Чтение онлайн

— Ещё и чердак должен быть. Если я ничего не путаю.

Бернард посмотрел фотографии в галерее цифрового фотоаппарата. Иконка аккумулятора мигала красным, однако он успел удостовериться, что в приюте имелся четвёртый этаж, прежде чем дисплей погас.

— Хорошо, — кивнул Юэн, подсвечивая Бернарду фонариком, пока тот менял аккумулятор, — четвёртый этаж действительно существует, это не наша с тобой общая галлюцинация, но как туда попасть?

Бернард поправил фотоаппараты и вновь осмотрел коридор.

— Например, через вот это, — сказал он, посветив на чуть приоткрытые узкие двухстворчатые двери.

— Это что, лифт? — удивился Юэн и, приблизившись, протиснул пальцы в щель. — Я его даже не заметил.

— Я сам только что его увидел, — с сомнением произнёс Бернард.

— Как...? Он будто бы только что появился. Я не видел ничего подобного ни на первом, ни на втором этажах.

— Наверное, мы просто не обратили внимание. Нас призраки отвлекли.

Юэн несколько раз нажал на кнопку. Конечно, это было бессмысленно, но он всё равно это сделал.

— Ладно, я тащу генератор, а ты проверяешь электрику лифта, — сказал он.

— Я ничего не смыслю в электрике, давай наоборот.

— Я помню, ты залезал в электрощиток.

— Всего лишь включал рубильник, когда какие-то придурки решили надо мной поиздеваться. Кстати, мне и до этого, бывало, оставляли надписи, в основном на двери студии, но твой «друг» прям отличился, забрался по пожарной лестнице, потом по узкой кромке... Они вообще оперативно сработали.

— Я был поражён не меньше, но знаешь, такое внимание должно даже в какой-то мере льстить, да?

— Наверное. Я бы точно не стал так рисковать, чтобы эффектно разукрасить окно какому-то человеку, которого толком не знаю. Даже если бы сильно его ненавидел.

— Поступки некоторых людей иногда лишены какой-либо логики, — усмехнулся Юэн. — Так или иначе, надо будет как-то попасть на четвёртый этаж.

— Или не надо...

— Почему?

— По твоей же теории вероятности.

— А-а, теория вероятности кастрюль.

Бернард улыбнулся.

— То есть, третью кастрюлю ты открывать не хотел, но на четвёртый этаж попасть жаждешь.

— Я такой загадочный и непредсказуемый, правда? — Юэн широко и заигрывающе улыбнулся. — Мне кажется, там должно быть что-то интересное. Может быть, какая-нибудь тайна. Раз туда не так легко попасть. Запретный плод сладок. Неприступность вызывает интерес.

— Тогда пойдём, в этом месте всё быстро разряжается. Будем тянуть — останемся без света.

На этом этаже располагались комнаты для подростков. У детей менялись интересы, появлялись новые увлечения, поэтому игрушки почти не попадались. Здесь было намного холоднее, потому что не все окна были заколочены, зато дышалось свободнее. А ещё отсюда простирался вид на сильно заросший внутренний двор с остатками детской площадки. В главном холле Бернард видел перегороженные столами и скамейками двери и теперь понял, куда те вели. Правда, возникал вопрос: зачем понадобилось вообще баррикадировать выход во двор? Впрочем, после посещения заброшенных мест, вопросов чаще оставалось больше, чем ответов.

В крыле для девочек в распахнутых шкафах висели платья и громоздились туфли. На прикроватных тумбах лежали разноцветные ленты и бантики. На одном из столиков с треснувшим зеркалом Бернард обнаружил маленькую жестяную коробочку с гербарием. Это напомнило о блокноте матери, который Бернард время от времени листал, поэтому он прихватил находку в качестве сувенира.

В одной из комнат для мальчиков они обнаружили солидную коллекцию машинок. Многие из них, правда, были уже проржавевшие.

— Берн, смотри! — как-то чересчур громко позвал Юэн, хотя Бернард стоял всего на расстоянии двух шагов. — Катафалк Чилтона.

Бернард приблизился, Юэн держал машинку на ладони. Она удивительно хорошо сохранилась, и была настолько детально проработана, что выглядела просто уменьшенной копией настоящей.

— У неё даже каталка выдвигается, — радовался Юэн, открывая задние дверцы машины. — Можно я возьму её с собой? — с мольбой спросил он, будто впал в детство и выпрашивал у строгого родителя понравившуюся игрушку. — Я на днях искал эту модель в интернете, но нигде не нашёл, а тут такой экземпляр, как по запросу.

— Ты у меня разрешения спрашиваешь?

— У кого ещё? Ты тогда не дал мне стащить радио из школы и костюмы лётчиков, поэтому я решил спросить, не будет ли это нарушением нашего кодекса?

— Возьми. Здесь она точно уже никому не пригодится.

На третьем этаже призрак вёл себя подозрительно тихо. Пару раз Бернарда бросало в холод, но он ничего не увидел и не услышал. Даже как-то странно.

Винтовая лестница, ведущая на четвёртый этаж, нашлась в библиотеке. Возможно, имелись ещё какие-то пути, но многие двери были закрыты. В библиотеку, в общем-то, тоже не так легко удалось попасть, потому что дверь открывалась туго, и Бернард с Юэном толкали её вместе.

Сама библиотека оказалась в плачевном состоянии. Полки стеллажей с книгами обвалились, стены казались влажными. Доски под ногами даже не скрипели. Проржавевшая винтовая лестница уходила в потолок. Бернард не надеялся на успех, но всё же поднялся и поддел люк, который легко сдвинулся с места. Подсвечивая фонариком, он осмотрел пустое помещение с незаколоченным окошком.

— Вроде безопасно, — сказал он, вылезая и отталкивая люк.

Они не знали, выдержит ли лестница их двоих, поэтому решили подниматься по очереди. Из маленькой комнатки они выбрались в тёмный коридор. Пока здесь было спокойно. Никаких следов. Не слышно и не видно призраков. Даже ничего таинственного. Будто это такой же этаж, просто пустой.

Юэн аккуратно толкнул первую попавшуюся дверь.

Просторная комната, в которую они попали, представляла собой кладовку. Была тут и мебель, вроде двухъярусных кроватей и стульев со столами, и шкафы, картины разного размера, скрученные одеяла с превратившимися в камни подушками, проеденная молью одежда, чемоданы и сумки, обувь от тапочек до высоких сапог и массивных ботинок, художественные книжки и учебники, всевозможные игрушки. Примерно всё то, что встречалось до этого, только совсем никому не нужное, раз было отправлено сюда, и в очень большом количестве.

Пока они бродили по комнате, Юэн два раза споткнулся о разбросанные игрушки, а Бернард, когда внезапно услышал детский шёпот, задел стеллаж, с полки которого упала коробка и рассыпалась разноцветными стеклянными шариками. В кладовке, в которую превратился четвёртый этаж, можно было встретить что угодно, даже кухонные плиты, посуду, глиняные горшки и садовые инструменты. У Бернарда промелькнула ассоциация со своей прежней студией. Хорошо, что он привёл её в порядок, выкинув большую часть хлама.