Не по залёту
Шрифт:
Как бы не было смертельно больно, я приму выбор мужа и пожелаю ему счастья. От души. И без камня за пазухой.
Провалившись в собственные нерадостные мысли о будущем в одиночестве, не сразу ориентируюсь в словах Ирины. А Митина снова поднимает вопрос о подброшенных мне снимках, утверждая, что они – подделка и монтаж.
– Ты ж не будешь против, что я их себе заберу? – упирается она в меня пытливым взглядом. – Хочу на фотошоп проверить. Вот прям очень-очень.
– Нет, конечно, забирай, пожалуйста. Видеть их не могу.
Совершенно не преувеличиваю и беззвучно с облегчением выдыхаю, когда Ира собирает глянцевые прямоугольники в стопку и прячет их с глаз долой сначала в конверт, а потом и к себе в сумку.
Справившись, выпрямляется и легкими хлопками отряхивает ладони, будто от грязи избавляется. После чего сдвигает свою сумку в сторону и, опершись локтем на спинку скамьи, поворачивается в мою сторону.
– Кстати, Уль, забыла спросить. А ты девицу-то ту, что на снимках, знаешь?
– Нет, – мотаю головой. – Вчера впервые увидела.
– Ага. Я так и думала.
– Почему?
– Чуйка, – выдает Ирина, как само собой разумеющееся.
Жду, что добавит что-то еще, более развернутое, а когда не дожидаюсь, уточняю:
– Но это же ни о чем не говорит?
– Ты права, совершенно ни о чем, – легко соглашается она со мной. Но вся легкость с нее спадает, когда она продолжает. – И в то же время о многом.
– Поясни.
Митина пожимает плечами.
– Ульян, твой Савранский от тебя без ума. Все ваши знакомые, друзья, да и враги тоже об этом знают. Как и о том, что вы всегда и везде бываете вместе. Да-да-да, и не смотри на меня такими круглыми глазами, – фыркает. – То, какая энергетика окружает вас с мужем, когда вы появляетесь, нельзя не ощутить. А тут дама, которую никто никогда не видел. И Егор Владиславович в поступках сам на себя не похож. Подозрительно? Еще как. Прибавим, что реальность фоток не доказана, а заодно смущает и тебя, и меня одновременно… И что мы имеем в реале?
– Что же?
Подаюсь вперед, транслируя, что вся внимание.
– Что снимки тебе, моя дорогая, подкинули не просто так, а с определенной целью. И эта цель ясна и прозрачна, как белый день, и состоит в том, чтобы рассорить вас с Егором.
– Думаешь?
Свожу брови к переносице, пытаясь подавить недоумение.
А вот с этой стороны я как-то на ситуацию не смотрела.
Похоже, очень даже зря. Судя по ехидной ухмылке Митиной, в своем предположении она как раз таки ни секунды не сомневается.
– Думаю, Уля. Думаю. И еще о том, что у вас с мужем появился хитрожопый, но умный враг.
– Враг? У нас?
– Больше, чем уверена.
– Окей, допустим. Но что ему от нас нужно?
– А вот с этим будем разбираться, дорогая. Кстати, скажи-ка, а как снимки у тебя вдруг оказались?
Скашиваю глаза на Ирину сумку, будто сквозь ткань могу увидеть Егора и брюнетку, и неосознанно передергиваю плечами.
– В почтовый ящик подкинули. Моей квартиры. Той, которую ты помогала оформить. А чтобы их точно нашла, – добавляю, отслеживая Иринкину мимику, – эсэмэску на телефон прислали. Вот только номер не определился.
– Ну понятное дело, скрыт. Проверенный способ.
Кивнув самой себе, Митина прикрывает глаза. Запрокидывает голову, подставляя лицо летнему солнышку, и делает несколько глубоких вдохов и выдохов. Легкая улыбка на ее губах подсказывает, что подруга от души наслаждается моментом, когда не нужно держать лицо и контролировать всё и вся вокруг, а можно просто расслабиться и передохнуть.
– Значит так, Ульяш, – выдает она через минутку-другую, резко возвращаясь к разговору. – Коль уж ты решила мне довериться в столь щекотливой, но неоднозначной ситуации, то давай будешь доверять и дальше. Согласна?
– Конечно, Ирин. Согласна, – отвечаю без раздумий. – Взгляд со стороны мне очень нужен. Особенно твой непредвзятый взгляд.
– Отлично. Тогда план у нас будет такой…
А дальше подруга выдает удивительно интересные вещи, и заключаются они в том, что мы, точнее, я, должна всячески подыгрывать невидимому врагу, решившему рассорить меня с мужем, и транслировать страдания и муки, раз уж от меня их ждут, а Ирина займется выяснением личности, кому всё это понадобилось.
– Дело ясное, что дело темное, Ульян. Но будем разгребать, – подводит она итог. – Так что не вешай нос. Точнее, вешай, пусть те, кто за тобой следит, видят, что их затея удается.
– Ты думаешь, за мной следят? – сжимаюсь, опасливо оглядываясь.
И даже наличие охраны, контролирующей периметр, мало помогает. Становится ужасно неуютно.
– Не знаю, Уль, честно, – признается Митина и, не жалея моих чувств, твердо добавляет, – но исключать этого нельзя. А вообще, если я права, и они смотрят… так тоже неплохо. Пусть наивно радуются своему успеху. Ведь ты действуешь так, как они хотели. Встречаешься с адвокатом. Плачешь и жалуешься. Значит, и о разводе думаешь…
Думаю… пусть и не хочу…
Признаю правоту Ирининых слов и, передернув плечами, обещаю вести себя так, как она советует.
Прощаемся почти сразу. Тепло и с улыбками, на пару мгновений друг друга приобняв. И тут же договариваемся о встрече завтра в конце рабочего дня. Ирина жаждет познакомиться с моим брачным договором и обещает к тому времени порадовать меня новостями по поводу фотомонтажа.
Глава 40
УЛЬЯНА
Оставшуюся часть дня провожу в клинике, занимаясь маленькими пациентами и решением текущих вопросов, которые имеют свойство никогда не заканчиваться. Это позволяет немного отвлечься от ворвавшихся в мою налаженную жизнь сомнений, подозрений и обид, но, едва вечером занимаю привычное место в машине, чтобы возвращаться домой, тревожные думы вновь меня одолевают.
Только на этот раз иного плана.
Слова Митиной никак не выходят из головы. О невидимом, но хитром враге, о его слежке, о подставе Савранского с пока неясной, но явно дурной целью.
А следом накрывает неприятное чувство разочарования.
Причем, разочарования в самой себе.
Как же быстро я поверила в предательство мужа?! Даже убеждать особо не пришлось. При первой же проверке на прочность и преданность показала свою слабость и неуверенность, опустила руки и стала себя жалеть!
Себя-дурынду!
А не мужа, против которого всё это затеяно. У меня-то точно таких коварных врагов нет.
Хороша же жена! Ничего не скажешь.
Стыд и позор! А не надежный тыл.