Чтение онлайн

Двнадцать часовъ прошло съ той минуты, какъ Брадлей легъ спать, а онъ еще не вставалъ.

«Чтобъ мн подавиться, если все это время ты и вправду спалъ, пріятель!» пробормоталъ Райдергудь, косясь на него, когда увидлъ, что онъ выходить изъ сторожки.

Брадлей подошелъ къ своему другу, сидвшему на деревянномъ ворот шлюза, и спросилъ его, который часъ… Райдергудь сказалъ: «Третій».

— Когда вы смнитесь? спросилъ Брадлей.

— Послзавтра, почтеннйшій.

— Не раньше?

— Ни секундой раньше, почтеннйшій.

Повидимому, съ обихъ сторонъ придавалась особенная важность вопросу о смн. Райдергудъ даже какъ-то просмаковалъ свой отвть, повторивъ его съ выразительной оттяжкой и качая головой:

— Ни секундой раньше.

— Говорилъ я вамъ, что я уйду сегодня же? — спросилъ Брадлей.

— Нтъ, почтеннйшій, не говорили, — отвчалъ Райдергудъ веселымъ и привтливымъ тономъ человка, который очень радъ поддержать разговоръ. — Вы, можетъ быть, хотли сказать, но забыли. Иначе, какъ могли бы вы усумниться въ этомъ, почтеннйшій?

— Я уйду, какъ только закатится солнце, — сказалъ Брадлей.

— Тмъ, значить, нужне вамъ подкрпиться. Войдите-ка да закусите, почтеннйшій.

Такъ какъ рутинный обычай разстилать скатерть для обда не соблюдался въ хозяйств мистера Райдергуда, то приготовленія къ трапез были дломъ минуты. Хозяинъ поставилъ на столъ большое глиняное блюдо съ огромнымъ, начиненнымъ говядиной, пирогомъ, отъ котораго оставалось еще добрыхъ три четверти, глиняную кружку и бутылку пива, и положилъ два карманныхъ ножа.

Оба ли и пили, но Райдергудъ съ гораздо большимъ аппетитомъ. Вмсто тарелокъ «честный человкъ» вырзалъ два треугольника изъ толстой корки пирога и положилъ ихъ на столь одинъ передъ собой, а другой передъ гостемъ. На эти треугольники онъ наложилъ по хорошей порціи начинки, и такимъ образомъ придалъ трапез необыкновенный интересъ, ибо каждый изъ доковъ уничтожалъ понемногу и тарелку вмст съ фаршемъ, причемъ могъ еще позабавиться спортомъ, гоняясь за кусочками застывшей подливки по всей равнин стола и отправляя ихъ въ ротъ съ кончика ножа.

Брадлей былъ поразительно неловокъ въ этихъ маневрахъ, такъ что Райдергудъ замтилъ это.

— Берегитесь, почтеннйшій! — закричалъ онъ, — Вы поржете себ руку!

Но предостереженіе опоздало, ибо Брадлей уже обрзалъ руку. И что всего досадне: когда онъ попросилъ Райдергуда перевязать ее и сталъ подл него, онъ тряхнулъ головою отъ боли и забрызгалъ ему платье кровью.

Когда обдъ былъ оконченъ и когда остатки тарелокъ и подливки были сложены въ оставшуюся часть пирога, служившаго, очевидно, экономическимъ складомъ для всевозможныхъ остатковъ. Райдергудъ наполнилъ кружку пивомъ и отпилъ нсколько большихъ глотковъ. Посл этого онъ посмотрлъ недобрыми глазами.

— Почтеннйшій! — заговорилъ онъ хрипло и, перегнувшись черезъ столъ, дотронулся до его руки. — Новость-то скоре васъ приплыла по рк.

— Какая новость?

— Какъ вы думаете, — продолжалъ Райдергудъ и тряхнулъ головой, какъ будто съ презрніемъ сбрасывая съ себя всякое притворство, — какъ вы думаете, кто вытащилъ тло? Отгадайте!

— Я плохой отгадчикъ.

— Она вытащила. Урра-а! Онъ и тутъ вамъ подсолилъ. Она его вытащила.

Конвульсивно передернувшееся лицо Брадлей и разомъ выступившій на немъ горячій потъ показали, какъ ужасно подйствовало на него это извстіе. Но онъ не вымолвилъ ни слова. Онъ только улыбнулся презрительно, угрюмо поднялся со стула и, облокотившись на окно, сталъ смотрть въ него. Райдергудъ проводилъ его глазами. Райдергудъ окинулъ взглядомъ свое собственное, обрызганное кровью, платье. Райдергудъ положительно принималъ видъ человка, начинавшаго разгадывать Брадлея лучше, чмъ тотъ думалъ.

— Я такъ давно нуждаюсь въ отдых, что опять прилягу съ вашего позволенія, — сказалъ школьный учитель.

— Сдлайте милость, почтеннйшій! — былъ радушный отвтъ хозяина.

Но Брадлей уже легъ, не дожидаясь отвта, и не вставалъ съ постели, пока солнце не спустилось къ горизонту. Когда онъ всталъ и вышелъ съ тмъ, чтобъ продолжать свой путь, онъ увидлъ, что хозяинъ дожидается его, лежа на трав возл сторожки.

— Если мн понадобится еще разъ повидаться съ вами, я приду, — сказалъ Брадлей. — Добрый вечеръ.

— Спасибо и на томъ, — откликнулся Райдергудъ, повернувъ къ дому. — Добрый вечеръ.

Но какъ только Брадлей отошелъ, онъ обернулся и прибавилъ вполголоса, глядя ему вслдъ сч. злорадной усмшкой:

— Не уйти бы теб одному, кабы не часъ моей смны. Ну, не бда: я тебя догоню.

Онъ долженъ былъ смниться въ этотъ вечеръ посл заката, и не прошло четверти часа, какъ показался второй сторожъ шлюза, подходившій не спша. Не дожидаясь конца своего дежурства, мистеръ Райдергудъ попросилъ товарища отстоять за него этотъ лишній часокъ или немного побольше, съ тмъ, что потомъ онъ подежуритъ за него, и, не теряя времени, отправился по слдамъ Брадлея Гедстона.

Въ дл выслживанья онъ былъ искусне Брадлея. Всю свою жизнь онъ только и длалъ, что крался да прятался, выслживалъ да подстерегалъ, и онъ хорошо зналъ свое ремесло. Онъ шелъ такимъ форсированнымъ маршемъ, что нагналъ Брадлея — то есть нагналъ настолько, насколько считалъ это удобнымъ для себя, — прежде чмъ тотъ прошелъ второй шлюзъ. Человкъ, за которымъ онъ слдилъ, оборачивался довольно часто, но не замчалъ его. Мистеръ Райдергудъ зналъ, какъ пользоваться мстностью, гд стать за изгородь, гд прижаться къ стн, гд приссть, гд прилечь, и пускалъ въ ходъ тысячи всевозможныхъ уловокъ, какія и въ умъ не приходили обреченному Брадлею.

Но вс его уловки, такъ же, какъ и самъ онъ, стали втупикъ, когда Брадлей, свернувъ на зеленую лужайку, тянувшуюся отъ опушки лса до самой рки, — мсто укромное, заросшее шиповникомъ и крапивой, и все заваленное стволами срубленныхъ деревьевъ, — принялся карабкаться черезъ эти стволы, то исчезая за ними, то опять появляясь, какъ могъ бы длать какой-нибудь расшалившійся школьникъ, но очевидно не съ школьнической цлью и ужъ во всякомъ случа не безъ цли.

«Что это ты затваешь?» пробормоталъ Райдергудъ, сидя въ канав и раздвигая передъ собой втки изгороди, чтобы лучше видть.

Дальнйшія дйствія Брадлея дали ему вскор самый необыкновенный отвтъ.

«Да онъ купаться собирается никакъ, клянусь Богомъ!» воскликнулъ мысленно Райдергудъ.

Брадлей повернулъ было назадъ, потомъ опять пролзъ впередъ между стволами и, пробравшись къ вод, сталъ раздваться. Это имло подозрительный видъ, смахивая на самоубійство, задуманное съ такимъ разсчетомъ, чтобы оно могло быть объяснено несчастной случайностью. «Но ты не припряталъ бы заране узла между этими бревнами и не притащилъ бы его теперь сюда, если бы замышлялъ такое дло», сказалъ себ Райдергудъ. Тмъ не мене, онъ почувствовалъ облегченіе, когда Брадлей, окунувшись въ воду и немного поплававъ, вышелъ опять на берегъ. «Мн не хотлось бы лишиться тебя, прежде чмъ я тебя хорошенько повыжму, пріятель», проговорилъ онъ трогательнымъ тономъ.