Чтение онлайн

Гремело так, что у путников закладывало уши. Первый сталактит высотой с огромного мужчину откололся от верхней стены пещеры и с невообразимым грохотом упал на пол, едва не задев Марцелла и Сагрию. Нутро горы зарычало так, будто в утробе её просыпался страшный зверь. Он рвался наружу, неуклюже поворачивался, сотрясая стены, и в великом гневе разбивал камень своими могучими лапами.

В следующей пещере сталактиты снегопадом сыпались на пол, и пещера наполнилась удушливой пылью. Маневрируя меж смертоносных камней, путники, однако, начали задыхаться.

Испуганно вскрикивавшей Ишмерай с большим трудом удавалось управлять обезумевшим Ремиратом и уклоняться от сыпавших на неё камней. Отчаянный зов Марка исчез впереди за страшным грохотом, и девушка уже не была уверена, что скачет в верном направлении. Пыль жгла глаза и горло: она ничего не видела и не могла позвать на помощь.

Словно ниоткуда из завесы пыли вырвалась огромная рука Марцелла, схватила Ремирата за поводья и потянула в сторону. Конь оглушительно заголосил и попытался вырваться, но вскоре признал силу Марцелла.

Гора вновь зарычала, и эхо от голоса её отразилось от всех стен. Но, не услышав ответа, гора зазвенела мёртвой тишиною и неподвижностью. И больше не произнесла ни звука.

Когда Ишмерай подумала, что задохнётся, за пыльной завесою она увидела дрожащие силуэты факелов впереди.

— Не ранена? — кашляя, спросил Марцелл, пыль сделала его волосы седыми.

— Нет. А ты?

— Цел.

Спустя несколько минут пыль рассеялась, и Ишмерай увидела своих спутников. Растрёпанная и перепачканная в пыли Атанаис дрожащими руками обрабатывала рассечённое плечо одного из гвардейцев.

— Крепись! — услышала Ишмерай напряженный голос Цесперия: фавн держал руку другого гвардейца, а потом вдруг сильно её дёрнул. Гвардеец громко вскрикнул, и Цесперий мягко проговорил: — Крепись, дружок. Руку вылечим.

— Ишмерай!

Марк с покрытыми пылью волосами и залитым кровью лбом подлетел к её коню, стащил её с седла и начал так и эдак поворачивать и восклицать:

— Ты не ранена?! Тебя не задело? Крови нет?!

— Нет, Марк, — выдохнула девушка устало: сердце ещё бешено колотилось от испуга. — Зато у тебя… Как много крови!..

— Ерунда, — убедившись, что Ишмерай невредима, принц облегчённо вздохнул. — Камень попал мне прямо в лоб. Но я легко отделался.

— Легко отделался?! У тебя рана размером с яйцо!

— Нет там ничего!

— Жжёт! — вскрикнула Сагрия, ударив кулаком по каменному полу.

Акил обрабатывал её разбитое колено и ворчал:

— А кто заставил тебя встать прямо под той громадиной?

— Там весь потолок был увешан теми громадинами! Где, по-твоему, я должна была встать?!

— Все вернулись?! — Нидар Сур пересчитывал путников, бегая между ними с выпученными глазами.

— Все, — с облегчением отозвались те, оглядевшись.

— Что это могло быть? — дрожащим голосом выдохнул посланник Ансаро, перепугано оглядывая стены, будто они могли ответить ему.

— Что ещё, как не землетрясение, господин посол?! — сварливо отозвался Александр: он был перепачкан, зол, но невредим. — Менее всего на свете я пожелал бы сдохнуть в таком месте!

— Полагаю, это было вовсе не землетрясение, — твёрдым голосом возразил Цесперий, переходя к другому раненому. — Здесь обитает то, с чем нам лучше не встречаться.

— Кунабульцы?

— Драконы?

— Дьявол!..

— Мне не ведомо, что за тварь живёт в глубине этих гор, — ответил фавн, — но она чуть не убила нас.

— Нам лучше не останавливаться на ночь, — заявил Нидар Сур. — Выспимся под чистым небом. До выхода недолго. Даю вам не более десяти минут на ваши ссадины и царапины. И в путь! Иначе мы будем здесь похоронены! — громче и назидательнее проговорил он, пытаясь заглушить недовольные стоны.

— Этот камень был близок к тому, чтобы пробить вам голову, Ваше Высочество, — пробормотал Акил, взявшись за рану Марка на лбу.

— Всего лишь царапина, — поморщился тот.

— Кровь из этой царапины хлещет так, что залила вам глаза. Не троньте! — строго воскликнул он, шлёпнув принца по потянувшейся к ране руке. — Не смейте прикасаться к ней грязными руками! Будет заражение крови, и тогда мне вас не спасти!

— Заражение крови не страшно, — вздохнул Марк. — Гораздо страшнее было провести несколько минут в полном неведении о судьбе своей возлюбленной, — глаза его, полные грусти, обратились к Ишмерай, сидевшей рядом.

— По-моему, гораздо страшнее сдохнуть от того же заражения крови и оставить свою возлюбленную горевать, — к ним подошёл Александр, нагнувшись к принцу, чтобы рассмотреть его лоб получше. — Принц — вы счастливец. Камень отскочил от вашего лба, как от дерева.

— Ты счастливее, — усмехнулся Марк без тени раздражения. — Ты вышел из того ада без единой царапины.

— Господь бережёт вас, господин Сагдиард, — тихо съехидничала Ишмерай.

— Господу нечего делать в этой глуши.

— Благодарю тебя, Александр, — проникновенно произнёс Марк, глядя ему в глаза. — Если бы не ты, я бы сбился с пути в этой пыли. Ты вывел меня на свет.

Марк протянул ему руку.

— Если бы не ваша невеста, которую вы кинулись искать в этой неразберихе, вы бы не потерялись.

Но руку пожал и ушёл.

Когда отряд закончил приводить себя в порядок, Ишмерай подошла к Александру и кротко позвала его:

— Господин Сагдиард.

Господин Сагдиард, в спешке закреплявший седло, обернулся к ней, удивлённо приподнял брови и нагловато уставился на неё, скептически и презрительно хмурясь.

— Вы спасли жизнь моему жениху… Он бы погиб без вас. Примите горячую мою благодарность. Вы все равно что спасли и мою жизнь тоже.

— Твоя благодарность, сударушка Алистер, нужна мне ещё меньше, чем его, — самым нахальным и развязным тоном бросил Александр. — Куда забавнее было оставить его там.

Ишмерай сдержалась и все тем же кротким голосом произнесла:

— Но ты не оставил его. И впредь не оставишь никогда.

Александр изумлённо усмехнулся и осведомился:

— С чего это ты так в этом уверена?

— Я верю тебе.

— Вот как?! — Александр совсем удивился. — Я-то думал, что ты до самой своей смерти будешь считать меня чумой. Должно быть, тебя все же задело и хорошенько ударило по голове.