Чтение онлайн

Свидание в семь часов утра?! Он в своем уме?

— Но, господин Марьинкур! Как я уже сказал, наша встреча с барышней Воронцовой будет носить частный характер и никакого отношения к государственным делам не имеет, что совершенно логично, ибо суббота — наш законный выходной, который мы вправе провести так, как считаем нужным, — с намеком произнес Вельский.

Завуалированно предлагает Феликсу отвалить и не лезть не в свое дело? Судя по всему, Марьинкур тоже понял все именно так, ибо он, не таясь, поджал губы, гневно зыркнул на Вельского, перевел многообещающий взгляд на меня и… молча отвернулся к сцене, где, кажется, закончили настраивать эльфийское зеркало.

Спохватившись, извинилась перед упырем и Вельским и понеслась в сторону сцены. Полевский, как раз начинал выступление перед народом.

— Дорогие жители Русславии и гости нашей страны! Сегодня мы празднуем этот долгожданный день, который…

Петр Аркадьевич не стал затягивать и мудрить, повторив примерно то же, что озвучил еще на встрече эльфов. Сказал, как рад, что наконец-то на землях Русславии и Темноморья воцарится мир, говорил о том, как прекрасно, что этот мир решили засвидетельствовать эльфы, что теперь нас ждут экономический подъем, научный рывок и всеобщее процветание.

— Но, к сожалению, не все готовы разделить с нами радость этих дней…

Полевский резко сменил тон с призывно-подъемного до грустно-торжественного.

— Наши общие враги сегодня устроили провокацию, сбив из тяжелого артиллерийского орудия эльфийский дирижабль. Эта гнусная акция была направлена на дестабилизацию обстановки. Расчет злоумышленников был на то, что подобная подлость внесет разлад между нашими странами. Однако мы по-прежнему полны решимости и сил закончить эту глупую, бесполезную и кровопролитную войну. Через считанные дни в Светлогорск прибудут его величество государь Владимир Третий и великий князь Рутгер Темноморский, но мы уже ликуем. Мы празднуем. Мы уже победили! Все мы.

Площадь взорвалась овациями, толпа ликовала, то тут то там слышались крики: «Да здравствует государь!», «Слава градоначальнику!», «Да здравствует Русславия!»

Я скромно стояла около сцены, с интересом вертя головой. Как-то сам собой взгляд зацепился за крыльцо здания администрации. Там среди некоторых разодетых гостей стоял хмурый Феликс, одетый в черный новомодный костюм, более свободный, чем официальный классический фрак, в котором, например, щеголял тот же Вельский. Лысый безбровый упырь, поджав губы, все еще гневно взирал на меня, но заметив, что я обернулась, резко отвел взгляд, уставившись куда-то в толпу, а я… Я запоздало почувствовала к нему благодарность. По сути, это его появление избавило меня от неприятного общества графа. Да и там, на встрече эльфов… Что бы я делала, если бы рядом не оказалось Феликса?.. Он меня не только спас от голодной смерти и защитил от испуганной толпы, но фактически выгородил перед Полевским, вовремя вернув ему портфель… Бесы, хоть этот любитель публичных девок и устраивает мне постоянно двусмысленные сцены, но… Но умудряется вести себя более чем достойно!

Кстати, рядом с надутым упырем обнаружился и Эрмин, а под руку с ним стояла и Айжана в легком приталенном платье кремового цвета. Айжане идет. И платье, и Эрмин…

— Пойдемте, Вероника. С выступлением перед народом на сегодня закончено. Нам следует отправиться в зал для торжеств, — напомнил о себе Петр Аркадьевич.

Ойкнув, я припустилась за боссом. Зачем, спрашивается, я ему сейчас понадобилась? А чтоб была, по протоколу!

Глава 13

В зале для торжеств было шумно, людно и очень красиво. Когда мы с Полевским переступили порог, остальные гости были уже на месте. Со сцены лилась нежная мелодия, но господа в строгих черных костюмах и их разряженные дамы пока и не думали танцевать, лишь тянули напитки из высоких хрустальных бокалов, собирались в группки и общались между собой.

То тут то там мелькали эльфы, выделяющиеся из общей массы своими экзотичными и яркими традиционными нарядами. Но что мне сразу же бросилось в глаза, так это официанты. Не те девушки из «Ривьеры», что переполошились из-за неалкогольных напитков, а… все как один крепкие молодцы в черных штанах, темно-зеленых пиджаках и белых перчатках. Парни с подносами ловко сновали между гостями, дежурно улыбались господам, предлагали им освежиться и, как только очередной «клиент» был обеспечен бокалом, со спокойной душой шли к следующему.

Э-э-э… У меня засосало под ложечкой.

— Петр Аркадьевич, кто эти люди? Что за официанты? Я не с ними договаривалась!

— Все хорошо, Вероника Сергеевна. Это мера Особого отдела. После происшествия на Совиных пастбищах сюда вызвали дополнительную охрану, — очень тихо, наклонившись ко мне, успокоил Полевский. — Вы не волнуйтесь, ничего страшного не произойдет. Лучше пойдемте-ка, познакомлю вас со своей супругой!

Мы прошли вглубь зала практически к самой сцене, где действительно стояла со вкусом одетая пожилая дама и беседовала с… Идой?! Девушка выглядела как королева. На ней было черное плотное платье, обшитое черным же искрящимся кружевом. Корсаж плотно облегал фигуру, стягивая и без того тонкую талию и приподнимая грудь, ненавязчиво делая акцент на молочной белизне кожи. Воротник-стоечка шел прямо от корсажа, вытягивал шею, делая вырез на груди совсем не вульгарным и весьма загадочным, заставляя сильную половину собравшихся тайком заинтересованно поглядывать в видневшуюся ложбинку.

Прямые узкие рукава тянулись до запястий. Подол волнами струился до пола, но была здесь одна изюминка — разрез, который располагался спереди по центру. Сейчас, когда Ида стояла, подол платья казался цельным, но стоит девушке сделать хотя бы шаг, как взору окружающих предстанут стройные длинные ножки в черных лакированных туфлях на высоком каблуке.

Я тяжело вздохнула, с досадой и восторгом оглядывая изумительное вечернее платье, которое смотрелось бы на русоволосой мне даже лучше, чем на блондинке Иде. К слову, волосы девушка распустила легкими волнами по плечам и спине.

— Аннушка, душа моя, познакомься, это Воронцова Вероника Сергеевна, мой личный секретарь, — прервал поток моих страданий шеф. — Вероника, это княгиня Анна Григорьевна Полевская, моя дражайшая супруга!

Я постаралась отвлечься, приложив немало усилий, дабы придать лицу спокойный дружелюбный вид. Ну что сказать? Наверное, когда-то дама была по-настоящему красива, но… Но это было давно. Сейчас же о былом великолепии напоминали лишь прямая аристократическая осанка, цепкий надменный взгляд и улыбка превосходства на старческом лице. Облачилась дама в изысканный наряд, состоящий из прямого закрытого платья темно-синего, практически черного цвета, и накидки в тон. Руки и шея госпожи Полевской были закрыты, так что мерцающий бриллиантами гарнитур — тяжелое ожерелье, браслет и кольцо, — прекрасно оттенял платье, придавая образу лаконичность и завершенность. В общем, несмотря на свой возраст, дама была более чем представительна…

Если бы она еще не смотрела на меня с таким надменным пренебрежением, было бы совсем уж хорошо…

— Мне очень приятно познакомиться, Анна Григорьевна, — постарались я хоть как-то подкупить Полевскую.

— А вот я, милочка, совершенно не могу сказать того же о вас.

Ого… Разве это прилично?!

— Анна! — потрясенно воскликнул Полевский, смотря на свою супругу так, словно видит впервые.

— Ну что — «Анна»?! — передразнила княгиня мужа. — Какой реакции ты ждешь от меня на свою эту… секретаршу?.. У всех — секретари-мужчины, профессионалы, знатоки своего дела. Ты же выбрал себе девицу без видимых достоинств… Милочка, а ну-ка, ответьте мне, какое у вас образование?

— Архивный работник, — сказала я чистую правду, ибо с дипломом истфака вполне можно устроиться в архив…

Другое дело, что сам диплом я так и не получила.

— Вот как? — несколько удивилась дама. — О, какая прелесть, Петр! Твоя девица еще и образованна!

— Анна!

— Милочка! — перебила супруга, — Как вы считаете, общие правила не для вас? Вы выше их?

— Хм… О чем вы, Анна Григорьевна?

— О вашем внешнем виде, разумеется! Это прием! Здесь собралось высшее общество трех государств, люди загодя готовились! Так почему вы, дорогая моя, считаете возможным появиться перед всеми этими уважаемыми людьми в… рабочей одежде? А ведь присутствующие выше вас по положению, образованию и… интеллекту, в конце-то концов! Скажите, милочка, вам не стыдно?