

– Давай, по-прежнему… Ната. Я попробую.

– Давай. Но ты не сможешь…

Я вздохнул, понимая, как она права…

– Смогу. Если ничего другого не остается.

Теперь уже вздохнула Ната. Она обвила мою шею руками и замолчала – слова нам не требовались…

– Запах такой резкий…

– Это озон. Он как бы обжигает легкие. Так всегда, после дождя. Замечаешь, воздух стал чище, по-моему?

– Да. И Угар, тоже, не такой.

– Щенок?

Я посмотрел на пса. Он безмятежно выкусывал что-то из своего хвоста и спокойно ожидал, пока мы насидимся на вершине, чтобы вместе с нами или спуститься, или пойти, куда ни будь.

– А ты не замечаешь? У него такие черточки в глазах появились…

– Да? Нет, не вижу… Угар!

Пес послушно повернул ко мне свою голову. Он несколько секунд рассматривал наши лица и, повернувшись, вернулся к прерванному занятию.

– Да нет, вроде, никаких черточек.

– Я ошиблась, наверное. В подвале, при светильниках, все меняет свои очертания.

Она вздохнула и прижалась ко мне покрепче – на вершине дул довольно холодный ветер. Я был только рад ему – он вернул мне возможность снова обнять это родное создание… настолько уже родное, что я не мог представить, как мог раньше жить, не зная, что на свете есть Ната..

– Дар… Я прошу у тебя прощения.

– Это ты меня прости…

Вместо ответа девушка приподнялась и прижалась к моим губам. Это было так неожиданно… и так сладко, что у меня помутилось в глазах. Она сразу вырвалась из моих рук и легко сбежала вниз.

– Догоняй!

Я вскочил. Угар тоже поднялся, заинтересованный происходящим.

– Догоняй!

Девушка задорно смотрела на меня снизу. Я поправил перевязь – бегать с оружием было несподручно. Внезапно Угар, сморщив нос, повернулся в сторону юга и залаял. Я насторожился – он не подавал на улице голос без особой на то надобности.

– Что там?

Ната уже взбиралась назад, поняв, что сейчас не до шуток.

– Угар что-то почуял…

– Опасность?

– Нет. Не думаю. Я бы тоже… уловил. Что-то иное – может – запахи.

Ната, подумав, произнесла:

– Ты же хотел туда сходить… Как?

Я оценивающе окинул ее с ног до головы.

– А ты сможешь? Это далеко.

Ната тряхнула копной своих отросших волос, рассыпав их по плечам.

– Смогу.

– Хорошо. Тогда – утром выходим. Направимся в степи – там мы были с Угаром. Но, на этот раз, возьмем сразу восточнее, чтобы посмотреть, как там дальше.

Ната показала глазами на Угара. Я кивнул:

– Да. Мы можем там встретить немало… интересного.

– Интересного?

– Степи – не город. Если наступила календарная весна – то там уже вовсю все должно вылазить из земли. Растения… А значит – появятся и те, кто ими питается. Ну и…

– Те, кто ест первых?

– Да. Но, теперь, с нами Угар – он предупредит о появлении хищников!

Ната с сомнением посмотрела на пса.

– Он не предупредил о большой кошке!

– Зато предотвратил ее нападение. Нет, Ната, в степи все открыто, и подобраться незаметно, гораздо сложнее. Хотя и там тоже хватает буераков и оврагов, где можно спрятаться. А мне очень хочется, все же, посмотреть, что там, за скалами…

Она задумчиво прикусила губу.

– За ними – горы. Если их не снесло во время землетрясения, что вряд ли – то мы их увидим.

– Ты уверена?

– Я родилась в этом городе и прожила всю свою жизнь, Дар. И мне приходилось иногда туда выезжать. С родителями… До гор далековато. Мне так показалось. Правда – я была еще маленькой.

– Сколько тебе было?

Ната досадливо отмахнулась:

– Это было в другой жизни, Дар…

– И все же?

– Лет семь… Или восемь.

– И ты запомнила?

– Да. У меня очень хорошая память. От границы города до гор, не меньше ста километров.

– Солидно… Это подтверждает мое собственное мнение.

… Мы представляли собой внушительный по вооружению отряд. У обоих луки, за плечами колчаны, полные тяжелых стрел, копья – я настоял их взять, уверенный в том, что это орудие может оказаться даже полезнее меча и ножей. Свой меч, разумеется, был в ножнах подвешен за спиной. Веревки, мешки с продуктами, палатка, из пропитанной раствором пепла и жженой глины ткани – она выдерживала напор воды, в течение нескольких часов. Следовало еще упомянуть Угара. Его клыки и сила позволяли ввязаться в схватку с любым врагом, например, стаей крыс, попадись они вдруг нам в пути. В степи укрыться от схватки было бы просто негде… Играя с псом, я всячески тренировал его, проверяя его хватку и цепкость. Для этого служило порядком измочаленное весло, найденное среди кучи мусора, недалеко от нашего холма. Я тянул его на себя, Угар – на себя. Кончилось тем, что я с размаху упал на копчик и взвыл сам, как собака, от боли. А вслед за этим услышал треск – мощнейшие челюсти пса запросто перегрызли дерево, превратив его в щепки.

– Да, – только и нашлась Ната Это, что-то… Если бы он успел ухватить эту кошечку – ее шкура лежала бы сейчас в подвале, рядом со шкурой его мамы…

– Он еще наверстает упущенное. Кроме того – он стал таким не сразу. К моменту встречи с кошкой он еще просто не был готов.

На этот раз мы шли гораздо быстрее – я помнил дорогу, да и Угар, ранее семенивший позади, теперь уверенно и четко бежал впереди. Он, похоже, тоже вспомнил…

Дорогу преградила невысокая гряда холмов. Раньше ее просто не было. Я озабочено напрягся, пытаясь понять – где я допустил ошибку? Я хорошо помнил дорогу – мы не могли настолько уклониться и попасть в неизвестную область. Обойти гряду было непросто, и мы шли вдоль нее на восток.

– Это те самые скалы?

– Ну, нет… Скалы неприступные. Они высокие, возвышаются как отвесные стены. А, это – так. Холмы. Можно и подняться, если хочешь.

Мы изменили маршрут и стали взбираться наверх. Шла к концу неделя, как мы покинули подвал – а уже так далеко ушли.

Угар насторожился. Он приподнял свои лопоухие уши, что не мало удивляло нас, привыкших постоянно видеть их опущенными. Это вообще не соответствовало его породе. Но Угар выпадал из общепризнанных канонов…

– Что он там обнаружил?