Чтение онлайн

Умвшаго такъ дивно сочетать

Европы лоскъ и варварство татарства, -

потомучто напримръ г-жа Бидо, судя по имени, иностранка, да еще дщерь de la grande nation!.. Фуй! какъ возмутительно!

Продолжаемъ начатое.

Попросили бы мы еще почтенныхъ иногородныхъ представителей судебной и полицейской власти оставить на той сторон и не брать въ новое тысячелтiе своихъ косыхъ и неблагосклонныхъ взглядовъ на учрежденiе слдователей и затмъ уже не становиться симъ послднимъ поперегъ горла, какъ изображено это въ любопытныхъ статьяхъ "Современнаго Слова" (см. № 56, 58 и др.), гд между прочимъ говорится:

"Если учрежденiе судебныхъ слдователей было встрчено единодушнымъ сочувствiемъ общества, то совершенно противоположное настроенiе духа возбудило оно въ представителяхъ городскихъ и земскихъ полицiй. Мы не говоримъ здсь о томъ исключенiи, которое можно встртить всегда и везд, но покрайней-мр большинство изъ представителей полицейской власти, взглянувъ на судебныхъ слдователей какъ на нчто враждебное, принадлежащее къ противоположному лагерю, имющему другую цль, какъ на нчто введенное въ старой нашей жизни только для того, чтобы отбить у порядочныхъ людей кусокъ хлба. Понятно, что такого рода воззрнiе не могло переработаться въ убжденiе, что назначенiе какъ судебныхъ слдователей, такъ и полицейской власти одинаково: служенiе обществу, и что представители ихъ, для боле успшнаго выполненiя своего назначенiя, должны подать другъ другу руки. Чтобы доказать, что полицейская власть еще не утратила своего значенiя и въ длахъ слдственныхъ, ея представители избрали два пути: 1) запрудить судебныхъ слдователей перепиской и производствомъ слдствiй, по дламъ до нихъ вовсе неотносящимся, и тмъ лишить ихъ возможности употребить все вниманiе на дла, настоятельно того требующiя, и 2) производить дознанiя (предписанныя §§ 2 и 3 наказа полицiямъ) такимъ образомъ, что производство дальнйшаго, формальнаго слдствiя и раскрытiе чрезъ него истины длается несравненно трудне (а иногда и вовсе невозможно) посл полицейскаго дознанiя, чмъ оно было бы при его отсутствiи."

К`aкъ приводится въ исполненiе этотъ планъ полицейскими властями, можно хорошо понять изъ слдующаго, безъ сомннiя не фантастическаго примра:

"Въ город NN проживаетъ всмъ извстный отставной чиновникъ, доведшiй страсть свою писать прошенiя и всякаго рода бумаги почти до сумашествiя. Сей мужъ, — назовемъ его хоть Д. - положительно неимющiй ничего кром носильнаго платья и прокармливающiйся собиранiемъ милостыни, проживалъ у матери своей покойной жены, женщины тоже очень бдной, квартировавшей въ дом мстнаго мщанина. Вслдствiе неспокойнаго характера Д. теща сгоняетъ его съ квартиры; чтобы насолить ей и доставить себ удовольствiе исписать страшное количество бумаги, Д. оставляетъ на квартир свои негодные къ употребленiю штанишки и кузовокъ, а на другой день идетъ въ полицiю, гд объявляетъ, что его обокрали на сумму ста рублей серебромъ, что въ краж этой онъ подозрваетъ тещу свою, г-жу М., и хозяина дома N съ женой; въ доказательство же справедливости обвиненiя указываетъ на поличное, которое можно найти въ квартир похитителей. Полицiя, непринимая въ расчетъ, что Д. вчера только былъ согнанъ съ квартиры, что еслибы похищенiе и было учинено, то откуда Д. знаетъ о поличномъ? что наконецъ у него и не было никогда, да и быть не могло имущества на сто рублей, — длаетъ обыскъ, находитъ точно штанишки и кузовокъ Д., и недлая другого дознанiя, сообщаетъ о совершенiи преступленiя для изслдованiя судебному слдователю. Напрасно судебный слдователь входитъ съ представленiемъ въ уздный судъ, напрасно прописываетъ онъ вс обстоятельства, положительно доказывающiя, что подобное дознанiе полицiи не можетъ еще считаться за дознанiе, что оно должно быть произведено гораздо тщательне: ему указываютъ на поличное и предписываютъ произвесть слдствiе."

Это по первому пункту плана, а вотъ по второму примръ немене занимательный и поучительный:

"У крестьянина А. уведена съ подножнаго корма лошадь, и онъ объявилъ подозрнiе на своего односельца Б. Представитель полицiи длаетъ дознанiе, и Б. сознается, что кража лошади — его работа, что онъ учинилъ ее вслдствiе подговора В. за десять рублей… Преступленiе стало-быть есть, характеръ факта уясненъ, и полицiя должна была тотчасъ передать дло къ судебному слдователю; но дло въ томъ, что В. связанъ тсными узами съ полицiей, а потому его предупреждаютъ о показанiи Б., на случай обыска даютъ спрятать все подозрительное, находящееся у него на квартир (чего надо полагать было много, потомучто спецiальность Б. - переводъ краденыхъ вещей). Наконецъ, такъ какъ Б. показываетъ, что украденая лошадь передана В., то В. пишетъ въ полицiю формальную росписку о покупк имъ лошади у Б.; заносятъ росписку въ книгу, словомъ ограждаютъ В. формальностями такимъ образомъ, чтобъ слдователю никакъ нельзя было запутать В., и потомъ уже передаютъ свое дознанiе. Слдователь, получивши такого рода дло и понимая очень хорошо истину, пришолъ въ совершенное недоумнiе, какимъ образомъ сдлать истину настолько ясной, чтобы судъ могъ произнести свое сужденiе? Онъ вытребовалъ изъ полицiи книгу для занесенiя росписокъ; росписка В. значилась тамъ подъ тмъ самымъ числомъ, когда уведена у А. лошадь; конечно, книга была не прошнурована и не скрплена, стало-быть въ нсколько часовъ такихъ книгъ можно было написать десять; но за несоблюденiе формальностей отвтитъ только полицiя, а В. остается правымъ; слдователь даетъ Б. съ В. очную ставку, но Б. напрасно уличаетъ В., какъ своего сообщника: наученный полицiею, В. стоялъ на одномъ, что купилъ лошадь у Б. Слдователь спрашиваетъ В., при комъ же онъ купилъ ту лошадь? В. сначала говоритъ, что съ глазу на глазъ; но на другой день, будучи заарестованымъ при полицiи, показываетъ, что тутъ было два свидтеля, и называетъ ихъ по именамъ. Слдователь вызываетъ свидтелей; являются два какихъ-то господина, готовые за цлковый и полштофа водки принять присягу въ чемъ угодно… Слдователь, видя, что В. выгораживаетъ себя свидтелями такъ, что остается предъ судомъ даже и не въ подозрнiи, догадался употребить тотъ же способъ, которымъ была доказана невинность Сусанны: спрашиваетъ одного свидтеля, при немъ ли В. купилъ у Б. лошадь? Тотъ отвчаетъ: при немъ. — Гд? — На базар. — Можешь указать мсто покупки? — Свидтель сначала замшался, потомъ отвтилъ, что можетъ. Слдователь идетъ вмст съ свидтелемъ на базаръ, и тотъ указываетъ на мсто купли лошади. Слдователь, недавая ему возможности видться съ товарищемъ, вызываетъ другого свидтеля, и съ тмъ повторяетъ туже исторiю; но мсто, указаное этимъ свидтелемъ, находится отъ мста перваго свидтеля въ разстоянiи покрайней-мр саженъ на двсти. Посл того онъ даетъ имъ очной сводъ; на свод оба свидтеля сначала страшно смшались, но потомъ одинъ поправился и говоритъ, что забылъ гд видлъ, какъ В. покупалъ лошадь у Б., а теперь, припомнивши, онъ согласенъ съ показанiемъ своего товарища; слдователь потомъ даетъ имъ по одиночк своды съ В., который показалъ третье мсто купли. В., видя, что въ подговор забылъ одну статью, остается на своемъ показанiи, и несмотря на вс убжденiя своихъ свидтелей, утверждаетъ, что купилъ лошадь вовсе не на томъ мст, гд показываютъ свидтели, а на томъ, гд онъ показываетъ… Такимъ образомъ безпрерывными очными ставками слдователю удалось спутать противорчiями В., но тмъ немене, имя за собой въ резерв росписку, полученную въ полицiи, В. все-таки не сознался, что подговаривалъ Б. красть лошадь и служилъ прiемщикомъ и переводчикомъ ея."

Читая такiе чудные примры, какъ не одушевиться на покорнйшую просьбу къ представителямъ полицейской власти, чтобы не становились они поперегъ горла судебнымъ слдователямъ? Но чт`o наши мольбы! Он не помогутъ, он не могутъ помочь, да и т, къ кому мы обращаемся, не въ силахъ исполнить нашу непрактичную просьбу. Тутъ уже не въ томъ дло… "Главной причиной того (сказано въ цитируемой нами стать), что наказъ судебнымъ слдователямъ не удовлетворилъ ни ту, ни другую сторону, — то-есть ни общество, ни тхъ, кто долженъ былъ проводить учрежденiе въ общество, была по нашему мннiю его одиночность. Входя въ жизнь и въ тоже время оставляя за собой и передъ собой городскiя и земскiя полицiи, уздные суды, городовые магистраты и уголовныя палаты, въ прежнемъ ихъ состав и съ прежними принципами, учрежденiе судебныхъ слдователей было уже парализовано въ самомъ зародыш" и проч. Такъ вотъ какой хвостъ еще тянется за нами въ новое тысячелтiе, и скоро ли отрубятъ его у насъ — мы наврное незнаемъ.

Но если оказывается жестокимъ наше общее требованiе отъ всхъ представителей полицейской власти; если исполненiе его повлекло бы за собой для нихъ тяжкiя жертвы, самоотреченiе и вообще непосильный подвигъ; если наконецъ оно въ настоящее время еще непрактично по существующему общему строю длъ, — то покрайней-мр г. рязанскiй полицмейстеръ вроятно не отказалъ бы намъ въ просьб утшить г. Метелькова для начала тысячелтiя, покончивъ съ нимъ расчетъ на той сторон, т. е. уплативъ ему тамъ долги по документамъ. Посудите сами: г. Метельковъ еще въ 1850 и 1851 г. (вдь это очень давно!) представилъ ко взысканiю въ рязанскую полицiю долговые акты, и успокоился, надясь, что долги его рано ли, поздно ли будутъ взысканы. Но вотъ въ конц тысячелтiя узнаетъ онъ, что дла его давнымъ-давно ршены и сданы въ архивъ, документы возвращены должникамъ, а деньги… денегъ нтъ, и гд он — неизвстно. Г. полицмейстеръ объяснилъ очень резонно, что "о причинахъ зачисленiя длъ ршоными, безъ дйствительнаго по нимъ удовлетворенiя, за выбытiемъ производителей самыхъ длъ, объяснить невозможно ". Видите ли какъ это ясно! Но чт'o вы будете длать съ г. Метельковымъ, если онъ и засимъ еще считаетъ себя неудовлетвореннымъ и все ждетъ какого-то отвта отъ полицiи, опираясь на то, что самъ-то г. полицмейстеръ остается изъ полицiи невыбывшимъ? ("Моск. Вд." № 169.) Въ виду такого упрямства г. Метелькова можно предполагать, что онъ способенъ втеченiе всего наступившаго тысячелтiя не измнить своего горькаго убжденiя, что рязанская полицiя должна выдать ему деньги по его долговымъ актамъ; а потому и желательно было бы, чтобы г. полицмейстеръ расчитался съ нимъ какъ-нибудь, неперенося съ того берега длъ, уже тамъ ршоныхъ и въ архивъ сданныхъ.

Да внушитъ провиднiе распорядителямъ московско-коломенской желзной дороги благую мысль оставить въ достоянiе прошлому тысячелтiю ихъ небрежно-презрительные взгляды на публику вообще и на публику третьяго класса въ особенности и по преимуществу! Воззванiе это мы длаемъ на основанiи извстiй, сообщаемыхъ гг. А. Мансуровымъ (въ 169 No "Моск. Вд.") и нкiимъ Философомъ Гороховымъ (въ 68 No "Совр. Слова"). Первый размышляетъ, что на коломенской дорог мста очень дороги: третiй классъ стоитъ 1 р. 36 к.; что рабочему человку платить 1 р. 36 к. тяжело, даже очень тяжело. Вотъ какой представляется тутъ расчетъ:

Пшкомъ мужикъ дойдетъ до Коломны въ два дня; въ дорог истратитъ на харчи 30 к. Продетъ на облучк у ямщика одинъ день и простъ 15 к. Въ первомъ случа два рабочихъ дня стоятъ лтомъ 1 руб., стало-быть дорога обойдется въ 1 р. 30 к.; а заплативъ ямщику полтинникъ и потерявъ одинъ день, рабочiй человкъ истратитъ 1 р. 15 к. Теперь на желзной дорог: употребитъ полсутокъ — 25 к., простъ 10 к., заплатитъ за мсто 1 р. 36 к., всего стало-быть потеряетъ 1 р. 71 к. При этомъ является еще слдующее соображенiе: пшкомъ рабочiй безъ крайней нужды не пойдетъ, — онъ измучается дорогой, а за 50 к. теперь ямщикъ не повезетъ, такъ какъ прежде онъ возилъ за эту цну мужиковъ, сажая внутрь тарантаса достаточныхъ людей по 3 руб., съ человка. Теперь никто не подетъ въ тарантас за 3 руб. а посадить однихъ мужиковъ по полтиннику — ямщику невыгодно."

Зачто же, милостивые государи, такая немилость къ бдной третьеклассной публик, что нтъ ей ни малйшей льготы отъ существованiя коломенской желзной дороги? "Желательно — возглашаемъ мы словами возродившагося "Дня", — чтобы господа учредители частныхъ компанiй, которыхъ предпрiимчивости желзныя дороги и пароходы обязаны своимъ существованiемъ, устроили, по примру николаевской желзной дороги, дешовые, хотя и не столь скорые позды, и вообще обратили бы вниманiе на удобства пасажировъ третьяго класса, съ которыми иногда обращаются слишкомъ нецеремонно и запросто."

О нецеремонности и о самой крайней степени ея ст'oитъ прочитать расказъ г. Философа Горохова…

"30 iюля въ 12 часовъ дня — говоритъ онъ — я обратился на московской станцiи саратовской желзной дороги къ кассиру съ просьбою выдать мн два билета до Либерцовъ (первой станцiи въ девятнадцати верстахъ отъ Москвы), куда мн нужно было по длу създить. Кассиръ, несоблюдая очереди въ выдач билетовъ, подалъ таковые четыремъ лицамъ, посл меня пришедшимъ, а я остался у окна кассы въ ожиданiи, что и моя просьба будетъ удовлетворена; потомъ онъ во второй разъ меня спросилъ, чт'o мн нужно? Я повторилъ мою просьбу о двухъ билетахъ до Либерцовъ. Тогда онъ мн сказалъ, что у нихъ въ контор нтъ билетовъ напечатаныхъ до Либерцовъ, а подалъ мн билеты на первый поздъ до станцiи Роменской, пространствомъ на 60 верстъ отъ Москвы, съ поясненiемъ именно такими словами, что я могу слзть въ Либерцахъ, а билеты долженъ взять до Роменскаго, ибо у нихъ нтъ билетовъ до другихъ станцiй. Я ему еще отвтилъ, что желаю сойти въ Либерцахъ, и что будетъ ли справедливо брать съ меня деньги за разстоянiе на 60 верстъ, когда я ду только на 19, и по крайней необходимости взялъ билеты. Когда вс другiе дущiе пасажиры услись въ вагоны, то оказалось, что многiе, которымъ слдовало хать до станцiи Фаустовой, на 75 верстъ, уступая также необходимости поздки и прiзда на московскую станцiю, получили билеты на 106 верстъ, до самаго Коломенскаго, что въ касс будто только и имются напечатаные билеты до пунктовъ Ромны и Коломны. При выход въ Либерцахъ я встртилъ мужичка, уже немолодого, утомившагося, прошедшаго пшкомъ изъ Москвы, неуспвшаго съ петербургской машины перессть в'o-время на коломенскую и посл желавшаго уже соблюсти экономiю проходомъ въ Либерцы, гд онъ намревался ссть на машину до Коломны. И надобно было видть его отчаянiе, когда съ него взяли тже деньги, чт'o заплачено и дущими изъ Москвы! Онъ горько жаловался всмъ на такую несправедливость… Пришолъ поздъ и коломенскiй, и съ насъ, хавшихъ изъ Либерцовъ обратно въ Москву, взяли деньги не за 19, а за 60 верстъ, какъ-будтобы мы хали отъ Роменскаго. Билетовъ на проздъ здсь не выдавали, а деньги сбиралъ одинъ кондукторъ прямо себ въ мшокъ, и весьма любопытно посл этого знать, какъ повряетъ его въ такомъ сбор доходовъ контора?.. Кто не платилъ за разстоянiе, на билетахъ напечатаное, того не садили."

Такъ к'aкъ же, гг. распорядители: нтъ билетовъ до Либерцовъ? и достать ихъ стало-быть вы не имете возможности… даже въ текущемъ тысячелтiи? Достаньте, хоть ради его и вашего добраго имени, какъ-нибудь и гд-нибудь, а распоряженiе — брать за 60 вмсто 19 верстъ, распоряженiе, имющее такое разительное сходство съ маклачествомъ, оставьте на той сторон!

Затмъ посовтовали бы мы г. Зрителю — Колошину бросить на той сторон свою скверную зрительную трубку съ предательскими стеклами, показывающими ему б'oльшую часть предметовъ навыворотъ и вверхъ ногами, а нкоторыя очень серьозныя и нравственныя вещи — въ такомъ грязномъ и непристойномъ вид, что человку съ чистыми мыслями и чувствами совсмъ смотрть нельзя. Можете вообразить напримръ: слiянiе сословiй представляется въ этой трубк какимъ-то "скрещенiемъ породъ". Г. Колошинъ, доврившись трубк, такъ и понялъ слiянiе сословiй, и потому на 277 страниц «Зрителя» нарисовалъ неприличнйшую картинку, изображающую толстую крестьянку на колняхъ у франтовски-одтаго господина и элегантную барышню на колняхъ у кучера. Незадолго передъ тмъ было напечатано въ "Зрител" письмо какого-то наивнаго подписчика, расказавшаго, что въ Петровскомъ-Разумовскомъ былъ дешовый концертъ любителей, а посл концерта танцы, причемъ произошла попытка сближенiя сословiй, состоявшая въ томъ, что кавалеры вздумали выбрать себ дамъ изъ бывшихъ въ концерт поселянокъ, а къ дамамъ распорядители праздника подвели поселянъ, и составившiяся такимъ образомъ пары ходили польскiй… Наивный авторъ отъ души восхищается этой увеселительной попыткой; а г. Зритель-Колошинъ, нагло обманутый тми же предательскими стеклами своей трубки, тиснулъ при этомъ слдующее подстрочное примчанiе: