Чтение онлайн

Ишмерай, которая только начала приходит в себя от предложения Марка, недовольно нахмурилась.

— Что ты думаешь сама об этом? Хотела бы ты отдать своё сердце Марку Вальдеборгу?

Ишмерай испуганно поглядела на дедушку Бейна. Она плохо представляла, что такое брак. Ей нравилась мысль, что она может облачиться в роскошный белоснежный наряд, войти в главный собор Карнеоласа и выйти из него супругой принца Карнеоласа, карнеоласской принцессой. Где они будут жить потом? Чем они будут заниматься всю оставшуюся жизнь? Чем занимались принцессы? Ишмерай была знакома с принцессой Сильвана, взбалмошной девицей, которая недавно вышла замуж за кронпринца Сильвана. Она целыми днями веселилась и собирала вокруг себя толпы поклонников и поклонниц. Но у Ишмерай был и другой пример: её матушка. Трудолюбивая герцогиня Атии каждый день работала в больнице и помогала супругу управлять Атией. Должно быть, тем же и занимаются достойные принцессы: помогают своим супругам и подданным.

Ишмерай подозревала, что жизнь с принцем Карнеоласа мало походила на сказку. Но неужели всё было так безрадостно и мрачно, как говорит дядя Бейн? Ей нравилось целоваться с Марком, ей нравились его объятия и слова. Она знала его и бесконечно ему доверяла. Что ещё нужно было для брака?..

— Да, я хочу выйти за него замуж, — улыбнувшись, ответила Ишмерай.

— Потому что он принц Карнеоласа? — дядя Бейн слегка прищурился.

— Потому что… он нравится мне.

Бейнардий Фронкс долго и внимательно глядел ей в глаза, вздохнул и тихо сказал:

— Призываю тебя подумать. Я не хочу, чтобы однажды ты поняла, что ошиблась. Пока я не буду ни о чём сообщать твоим отцу или матери. Принц сам должен переговорить с герцогом Атии и лично просить твоей руки у него. Особенно после таких приключений.

Из кабинета дяди Бейна она выбегала окрыленной, задвигая его слова в своей голове настолько далеко, чтобы их нельзя было оттуда вытащить на поверхность.

— Мы больше не должны разлучаться ни на минуту, — заявил принц днём, прогуливаясь с Ишмерай по серому саду у дома, украдкой целуя её лицо и губы: Марцелл сидел на одной из лавок и курил трубку, хмуро за ними приглядывая.

— Если общественности станет известно, что ты в Кибельмиде, да ещё и живешь под одной крышей со мной, моя репутация погибнет навсегда, — напомнила Ишмерай, в голове которой начало что-то проясняться после вчерашнего разговора с дядюшкой, но не слишком ярко. — Это запрещено, даже если мы будет помолвлены.

— Если…? — Марк фыркнул. — Ты сомневаешься в моих словах?

— В твоих нет, принц. Но вдруг нам не позволят пожениться?

— Дядя Бейн всё же заставил тебя засомневаться. Запомни: мне нет никакого дела до этих недостойных толков горожан.

— А если они дойдут до моего отца? — очнулась Ишмерай. — Я и без того причинила своей семье слишком много беспокойств.

— Странно, — недовольно усмехнулся Марк. — Ты утверждала, что терять тебе более нечего. Однако теперь ты боишься сделать даже такую малость, как пройтись со мной по Кибельмиде.

— Скоро по всей Атии и по всему Карнеоласу разлетится слух о том, что дочь герцога Атийского сбежала, — твердеющим голосом проговорила Ишмерай. — Порвала со своей семьей и бежала к дяде своей матери в Эрсавию. Не желаю, чтобы люди говорили, что я бежала за мужчиной. Более того — за принцем Карнеоласа! Дочь герцога — утеха Его Высочества!

— С каких пор тебя стали тревожить слова других? — Марк остановился, а в глазах вспыхнул гнев.

— С тех самых пор, когда я осталась без семьи. Я не желаю, чтобы герцог решил, что его дочь пустилась по миру.

— Я поговорю с твоим отцом лично, — терпеливо проговорил Марк.

— Ещё неизвестно, когда тебе удастся это сделать. Мы не можем уехать, пока там шастают эти твари.

— Я бы уехал, но без тебя не тот смысл. Я бы торжественно вернул тебя отцу, ты бы прилюдно покаялась, и я попросил бы у герцога твоей руки. Но везти тебя через эти страшные земли слишком опасно. Оставлять тебя одну тоже.

— В Кибельмиде безопаснее, чем в дороге.

— Боюсь, ты ошибаешься. 20 лет назад они пришли за твоей матерью сюда. В Ариле меньше месяца назад они ворвались в дом фермера и истребили почти всю семью. Кто знает, на что они способны еще?..

— Я ужасно ругаю себя за то, что сбежала.

— А я жалею, что уехал после того скандала с охотой. Я должен был остаться и все объяснить твоему отцу.

Ишмерай улыбнулась, прильнула к Марку и тихо сказала:

— Иногда мне хочется вернуться в то время, когда мы учились вместе. Вместе занимались, вместе проводили каждый вечер, ставили сценки, мчались по полям.

— А я не хочу, — Марк поцеловал её в щёку. — Я хочу смотреть в будущее. Я верю, что в будущем нас ждет только хорошее. Даже если нам придется преодолевать трудности, мы справимся с ними вместе. Как муж и жена.

— И в горе, и в радости, — прошептала Ишмерай и с улыбкой посмотрела Марку в глаза. Принц поцеловал свою невесту в губы.

— Средь бела дня! — загремел Марцелл так, что Ишмерай вздрогнула, но Марк не шевельнулся. Он лишь сильнее сжал руку Ишмерай.

— Марцелл, отстань, Ишмерай — моя невеста, — процедил Марк.

— Пока ещё нет! На ваш брак ещё никто не дал согласия! — Марцелл схватил Ишмерай за локоть и повел в дом. — И я намерен пристально следить за вами до той самой минуты, когда священник назовет вас мужем и женой. После делайте, что хотите! Хоть прям сразу, в этой же самой церкви!

— Марцелл, ну что ты такое говоришь!.. — возмутилась Ишмерай, через плечо посмотрела на Марка, нежно ему улыбнулась и скрылась в доме.

На Кибельмиду опустилась ночь. Дом Бейнардия Фронкса затих. Ишмерай вздрогнув, проснулась от глухого стука на улице. Окно её спальни выходило на сад дедушки Бейна. За стеклом — лишь темнота зимней ночи. Девушка надела шерстяные чулки, поверх белой ночной рубашки — шерстяную накидку, взяла свечу и вышла из спальни.

Ей снились толпы рассерженных и напуганных людей. Они выстроились полукругом и требовали чьей-то смерти на столбе в страшном центре. В руках их рычали факелы, а пустой столб обречённо смотрел в небо, будто молясь и готовясь к кончине.

Грубые выкрики толпы ещё стояли в ушах Ишмерай, когда она шла по коридору и спускалась по лестнице в гостиную. Девушка подошла к входной двери, и лёд ужаса вихрем пробежался вниз по её спине — дверь была не заперта.

— Марцелл, — прошептала Ишмерай и позвала громче: — Марцелл!

Девушка хотела броситься к лестнице, но оцепенела: у лестницы стояла высокая тень, завёрнутая в чёрный саван. Лица не было видно.

— Какого черта?! — выдохнула Ишмерай. — Марцелл!!!

— Кричи громче, барышня, — хрипло проговорил незнакомец. — Тебя не услышат. Все спят так крепко, что не проснутся до завтрашнего дня. Если вообще проснутся. Я позаботился об этом.

Мужчина приближался, медленно и неотвратимо. Тогда девушка истошно завизжала с единственной целью — перебудить весь дом. Он поймал Ишмерай прежде, чем та успела добежать до двери и выскочить на улицу.