Чтение онлайн

Въ письм, присланномъ изъ Николаевска въ газету «Амуръ» и переданномъ уже въ нкоторыхъ петербургскихъ газетахъ, подробно описано, изъ кого состоялъ экипажъ шхуны, какiе привезены на ней товары, для образца, и по какимъ дорогимъ цнамъ они продавались. Все это, если угодно, вы можете прочесть въ нсколькихъ газетахъ, а для насъ важно только то, что японцы прiхали къ намъ въ Николаевскъ, сдлали намъ визитъ, выражая этимъ желанiе быть нашими знакомыми, и даже заговорили о торговыхъ длахъ. Это, какъ видите, тоже отрадная новость, а съ нею доволно тсно связана и другая, немене отрадная, хотя по времени не очень новая, именно: подвигъ г. Махова… можетъ быть изволите знать. Не знаете? — хорошо! Г. Иванъ Маховъ, состоящiй при нашемъ консульств въ Хакодате (что въ Японiи), составилъ и на собственный счетъ отпечаталъ русскую азбуку для японцевъ, подъ заглавiемъ на японскомъ язык, означающемъ, говоря японской конструкцiей: "Русскаго чиновника подарокъ японскимъ дтямъ". Какъ г. Маховъ, въ новый японскiй годъ (29 января), представлялъ экземпляръ азбуки губернатору Хакодате и просилъ его другой наикрасивйшiй экземпляръ поднесть самому Сiогуну, въ какомъ восхищенiи были губернаторъ и другiе сановники — все это вы можете прочесть (а можетъ-быть уже и прочли) въ письм жителя Хакодате, напечатанномъ въ "Сверной Пчел". Для насъ же опять-таки важенъ только фактъ существованiя азбуки, да важна еще грустная замтка, вырвавшаяся у самого г. Ив. Махова въ письм его отъ 24 iюня, напечатанномъ въ № 11 "Морского Сборника". Говоря о томъ, какъ быстро проникаетъ къ японцамъ европейкая жизнь, и о томъ, что они учатся съ успхомъ европейскимъ языкамъ, г. Маховъ прибавляетъ: "русскому… ну, тутъ приходится или молчать, или длать замтки изъ своего дневника: тотъ, которому еще въ начал прошлаго года изъявлялась услуга — учить японцевъ порусски безвозмездно; тотъ, къ которому нын сами японцы пристаютъ съ словами: "мы ближайшiе сосди съ Россiею, а у насъ по сiе время нтъ своего переводчика русскаго языка; дайте намъ учителя, а ученики и комнаты уже готовы!" тотъ, который, соревнуя англичанамъ и французамъ, самъ долженъ бы позаботиться объ этомъ дл, медлитъ въ распоряженiи и отзывается лично изъявлявшему нкогда желанiе учить японцевъ порусски: "и, полноте! кто будетъ учиться русскому языку!" тотъ… На этомъ г. Маховъ прерываетъ свою рчь.

Неправда ли, читатель, что въ этой фраз: "и, полноте!" уже пахнуло на васъ чмъ-то знакомымъ? Какъ она слышна, наша Русь православная, наше неколебимо-бюрократическое отечество! Ктоже онъ, этотъ "тотъ, который"? Дайте намъ его имя, достойное стоять въ ряду другихъ новйшихъ героевъ, представителей невозмутимо стоящей на мст части Россiи! Записать бы на память, чтобы не забыли потомки помянуть его сострадательной улыбкой!.. Какова однако сила бюрократическаго духа: даже примръ японцевъ, быстро сдвигающихся съ мста, не броситъ краски въ лицо нашего героя!

Воздавъ должную хвалу герою, мы оставляемъ японскiй мiръ и съ особеннымъ удовольствiемъ возвращаемся на наши родныя поля, теперь занесенныя снгомъ, и по нимъ, проселками, по чуть-видному слду однажды прохавшихъ саней, а мстами и просто цликомъ, пробираемся въ наши села и деревни, послушать думъ и говора ихъ обитателей… ("опять объ уставныхъ грамотахъ"! восклицаете вы при этомъ; но мы продолжаемъ, какъ-будто не слыхали) обитателей, о которыхъ заботы наши неистощаются, о судьб и благоденствiи которыхъ все продолжаются усердные толки и сопровождаютъ насъ въ нашемъ воображаемомъ путешествiи по снжнымъ полямъ. "Повсемстный опытъ показалъ (слышится за нами), что самыя благопрiятныя условiя для улучшенiя быта низшихъ классовъ не ведутъ къ народному благосостоянiю, если увеличенiе заработковъ не сопровождается улучшенiемъ народной нравственности… "Теперь особенно (кричитъ черезъ минуту тотъ же голосъ) важно для Россiи, чтобы лучшiе инстинкты нашего простого народа находили себ поддержку въ образованномъ обществ…" "Мировые посредники (продолжаетъ голосъ съ усиленной звучностью) безъ сомннiя воспользуются своимъ влiянiемъ на крестьянъ и своими близкими и частыми сношенiями съ ними, для того чтобы распространять между ними здравыя понятiя, от которыхъ зависитъ нравственное усовершенствованiе. Многiе, какъ извстно, содйствуютъ къ убжденiю крестьянъ въ польз грамотности и трезвости: почему бы не быть имъ также распространителями въ сельскомъ населенiи немене полезныхъ понятiй о бережливости?.." ("Соврем. лтоп." № 41).

Вотъ т письменныя внушенiя, которыя мы читали давно и теперь снова читаемъ. Чтоже длать? По предмету внушенiй о воспитанiи народа дальше этого идти пока некуда, и вотъ, какъ видите, люди находятся вынужденными длать повторенiя. Мы уже сказали, что будемъ съ своей стороны избгать повторенiй, и недаромъ: въ дл народнаго воспитанiя они кажутся намъ особенно опасными, особенно способными притупить вашу воспрiимчивость, навести васъ на разныя сомннiя. Скажите, знаете ли вы тхъ воспитателей, которые втолковали народу убжденiе въ неоходимости грамотности? А вдь оно разлилось; сторонниковъ обскурантизма между народомъ едвали осталось много. Мы думаемъ и вримъ, что скоро ихъ совсмъ не будетъ, и тогда… Видите ли? Естественно ждать и желать, чтобы окончательно опредлились и уяснились для народа условiя его экономическаго быта. Уяснятся они, эти условiя, будетъ онъ знать и понимать свое настоящее положенiе, — тогда сознаются потребности, для удовлетворенiя которыхъ нужна будетъ бережливость. А то вотъ теперь уставныя грамоты…

"Опять объ уставныхъ грамотахъ!.."

Не безпокойтесь! О нихъ на этотъ разъ не распространимся, потомучто новаго немного. По свднiямъ, полученнымъ къ ноябрю, число представленныхъ грамотъ въ тридцати-пяти губернiяхъ только перешло за тысячу, и изъ нихъ введено въ дйствiе 831. — Это конечно не очень много. Замедляющiя причины тже; между ними упоминаются неразмежованныя дачи, неимнiе плановъ, недоразумнiя въ нкоторыхъ статьях Положенiй; но главною и всеобщею причиною остаются попрежнему — недоврчивость, предразсудки и "ложныя надежды" крестьянъ. Одинъ господинъ замчаетъ, что это дло «идетъ», какъ и разныя другiя русскiя дла, ни шатко, ни валко".

Кстати: этотъ господинъ недавно возвратился изъ-заграницы въ деревню и сообщаетъ первыя впечатлнiя, которыя она произвела на него. "Сначала — говоритъ онъ — я не замтилъ никакой перемны въ отношенiяхъ крестьянъ къ помщикамъ. Казалось, какъ-будто ничего и не произошло: все тже господа и тже мужики … Но это поверхность озера; внутри, въ глубин, успли произойти значительныя измненiя". Главное, чт'o замтилъ вовзратившiйся господинъ въ глубин озера, это — "обязательный трудъ становится тошне и тошне тмъ и другимъ; онъ — неправильное явленiе посл дарованiя свободы; барщина и воля вмст не живутъ, не дышутъ".

Насчетъ отношенiй крестьянъ къ помщикамъ встртили мы одну немножко наивную кореспонденцiю изъ кирсановскаго узда тамбовской губернiи. Авторъ разсказываетъ о трудности найма вольныхъ работниковъ въ ихъ краю, трудности, которая до 8 октября, когда онъ писалъ свою статью, увеличивалась съ каждымъ часомъ, и ему кажется, что тутъ есть какая-нибудь стачка. "Я слышалъ недавно (говоритъ онъ), что крестьяне будтобы согласились поприжать помщиковъ: не наниматься, ни въ какую силу, чтобы т отдали имъ внаймы всю землю, какая есть. Иначе трудно объяснить такое положенiе длъ: случись перевезти избу или что бы то нибыло своему брату мужичку, — сейчасъ является десятокъ-другой подводъ; а помщикъ бьется-бьется, посылаетъ туда-сюда, даетъ цну, какую назначаютъ сами крестьяне, а толку нтъ… Вообще видится во всхъ нашихъ условiяхъ съ крестьянами какая-то вялость и неохота послднихъ съ нами объяснится. Можетъ быть этому отчасти содйствуетъ то несчастное обстоятельство, что мысли крестьянъ находятся все еще въ необычайномъ броженiи… (будто это такъ!). Однако въ результат всхъ этихъ броженiй, невроятныхъ идикихъ надеждъ, стачекъ — или не стачекъ, а такъ чего-то непонятнаго, — выходятъ самыя безотрадныя и вредныя явленiя: напримръ въ одномъ имнiи, въ пяти верстахъ отъ меня, стоитъ до сихъ поръ (до 8-то октября!) на корню рожь въ значительномъ количеств десятинъ; а неубраной гречихи и овса не оберешься. О нихъ ужь и не говорятъ".

Скажите пожалуста! какое явленiе! отзываемся мы автору съ полнымъ сочувствiемъ. Въ самомъ дл мы ему вполн сочувствуемъ, но удивляемся, что онъ говоритъ такимъ тономъ, какъ-будто это какая-то особенность, мстная черта, только имъ однимъ подмченная, и какъ-будто тутъ въ самомъ дл есть что-нибудь "непонятное".

Между тмъ въ ход крестьянскаго дла встрчаютмя факты, которые дйствительно можно считать особенностями, частью мстными, частью личными. Мы приведемъ нсколько такого рода фактовъ, кажущихся намъ любопытными.

Въ калужскомъ губернскомъ присутствiи разсматривалось представленiе одного изъ уздныхъ мировыхъ създовъ объ удаленiи отъ должности волостного старшины. Вина старшины состояла въ томъ, что онъ "дозволилъ себ, во время разбора мировымъ посредникомъ дла, ссть на стулъ и вести постороннiй разговоръ съ присутствующими крестьянами"; а потомъ "дерзко и непочтительно отвчалъ на замчанiе посредника и на приказанiеего удалиться ". Замчательно разсужденiе объ этомъ губернскаго присутствiя. Оно нашло, что "хотя съ одной стороны нельзя оставить безнаказанно выраженiя явнаго неуваженiя къ лицу и званiю мирового посредника, допущенныхъ при исполненiи имъ своихъ обязанностей, но съ другой стороны нельзя не признать, что для поддержанiя значенiя права выборовъ, дарованнаго кретьянамъ, въ длахъ объ увольненiи отъ должностей лицъ, избранныхъ по собственному ихъ управленiю, должна быть соблюдаема особенная осмотрительность и осторожность. Слишкомъ поспшная смна такихъ лицъ уронитъ значенiе общественныхъ крестьянскихъ должнлстей въ глазахъ крестьянъ и избираемыхъ лицъ, а для успшнаго развитiя общественнаго управленiя необходимо, чтобы должности эти пользовались извстнымъ уваженiемъ". Затмъ, сообразивъ статьи Положенiя, по которымъ старшины за проступки подвергаются, по распоряженiю посредника, замчанiямъ, выговорамъ и штрафамъ, и только за важныя проступки и преступленiя предаются суду, присутствiе "не нашло достаточныхъ основанiй для утвержденiя представленiя мирового създа объ отршенiи волостного старшины отъ должности ".

Кiевскому присутствiю пришлось обсуждать представленiе сквирскаго предводителя дворянства, просившаго разршенiя подвергать малолтнихъ крестьянъ до семнадцатилтняго возраста за маловажные проступки тлесному наказанiю до пятнадцатиударовъ розгою … Чмъ, кром мстной или личной особенности, объяснить это представленiе? Зачмъ бы могли понадобиться начальству еще эти пятнадцать ударовъ розгою по спин малолтнаго?.. И вотъ — губернское присутствiе, сообразивъ вс относящiяся къ этому предмету статьи закона, вывело заключенiе, что волостные старшины, сельскiе старосты и волостные суды не вправ подвергать малолтныхъ крестьянъ тлесному наказанiю, чт'o предоставляется ихъ родителямъ и опекунамъ, которымъ старосты и старшины и должны внушать, чтобы они взыскивали съ дтей за непозволительные поступки, могущiе причинить кому-нибудь вредъ, а въ случа замченнаго послабленiя, подвергать ихъ самихъ штрафу за причиненные ихъ дтьми убытки.

Въ черниговской губернiи выдалась ужь очень крупная черта нравовъ, явленiе, какого теперь казалось бы и ожидать нельзя. Одинъ изъ посредниковъ конотопскаго узда представилъ въ губернское присутствiе свой приговоръ объ увольненiи отъ обязательныхъ отношенiй къ помщику штабсъ-капитану Аристарху Давыдову, за жестокое обращенiе, нсколькихъ человкъ дворовыхъ людей. Присутствiе нашло, что "дйствiя помщика Давыдова представляютъ случай весьма значительнаго злоупотребленiя помщичьей власти, злоупотребленiя, которое и при существованiи крпостного права подлежало строгому преслдованiю "; а потому опредлило: "приговоръ посредника утвердить; злоупотребленiя же со стороны г. Давыдова помщичьей власти предоставить усмотрнiю предсдателя, какъ начальника губернiи."