Чтение онлайн

— Ника, что…

Я раскрыла дверь кабинки, пропуская подругу и показывая ей живое воплощение очередной «притянутой мной неприятности».

— Боги… Ника! Как ты это сделала?

— Как я отодвинула стену? Не знаю… Оно как-то само…

— Но ты же понимаешь, что спрятать это не получится? Да и что там за провал? Какой-то тайный ход? Вход в катакомбы? Ух ты, как интересно! — восторженно воскликнула подруга.

— Боги, Айжана, ты серьезно? Там провал, чернота сплошная, мало ли кто там прячется… Может, там опасно? Пойдем позовем Феликса и Эрмина. Кажется, пришло время сдаваться…

Через минуту в открывшийся провал уставились уже четыре потрясенных пары глаз.

— Вероника, вот как ты это делаешь, а? — устало выдохнул упырь.

Я решила оставить реплику без ответа.

— В любом случае, мы не можем просто так туда залезть. Нам необходимо сообщить о находке в Особый отдел, — проявил благоразумие Эрмин.

— Разумеется. Мы же не совсем идиоты… Иди, Эрмин, зови сюда Полевского, Вельского и Бутурина. И, ты сам понимаешь, произошедшее должно остаться в строжайшем секрете!

Эрмин отсутствовал несколько минут. За это время мы с Айжаной умылись, я более-менее привела себя в порядок и несколько раз подробно объяснила Феликсу как именно сумела открыть потайную дверь.

Вскоре на пороге появились двое глав Особого отдела, мой шеф, Ярослав, гном Боригор и приведший их всех Эрмин, который, забрав с собой Айжану, остался сторожить у входной двери. Все высокое начальство тут же ринулось в узкую туалетную кабинку. Пропустив боссов вперед, на входе остались нетерпеливо переминаться с ноги на ногу Ярослав и Боригор.

Ну конечно! Потайной ход хотели увидеть все. Вон, Ярослав аж Иду где-то забыл…

— Ника, — словно подслушав мои мысли, ко мне обратился Верхоусов. — Я бы хотел поговорить с тобой… Давай отойдем ненадолго.

— Нет. Никто никуда отходить не будет. Случившееся — чрезвычайное происшествие. Своими необдуманными действиями вы можете привлечь к нам ненужное внимание, так что разговаривать можете только здесь. Все равно до вашей болтовни никому нет никакого дела, — хмуро проговорил стоящий здесь же Феликс.

Ярослав на него покосился, но спорить не стал. Лишь повернулся ко мне и продолжил:

— Я сегодня повел себя совершенно некрасиво по отношению к тебе, Ника. Я должен был быть рядом с тобой, но Ида… — Ярослав густо покраснел. — Ника, я хочу начать ухаживать за ней и… прошу прощения у тебя. Пожалуйста, прости!

Угу… Вот так сразу — ухаживать. Влюбился. Точно влюбился! Ко мне-то он долго присматривался, да и то, по сути, так и не сделал первого главного шага, а следовательно…

— Ярослав, а за что ты, собственно, извиняешься? Мы же были друзьями? Друзьями и останемся, но и только! И я искренне надеюсь, что с Идой у тебя все получится. Мне кажется, она хорошая девушка.

— Спасибо! — просиял Ярослав.

— Вероника Сергеевна, — очень кстати окликнул меня Бутурин, — подите-ка сюда.

Куда я должна идти, если они там и так набились, как шпроты в банке? Однако шагнув в сторону кабинки, я убедилась, что место там все же было. Всеволод Александрович прошел прямо в тайный ход, встав на границе света и тьмы, и с любопытством рассматривал что-то у себя под ногами.

— А теперь будьте так любезны, расскажите подробно, что именно вы здесь делали и каким образом сумели открыть тайный ход?

— Ну, как что делала… То же, что и все… Ну… в туалет ходила…

— А почему в мужской? — нахмурился Вельский. — Мы о вас что-то не знаем, милая барышня?

— Что? Как это — «в мужской»? — изумилась я и растерянно обернулась к маячившему в дверях кабинки Феликсу, у которого после слов Вельского натурально вытянулось лицо.

— Думаю, это можно списать на обычное недоразумение. Мы провожали барышень в уборную, но правильного расположения дамской комнаты никто не знал… — попытался объяснить он.

— Понятно, — задумчиво изрек Бутурин. — И все же вернемся к обнаружению тайного хода. Как это произошло?

В итоге мне пришлось повторять свой нехитрый рассказ раз пять. Меня просили подробно описать то, что было изображено на барельефе, уточняли, с каким звуком отъехала стена, как здесь изначально пахло, не заметила ли я чего-нибудь странного… Но что можно заметить странного в туалетной кабинке, не считая отъехавшего унитаза?.. В итоге, как ни удивительно, мои мучения прервал Феликс.

— Ну так как, господа? Может, пройдем в ход и посмотрим, куда он нас приведет?

— Разумеется, Феликс Родимович, — с готовностью кивнул Вельский. — Правда, в данном случае, не «пройдем» а спустимся… И нет, господин Марьинкур, ни вы, ни Вероника, ни господин Вешшер со своей спутницей туда не пойдете.

И, не обращая внимание на растерянный и по-мальчишески обиженный взгляд Феликса, уточнил у Полевского:

— Петр Аркадьевич, сколько еще осталось до конца приема?

— Сейчас только девять. До официального завершения бала осталось еще четыре часа.

— Хорошо. Эту уборную следует закрыть под предлогом неисправности труб. Как только здание опустеет, проведем исследовательскую операцию. Заодно будет время подготовиться.

Бутурин гневно зыркнул в сторону своего раскомандовавшегося предшественника и обратился к Полевскому:

— Сейчас вам необходимо будет дать распоряжение своим людям, чтобы через четыре часа всех отсюда выдворили. Я сейчас сообщу в Главное управление, чтобы готовили оперативную группу.

— Боригор, ты слышал? — оборотился Полевский к гному.

— Конечно, Петр Аркадьевич.

— Тогда ступай.

Услышав приказ, гном тут же развернулся и направился к двери.

— Далее, что касается свидетелей. — Взор Бутурина остановился на нас с Феликсом. — В вас, господин Марьинкур, я не сомневаюсь. А вот вы, Вероника Сергеевна, не обижайтесь, но должны будете подписать документы о неразглашении. Это же относится и к вашей подруге, так что завтра приходите на работу к одиннадцати часам и вместе с собой захватите и барышню Ашшер… Засим прошу вашу компанию отправиться домой — в порыве эмоций вы можете сболтнуть лишнего, этого случиться не должно.