Надвигающийся кризис: Америка перед Гражданской войной, 1848-1861
Шрифт:
В американской системе мажоритарного, а не пропорционального представительства узкое народное большинство часто превращается в весомое большинство в избираемом органе, что и произошло с конвентами штатов, собравшимися между 3 и 28 января. Все они проходили под контролем сторонников прямой сецессии, и процедуры их проведения были в чем-то схожи. Уполномоченные из других штатов выступали с обращениями, призывающими к отделению. В Алабаме и Луизиане в посланиях представителей штатов в Конгрессе утверждалось, что республиканцы отказываются идти на какие-либо уступки. Во всех штатах, кроме Техаса, сторонники кооперирования пытались принять меры, призывающие к проведению своего рода южной конференции, чтобы выдвинуть окончательные требования республиканцам или организовать согласованные действия южных штатов — или и то, и другое; и в каждом штате, кроме Джорджии, сторонники кооперирования также пытались передать любой акт об отделении на ратификацию избирателям. Именно в этом вопросе противники немедленного отделения проявили свою максимальную силу, но даже в этом случае они потерпели поражение во всех штатах: в Миссисипи — 74 против 25; во Флориде — 39 против 30; в Алабаме — 54 против 46; в Джорджии — 164 против 133; и в Луизиане — 84 против 43. Только Техас проголосовал за вынесение постановления на всенародную ратификацию, и это решение было принято самими сепаратистами (145 против 29), а не навязано им оппозицией. После этих стычек, когда были проведены окончательные голосования по вопросу отделения, делегаты-кооперационисты продемонстрировали свою твёрдую убежденность в важности представления единого фронта, и большинство голосов в пользу отделения было подавляющим. Миссисипи, второй штат, решивший отделиться, сделал это 9 января, проголосовав 85 против 15; Флорида — 10 января, 62 против 7; Алабама — 11 января, 61 против 39; Джорджия — 19 января, 208 против 89; Луизиана — 26 января, 113 против 17; и Техас — 1 февраля, 166 против 8. В течение сорока двух дней семь штатов, от Южной Каролины до Техаса, отделились. [940] Все они приняли приглашение 4 февраля в Монтгомери собрались уполномоченные Южной Каролины (техасские делегаты прибыли лишь позднее). 7 февраля эти делегаты, наделенные всеми полномочиями от своих штатов, приняли для Конфедеративных Штатов Америки временную конституцию, основанную на Конституции Соединенных Штатов. 9 февраля они избрали Джефферсона Дэвиса президентом, а 18 февраля провели его инаугурацию. Через сорок дней после того, как Миссисипи вслед за Южной Каролиной вышла из состава Союза, Южная республика начала своё существование. [941]
940
Об отделении в Миссисипи см. Rainwater, Mississippi; Rainwater, «Экономические выгоды от слияния: Мнения в Миссисипи в 1850-х годах», JNH, I (1935), 459–474.
О Флориде: Дороти Додд, «Движение за отделение во Флориде»; Додд (ред.), «Отчет Эдмунда Руффина о конвенции по отделению Флориды, 1861 год: A Diary», Florida Historical Quarterly, XII (1933), 67–76; John E. Johns, Florida During the Civil War (Gainesville, 1963), pp. 1–22; John F. Reiger, «Secession of Florida from the Union: Решение меньшинства?». Florida Historical Quarterly, XLVI (1968), 358–368; Herbert J. Doherty, Jr., Richard Keith Call, Southern Unionist (Gainesville, 1961), pp. 154–160; Arthur W. Thompson, «Political Nativism in Florida, 1848–1860: A Phase of Anti-Secessionism», JSH, XV (1949), 39–65.
Об Алабаме: Денман, Движение за сецессию в Алабаме: Lewy Dorman, Party Politics in Alabama from 1850 to 1860 (Wetumpka, Ala, 1935); David L. Darden, «The Alabama Secession Convention», Alabama Historical Quarterly, III (1941), 269–451; William Brantley, «Alabama Secedes», AR, VII (1954), 165–185; Hugh C. Bailey, «Disloyalty in Early Confederate Alabama», JSH, XXIII (1957), 522–528; Bailey, «Disaffection in the Alabama Hill Country, 1861», CWH, IV (1958), 183–193; William Stanley Hoole, Alabama Tories (Tuscaloosa, Ala, 1960); Durward Long, «Unanimity and Disloyalty in Secessionist Alabama», CWH, XI (1965), 257–273, представляет собой хорошее общее обсуждение и эффективно доказывает, что большая часть нежелания отделения в северной Алабаме возникла не из-за какого-либо квалифицированного юнионизма, а скорее из-за тесного родства этого региона с Теннесси. См. также цитаты об Уильяме Л. Янси в гл. 17, прим. 35.
О Джорджии: Ульрих Боннелл Филлипс, «Джорджия и права штатов» в Ежегодном отчете AHA, 1901, II, 193–210; Томас Конн Брайан, «Сецессия Джорджии», Georgia Historical Quarterly, XXXI (1947), 89–111; Уильям М. Бейтс, «Последнее стояние за Союз в Джорджии», Georgia Review, VII (1953), 455–467; N. B. Beck, «The Secession Debate in Georgia, November, 1860–January, 1861», in J. Jeffrey Auer (ed.), Antislavery and Disunion, 1858–1861 (New York, 1963), pp. 331–359 — особенно полезен тем, что указывает, где можно найти тексты основных речей участников.
О Луизиане: Caskey, Secession and Restoration: James Kimmias Greer, «Louisiana Politics, 1845–1861», LHQ XII (1929), 381–425, 555–610; XIII (1930), 67–116, 257–303, 444–483, 617–654; Lane Carter Kendall, «The Interregnum in Louisiana in 1861», ibid, XVI (1933), 175–208, 374–408, 639–669; XVII (1934), 339–348, 524–536; Roger Wallace Shugg, «A Suppressed Co-operationist Protest against Secession», ibid, XIX (1936), 199–203: Shugg, Origins of Class Struggle in Louisiana (Baton Rouge, 1939), pp. 157–170; Jefferson Davis Bragg, Louisiana in the Confederacy (Baton Rouge, 1941), pp. 1–33. Обо всех этих штатах см. соответствующие главы в Wooster, Secession Conventions.
941
Герсон, «Зарождение конвенции Монтгомери»; Альберт Н. Фиттс, «Конвенция Конфедерации: Временная конституция» и «Конвенция Конфедерации: конституционные дебаты», AR, II (1949), 83–101, 189–210; Charles R. Lee, Jr., The Confederate Constitutions (Chapel Hill, 1963); Ralph Richardson, «The Choice of Jefferson Davis as Confederate President», Journal of Mississippi History, XVII (1955), 161–176; Wilfred Buck Yearns, The Confederate Congress (Athens, Ga., 1960), pp. 1–41; Coulter, Confederate States, pp. 1–56.
Азартная игра Южной Каролины, предпринятая 10 ноября, когда она на полной скорости перешла к односторонним действиям, оправдала себя. На этот раз штат Пальметто не остался униженным и одиноким, и Генри Тимрод в своей поэме «Этногенез» мог написать
Наконец-то мы нация среди наций; и вскоре мир увидит во многих далёких портах другой развернутый флаг. [942]Однако за фасадом единых действий все было гораздо ближе, чем казалось. Если бы один или два штата — особенно Джорджия и Алабама — проголосовали иначе, магическое заклинание было бы разрушено, и положение конвентов Луизианы и Техаса было бы совершенно иным, чем в конце января, когда эти штаты отделились. Голосование в Джорджии, Алабаме и Луизиане было настолько близким, что ограниченное изменение ситуации могло склонить чашу весов в другую сторону. В этой ситуации относительно небольшое число решительных сторонников отделения смогло направить растерянный и возбужденный электорат к программе распада Союза. Некоторое замешательство отразилось в низкой активности избирателей на выборах в конгрессы. Хотя это было одно из самых важных политических решений, которые когда-либо приходилось принимать избирателям, голосование было крайне незначительным по сравнению с голосованием на ноябрьских президентских выборах. В Джорджии общее количество голосов составило лишь 82% от того, что было на президентских выборах; в Луизиане — 75%; в Алабаме — 70%; в Миссисипи — 60%. Ни в одном штате сепаратисты не набрали достаточно голосов, чтобы стать большинством на ноябрьских выборах.
942
Стихи Генри Тимрода (Бостон, 1899), с. 150.
Решающим фактом, как ясно осознавали сецессионисты, было то, что все штаты действовали в атмосфере возбуждения, приближающегося к истерии, впервые порожденной попыткой восстания рабов Джона Брауна и вновь поднявшейся на последних этапах президентской кампании. Это волнение все ещё преобладало, когда сепаратисты начали действовать. Они стимулировали и поддерживали его частыми публичными собраниями, непрекращающимся шквалом речей, организацией добровольных военных отрядов, известных как «минитмены» и т. п., а также доносами и, в некоторых случаях, физическим запугиванием сторонников сецессии. Это настроение было повсеместным, оно охватило даже церкви, так что священнослужители с кафедры почти так же громко, как политики с трибуны, предупреждали об опасности для Юга, призывали народ заявить о своей независимости и поддерживали эмоции на высоком уровне. [943] Трудно поверить, что такое настроение опасений сохранилось бы, если бы Юг дождался прихода Линкольна к власти и получил бы шанс проявить свою вигговскую умеренность.
943
См. названия, приведенные в примечаниях 31 и 32; также James W. Silver, Confederate Morale and Church Propaganda (Tuscaloosa, Ala., 1957), esp. pp. 7–41.
Но сецессионисты знали, что их железо раскалено, и они наносили удары. Один из сторонников отделения в Южной Каролине писал: «Я не верю, что простые люди понимают это; но кто когда-либо ждал простых людей, когда нужно было сделать большое движение. Мы должны сделать шаг и заставить их последовать за нами». Комиссар Южной Каролины во Флориде, защищая быстрые действия своего штата, с удивительной откровенностью заявил: «Я… считаю, что если… Южная Каролина назначила какой-то отдалённый день для будущих действий, чтобы посмотреть, присоединятся ли к нам другие штаты, и таким образом позволила общественному чувству утихнуть, она сама потеряла бы дух авантюризма и дрогнула бы от потрясения, вызванного этим великим спором». [944] Кристофер Меммингер, писавший в ноябре, сказал: «Наша главная задача — заставить другие южные штаты присоединиться к нам, прежде чем произойдет откат». Очевидно, что Хауэлл Кобб, встревоженный быстрыми действиями Южной Каролины, был прав, когда сказал: «Похоже, что они боятся, что кровь народа остынет». [945]
944
А. П. Олдрич — Джеймсу Генри Хэммонду, 25 ноября 1860 г.; Леонидас Спратт, комиссар во Флориде, речь в «Чарльстон Меркьюри», 12 января 1861 г., обе цитаты приведены в White, Rhett, pp. 177, 180.
945
Кристофер Меммингер — Джону Рутерфорду, 27 ноября 1860 г.; Хауэлл Кобб — «Моему судье», 11 ноября, цитируется в Channing, Crisis of Fear, pp. 283, 248.
Приверженцы сецессии понимали, что, несмотря на популярность их дела, его популярность преходяща. Промедление, с их точки зрения, было едва ли не хуже противодействия. Они воспользовались импульсом эмоциональной реакции населения на избрание Линкольна и пронесли его с поразительной скоростью.
За девяносто дней они выиграли десять законодательных решений о проведении выборов в конвенты штатов, провели семь таких выборов, получили большинство голосов на каждом из них, собрали семь конвентов, приняли семь ордонансов об отделении, а также сделали первые шаги к созданию южной конфедерации.
В этом достижении сторонники сецессии привели в полное замешательство сторонников сотрудничества, настаивая на том, что именно они являются истинными сторонниками сотрудничества. Как выразился Роберт Барнуэлл Ретт, он поддерживал односторонние действия Южной Каролины, потому что верил, что, как только эти действия будут предприняты, за ними последуют другие штаты. [946] По мере того как другие штаты следовали за ним, позиция Ретта постепенно становилась все более функциональной формой кооперирования, и к тому времени, когда собрались съезды Луизианы и Техаса, перед ними встал вопрос о том, будут ли они «сотрудничать» с пятью другими штатами нижнего Юга. Таким образом, как выразился один историк, «сецессия спокойно выдавалась за сотрудничество». Или, как заявил член конвенции от Джорджии, выступавший за отделение, он тоже выступает за сотрудничество, «но со штатами, которые намерены отделиться», в то время как антисецессионисты «выступают за сотрудничество со штатами, которые настроены остаться в Союзе». [947] Во всём этом не было никакого заговора, направленного на то, чтобы помешать воле большинства населения какого-либо штата. [948] На самом деле население требовало действий. Но сторонники отделения постарались действовать до того, как оппозиция успела организоваться; свести к минимуму перспективы смертельной войны; добиться принятия решения, пока эмоции были на высоте; и создать ситуацию, которая в конечном итоге заставила бы жителей всех рабовладельческих штатов, большинство из которых выступало против отделения, сделать ненавистный выбор между выходом из Союза и войной против Юга. [949]
946
Уайт, Ретт, стр. 176.
947
«С какими штатами Луизиана должна сотрудничать?.. Должна ли она оставить своих пять сестер [которые уже отделились]?» New Orleans Bee, Dec. 24, 1860, in Dwight Lowell Dumond (ed.), Southern Editorials on Secession (New York, 1931), p. 367; White, Rhett, p. 176; William M. Bates, «The Last Stand for the Union in Georgia», Georgia Review, VII (1953), 459.
948
Уильям Дж. Доннелли, «Заговор или народное движение: Историография поддержки Югом отделения», MCHR, XLII (1965), 70–84. Заголовок статьи Доннелли иллюстрирует заблуждение, которое во многом запутало понимание сецессии штатов Персидского залива. Он предполагает, что если отделение не было заговором, то, следовательно, это было движение, поддержанное народом, а если движение не было поддержано народом, то оно должно было быть глубоко замаранным заговором. Существует множество доказательств того, что оно не было ни тем, ни другим, а скорее представляло собой программу, открыто и прямолинейно реализованную решающим меньшинством в то время, когда большинство было растеряно и нерешительно.
949
Об утверждениях, что войны не будет, см. с. 489 и примечание 16 выше. Дэвид Хок, представитель в законодательном собрании Южной Каролины от Гринвилла, писал 8 ноября 1860 года, что поспешность Ретта была направлена на то, чтобы «поскорее решить все дело, и притом до того, как в Южной Каролине сформируются две партии». Россер Х. Тейлор (ред.), «Письма, касающиеся сецессионного движения в Южной Каролине», Бюллетень факультетских исследований Университета Фурмана, XVI (1934), 3–12.
Как хорошо знали сторонники отделения, внутри отделившихся штатов существовали серьёзные политические разногласия, и эти разногласия представляли собой перестройку, которая, если бы она получила дальнейшее развитие, открыла бы опасную брешь между рабовладельческими и нерабовладельческими белыми. На выборах 1860 года южный электорат продолжал голосовать по традиционной схеме. Джексоновская демократическая организация была партией простых людей, нерабовладельцев, жителей сосновых бесплодных графств, горных графств и глубинки, в то время как виги и их преемники были наиболее сильны среди плантаторов и в богатых, хлопкопроизводящих, населенных рабами графствах Чёрного пояса. [950] Со временем, демократическая партия становилась все менее джексонианской, но жители холмов, «красношеие» и «пекари» продолжали голосовать за демократов. Так, если 537 округов Вирджинии, Северной Каролины, Теннесси, Джорджии, Алабамы, Миссисипи и Луизианы в 1860 году разделить на три группы в зависимости от того, занимал ли округ высокий, средний или низкий рейтинг по доле рабов по сравнению с другими округами того же штата, то окажется, что Брекинридж получил 64% округов с низкой долей рабов, 56% округов со средней долей и 52% округов с большой долей. Поскольку Брекинридж был ближе к сторонникам воссоединения, чем Белл или Дуглас, похоже, что нерабовладельцы были более восприимчивы к идее воссоединения, чем крупные рабовладельцы, или, по крайней мере, округа, в которых они жили, были более восприимчивы. Но в 1861 году графства с самым низким соотношением рабовладельцев (в той же группе из 537 человек) отдали лишь 37 процентов своих голосов за немедленное отделение, в то время как округа с самым высоким соотношением рабов были на 72 процента за отделение. Среди округов с низким соотношением рабов было 130, которые проголосовали за Брекинриджа, но только 65 из них впоследствии проголосовали за отделение. Среди округов с высоким коэффициентом рабства было 87, которые голосовали за Белла или Дугласа, но только 34 из них проголосовали против одностороннего отделения штата. Среди округов с низким соотношением рабов половина округов Брекинриджа сменила сторону и не поддержала отделение, а среди округов с высоким соотношением рабов 53 из 87 округов Белла или Дугласа сменили сторону и не поддержали Союз. В гораздо большей степени, чем того желали рабовладельцы, отделение стало движением рабовладельцев, к которому жители графств с небольшим количеством рабов относились преимущественно отрицательно. [951]
950
Классическое отождествление вигов с классом плантаторов см. в: Ulrich B. Phillips, «The Southern Whigs, 1834–1854», in Essays in American History Dedicated to Frederick Jacbon Turner (New York, 1910), pp. 203–229; Arthur Charles Cole, The Whig Party in the South (Washington, 1913), с обширными и впечатляющими доказательствами. Чарльз Г. Селлерс, «Кто были южные виги», A HR, LIX (1954), 335–346, выдвинул тезис о том, что виги были связаны с городами, финансами и торговлей, а не в первую очередь с плантационным сельским хозяйством. Таким образом, он тоже считал их партией собственности, но другого рода. Грейди Маквайни, «Были ли виги классовой партией в Алабаме?»/Stf, XXXIII (1957), 510–522, проанализировал большое количество представителей вигов и демократов в Алабаме, не обнаружил значительных различий в богатстве, образовании, роде занятий или происхождении, а потому сделал вывод: «Люди, которые заседали в Конгрессе и законодательном собрании Алабамы, не могут доказать, что между двумя партиями существовали большие социальные различия». МакУини, несомненно, прав, показывая, что лидеры обеих партий были выходцами из элиты, но это не означает, что крупные рабовладельцы и нерабовладельцы были одинаково склонны голосовать за вигов. На самом деле, МакУини показывает, что на шести президентских выборах в Алабаме округа с менее чем 30-процентным рабским населением давали вигам большинство только 23 раза из 117, в то время как округа с более чем 50-процентным рабским населением давали вигам большинство 49 раз из 83. Представляется обоснованным вывод о том, что в 1850-х годах на Юге существовало политическое выравнивание: собственники, рабовладельцы, коммерческие и финансовые интересы были склонны голосовать за вигов, а нерабовладельцы, мелкие фермеры и другие люди были склонны голосовать за демократов.
951
Результаты по этим округам приведены в книге Сеймура Мартина Липсета «Политический человек» (Нью-Йорк, 1960), с. 344–354. Читатель должен заметить, что эти данные не включают Флориду, Луизиану и Техас (а также Южную Каролину, чей президентский голос отдавался законодательным органом), и включают Вирджинию, Северную Каролину и Теннесси (но не Арканзас и Миссури). Также см. Дэвид Й. Томас, «Нерабовладельцы Юга на выборах 1860 года», Political Science Quarterly, XXVI (1911), 222–237. Вустер, «Сецессионные съезды», не сравнивает результаты президентских выборов с результатами сецессионных съездов, но он показывает, что графства с большим количеством рабов были гораздо более склонны поддержать сецессию на съездах, чем графства с малым количеством рабов. Что касается нижнего Юга, то среди округов с менее чем 25-процентным рабским населением 70 выступали за немедленное отделение, 39 — за условный союз или сотрудничество, а 9 — за разделение. Среди графств с населением более 50% рабов 113 высказались за немедленное отделение, 15 — за условный союз или сотрудничество, а 14 — разделились. Что касается верхнего Юга, то среди графств с менее чем 25-процентным рабским населением 72 выступали за отделение, 109 — против отделения и 9 разделились; среди графств с более чем 50-процентным рабским населением 35 выступали за отделение, 13 — против отделения и 4 разделились.
В качестве исключения из этих общих тенденций важно отметить, что Луизиана и Миссисипи не соответствовали этой схеме. В Миссисипи был 31 округ с населением более 50% рабов, из которых 19 голосовали за отделение и поражение всех поправок, а 12 в то или иное время голосовали иначе; в 29 округах с населением менее 50% рабов, из которых 20 голосовали за отделение и поражение всех поправок, а только 9 в то или иное время голосовали иначе. (Составлено по Rainwater, Mississippi, pp. 198–210.) В Луизиане билеты Белла и Дугласа победили в 12 округах на ноябрьских выборах, а кооперисты победили в 11 из этих же округов (плюс ещё 8) на январских выборах. Вустер проводит различие между различными классами плантаторов в Луизиане: «Приходы, поддержавшие немедленное отделение, были сильно населенными рабами хлопкопроизводящими приходами, в которых богатство на душу населения было самым высоким в штате. Эти приходы считали, что экономическая система Юга может быть сохранена вне Союза. Противники немедленного разрыва… половина богатых сахарных приходов Южной Луизианы». Вустер также считает, что приходы с большим количеством французского креольского населения, как правило, выступали против отделения. Wooster, pp. 265, 46, 117–120.
Прохладное отношение к отделению населения в графствах с низким процентом рабов могли представлять угрозу для сецессионистов в долгосрочной перспективе, но в первые два месяца 1861 года их беспокоили не местные разногласия. Это была холодность верхнего Юга.
Фактически, с принятием постановления об отделении Техаса импульс к отделению был исчерпан. Хотя семь рабовладельческих штатов вышли из состава Союза, восемь других не вышли. Рабовладельческие штаты были далеки от создания политически единого Юга, и хотя Южная Каролина не была брошена на произвол судьбы, Конфедерации на побережье Персидского залива не хватало населения, ресурсов и богатства рабовладельческих штатов, которые все ещё оставались в Союзе. С самого начала сторонники сецессии столкнулись с дилеммой, что любой штат может оказаться бессильным, если будет действовать в одиночку, или парализованным, если будет ждать совместных действий с другими штатами. Когда 4 февраля штаты Персидского залива собрались в Монтгомери, чтобы образовать конфедерацию, не было никакой уверенности в том, что они избежали опасности бессилия, хотя их было семь, а не один. Конфедерация на побережье залива никого особо не впечатляла. Никто не был уверен, что она будет экономически или политически жизнеспособной.
Однако 4 февраля сецессионисты все ещё надеялись привлечь на свою сторону другие штаты в течение месяца, поскольку с 12 по 29 января законодательные органы ещё пяти штатов назначили выборы для съездов: Арканзас 12 января для выборов 18 февраля; Вирджиния 14 января для выборов 4 февраля; Миссури 18 января для выборов 18 февраля; Теннесси 19 января для выборов 9 февраля; и Северная Каролина 29 января для выборов 28 февраля. Однако все эти меры накладывали ограничения на предлагаемый съезд: Вирджиния предоставила избирателям возможность потребовать проведения всенародного референдума по любому действию, которое может предпринять съезд; законодательный орган Миссури потребовал проведения такого референдума, не дожидаясь требования избирателей; Арканзас и Теннесси предоставили избирателям право решать, проводить ли съезд, а также выбирать делегатов; а Северная Каролина предусматривала как референдум в стиле Вирджинии-Миссури, так и решение в стиле Арканзаса-Теннесси о том, должен ли съезд собираться.
Выборы в эти съезды проходили в условиях, совершенно отличных от тех, что были на нижнем Юге. В основном, верхний Юг не был так навязчиво привержен рабству, как нижний. Из семи штатов, только в Техасе негритянское население составляло менее 40 процентов, а в пяти штатах, которые собирались выйти из состава Юга, негритянское население составляло в среднем менее 30 процентов. Кроме того, штаты верхнего Юга знали, что у них более прочные экономические связи с Севером, чем с нижним Югом, и что их разрыв может привести к серьёзным экономическим потрясениям. [952] Кроме того, у них была давняя и прочная традиция юнионизма. В 1860 году Белл и Дуглас вместе получили 234 000 голосов в пяти штатах, которые собирались вступить в союз, по сравнению с 206 000 голосов за Брекинриджа; но в штатах, которые уже отделились, Брекинридж получил 220 000 голосов, по сравнению с 171 000 для Белла и Дугласа. В Теннесси и Виргинии также были энергичные юнионистские лидеры, такие как Эндрю Джонсон, Эмерсон Этеридж, Уильям Г. Браунлоу и Джон Минор Боттс. [953] Многие умеренные в этих штатах горько возмущались поспешностью Южной Каролины, которая была «вредной ворчуньей», «в любом случае занудой», штатом, предававшимся «безумию, [которое] превосходит по глупости и нечестию все, что фантазия в её самом диком настроении ещё способна была вообразить». Газета Wilmington, North Carolina, Herald спрашивала своих читателей: «Неужели вы потерпите, чтобы в вас так плевали? Неужели вы подчиняетесь диктату Южной Каролины… Неужели вас назовут трусами за то, что вы не следуете безумной воле этого безумного штата?» Газета Charlottesville, Virginia, Review заявила, что «ненавидит Южную Каролину за то, что она спровоцировала отделение». [954]
952
Mary Emily Robertson Campbell, The Attitude of Tennesseans toward the Union, 1847–1861 (New York, 1961), pp. 153–154; сенатор Гаррет Дэвис из Кентукки, 23 января 1862 г., сказал: «Господин президент, Кентукки почти заселил северо-западные штаты, особенно Индиану и Иллинойс… Они — кость от нашей кости и плоть от нашей плоти. Когда вы предложите союзным людям Кентукки выбор, останутся ли они навеки едины с Индианой, Огайо и Иллинойсом или пойдут с Джорджией, Южной Каролиной и Флоридой, они ответят: „В тысячу раз скорее мы будем едины с Северо-Западом, чем с этими далёкими штатами“». Congressional Globe, 37 Gong., 2 sess., pp. 452–453; см. E. Merton Coulter, The Civil War and Readjustment in Kentucky (Chapel Hill, 1926), pp. 1–56.
953
О юнионистах из приграничных штатов см. особенно Albert D. Kirwan, /о/ш J. Crittenden: The Struggle for the Union (Lexington, 1962); LeRoy P. Graf, «Andrewjohnson and the Coming of the War», Tennessee Historical Qiiarterly, XIX (1960), 208–221; E. Merton Coulter, William G. Brownlow: Fighting Parson of the Southern Highlands (Chapel Hill, 1937); Thomas B. Alexander, Thomas A. R. Nelson of East Tennessee (Nashville, 1956); Joseph Howard Parks, John Bell of Tennessee (Baton Rouge, 1950); John Minor Botts, The Great Rebellion: Its Secret History, Rise, Progress, and Disastrous Failure (New York, 1866), pp. 230–232.
954
Негодование других южных штатов по поводу поспешности Южной Каролины было несколько упущено, но свидетельств тому множество. См. Коултер, Гражданская война в Кентукки, p. 45; James Welch Patton, Unionism and Reconstruction m Tennessee, 1860–1869 (Chapel Hill, 1934), pp. 5, 8, 9 (цитата из Knoxville Whig, Dec. 8, 1860, которая говорила Южной Каролине: «Вы можете покинуть судно [Союз], вы можете выйти на шатких лодках вашего маленького штата и поднять свой жалкий капустный лист флага Пальметто; но будьте уверены, люди и братья, вы будете разбиты вдребезги о скалы»); Campbell, Attitude of Tennesseans, p. 141; Henry T. Shanks, The Secession Movement in 1’irgima, 1847–1861 (Richmond, 1934), pp. 134–135, 145, 164; Sitterson, Secession Movement in North Carolina, pp. 193, 242; Coulter, Confederate States, p. 1; Dumond, Southern Editorials, pp. 228, 389–editorials from Wilmington Daily Herald, Nov. 9, 1860 («В Союзе нет двух соседних штатов, жители которых имели бы так мало общих чувств, как Северная и Южная Каролина»); Charlottesville Review, Jan. 4, 1861 («Мы питаем к Южной Каролине самую горькую неприязнь»).
Сепаратисты столкнулись со всеми этими препятствиями, пытаясь распространить своё движение на верхние районы Юга, но больше всего им мешали возродившиеся надежды на уступки со стороны Севера. Сенаторы Криттенден и Дуглас возобновили своего рода мирное наступление, и 19 января, после конференции с сенаторами-республиканцами Сьюардом и Джеймсом Диксоном из Коннектикута, Криттенден отправил в Северную Каролину телеграмму, в которой выражал оптимизм по поводу перспектив урегулирования и призывал повременить. 25 января он и Дуглас отправили телеграмму аналогичного содержания в Виргинию. [955] Тем временем законодательное собрание Вирджинии вынашивало план мирной конференции. 19 января оно предложило всем штатам, как рабовладельческим, так и свободным, прислать делегатов для встречи в Вашингтоне 4 февраля и обсуждения «всех разумных средств для предотвращения» распада Союза. [956]
955
Potter, Lincoln and His Party, pp. 304–306; Nichols, Disruption, p. 456; Kirwan, Crittenden, p. 406; George Fort Milton, The Eve of Conflict: Stephen A. Douglas and the Needless War (Boston, 1934), pp. 532–533.
956
См. ниже, с. 545–547.