Чтение онлайн

— Должно быть, вам показалось, Ваше Высочество, — с трудом сохраняя самообладание, выдохнула девушка, боясь смотреть в его отчаянные разъярённые глаза.

Марк с издёвкой усмехнулся и выпалил:

— А что это было тогда, ночью, в этой самой библиотеке? Ты сама повисла у меня на шее и начала целовать меня. Когда я целовал тебя, ты ни разу не отстранилась от меня. Твои глаза, твои губы были красноречивее всяких слов! Мне это что, показалось?!

«Да как ты смеешь вспоминать об этом?! — с горечью подумала она. — Будь на моем месте другая, ты бы и её целовал!»

Марк усмехнулся, горько, яростно, жестко проговорив:

— Сколько всего герцог наговорил тебе про меня, если еще вчера ты сама льнула ко мне, сегодня же ты даже не хочешь подойти ко мне? — Ишмерай мучительно воззрилась на него, и глаза её заволокло туманом слез. — Но скажи мне только одно: почему ты дрожишь? Сегодня во дворце так душно, а тебе холодно. Или бесстрашная Ишмерай боится меня? Почему ты плачешь?

— Ты обманул меня.

— Объяснись.

— Пока я была в беде, ты ездил к Омранам. Ты ездил видеться с Маргит Омран. Ты переписываешься с ней.

Марк отступил на шаг. Явно не ожидал, что девушка осведомлена так хорошо.

— Я — принц, Ишмерай. Получая от отца поручения, я выполняю их.

— Ты переписываешься с ней по его поручению? Она тебе больше подходит в жёны, чем я?

— Я вынужден быть внимательным к этой семье.

— Да, они невероятно богаты. И, видимо, настолько богаты, что это заставило тебя забыть тот наш разговор в Кибельмиде.

Вместо ответа Марк нежно и настойчиво захватил её губы своими губами, обняв ее так, что она не могла вздохнуть, но ей не хотелось дышать и, тем более, сопротивляться. Она хотела позабыть обо всём плохом, что она решила о Марке. Важно ли то, что он не любит её, не женится на ней и просто использует её? Сейчас он был рядом. Имело ли значение остальное?

Но потом, как только ему станет угодно, он покинет её и более не вернется. А она, посрамлённая, побитая людской молвой, останется один на один со своим позором.

Ишмерай, уже начавшая всё увереннее отвечать на пламенный поцелуй Марка, вырвалась.

— Я — не твоя невеста? — выдохнула она.

Принц Карнеоласа колебался и не отвечал. И тогда Ишмерай Алистер накрыла страшная обида и гнев. Чернота охватила её юное сердце, уже начавшее расцветать первым сильным чувством. Она влюбилась в друга детства, в Марка, который заставил её поверить, что женится на ней, а теперь топтался на месте.

— Я сожалею обо всём, что было в этой библиотеке, что было тогда в Атии и в Кибельмиде, я сожалею обо всем, — на одном дыхании выпалила она, лицо её перекосилось от ярости и боли. — Лжец.

Она испугалась его взгляда, потрясённого и недоверчивого.

— Нет, Ишмерай, — ошарашено выдохнул Марк, отступив на шаг. — Я всегда знал, что ты вздорная, но чтобы так… Зачем же тогда?… — Марк вдруг горько усмехнулся, поднял голову к потолку, после тихо посмеялся, с силой провёл ладонью по волосам, поглядел на Ишмерай с горечью, презрением и процедил:

— Что ж, сударыня. Искренне рад, что всё выяснилось. Отныне я умываю руки. Желаю вам удачи!

Он коротко поклонился и, более не глядя на неё, ушёл. Ишмерай затрясло. Она должна была побежать за ним и остановить. Он же покинет её, но ноги приросли к полу. Как легко он от неё отказался!

Мир рушился. На этот раз, девушка знала, он был непоколебимо твёрд в своём решении и теперь едва ли вернётся к ней по своей воле.

Ишмерай была уже одета, когда за ней пришел слуга и сообщил, что Его Величество ожидает за дворцом. Пасмурный рассвет обнимал землю густым белоснежным туманом, каплями прижимаясь к окнам, закрывая горизонты своею унылостью. Девушка, без сна пролежавшая всю ночь, измочившая подушку слезами, думавшая о том безрадостном будущем, которое ждало её вдали от дворца без родных и Марка, была бледна и не похожа на себя.

Наконец, вскоре лестницы закончились, и слуга повел её по темным коридорам со столь многочисленными поворотами, что Ишмерай, по началу пытавшаяся запомнить дорогу, запуталась. Но и коридоры закончились: перед ними оказалась большая неприметная дверь с тяжелым засовом, который со скрежетом отодвинулся, и они вышли на улицу. Тусклый свет цеплялся за ещё голые ветви деревьев, но Ишмерай узнала присутствовавших, и сердце её рухнуло. Вместе с королём спокойно стояли хмурые и напряженные герцог и герцогиня Атийские, Лорен Рин, несколько встревоженные Атанаис, оживлённый Акил, зевающий кронпринц Дарон и первый министр, Лирн Карн, совсем седой, морщинистый, худой и жилистый, но всё ещё энергичный.

— Доброе утро… — оглушено выдохнула Ишмерай, в ужасе разглядывая своих родных, после уставившись на короля с немым вопросом на лице.

— Пойдёмте, — жёстко бросила Акме, отворачиваясь. — Чем скорее мы с этим закончим, тем лучше.

И они отправились к Провидице, тихо и крайне напряженно. На лице Акме явно читалось отчаяние — она обогнала всех и яростно отметала попадавшиеся на пути ветви. На лицах Гаральда и Лорена была глубокая задумчивость и мрачная решимость. Вскоре показалась обитель Провидицы, и все осторожно вошли внутрь, за исключением Акме, которая влетела, — если бы на входе была дверь, герцогиня разбила бы её в щепки.

— Мы здесь, Провидица, как ты и хотела, — отчеканила герцогиня.

— Я вас приветствую, — низко прошелестела царица Авалара, явившись своим гостям, и Ишмерай в очередной раз подивилась её величию и красоте.

Акил и Атанаис взирали на царицу, словно на чудо. Кронпринц Дарон, зевавший всю дорогу, выпрямился и собрался, готовый внимать.

— Лорен Рианор… — с лёгкой улыбкой прошелестела фавна. — Я рада видеть и тебя, и твоего сына. Я долго этого ждала.

— А я, признаться, вовсе не думал, что наступит тот день, когда я вновь приду сюда, чтобы выслушивать рассказ об очередной опасности… — фыркнул Лорен, горько глядя на Провидицу.

— У нас есть возможность покончить с тем, что начал еще Атариатис Рианор, а продолжили вы, — молвила царица. — Так почему бы не воспользоваться ею?

— Нынче мы лучше подготовлены, мы сильнее, нежели двадцать лет назад, — констатировал Арнил Вальдеборг, сжав руки на груди. — Мы располагаем временем и даже союзниками.

— Но сильнее не только мы, — добавила Провидица, — Нергал остался без своего верного союзника — Эрешкигаль, — и он свирепее. Своей свирепостью и жестокостью он собрал новую армию, стократ превосходящую ту, что была двадцать лет назад. И каждый раз, что мы будем запирать его в Кунабуле, он будет выбираться, и мощь его будет расти неотвратимо. Звезда о Семи Концах должна быть возвращена Архею, и тогда Нергал не сможет нам противостоять.

— Звезда о Семи Концах будет восстановлена, если в Архей вернутся подданные Авалара, — констатировал первый министр, — но возможно ли вернуть целое государство, со всеми его подданными сразу? Путь из Заземелья в Архей отнюдь не лёгок. Он лежит через снежные высокогорья и опасные ущелья.

— Мне нужен подданный Авалара кровей моей семьи, — последовал ответ. — Если бы наш род был прерван, я бы узнала об этом. Стало быть, у моей сестры, Цавтат, которой я отдала своё царство, должны быть потомки. Если же власть принадлежит кому-то другому, приведите ко мне потомка моей сестры и тех, кто согласится пойти с ним.