Чтение онлайн

Элиза судорожно вздохнула.

— Милая, если бы я только знала… Мне жаль. Мне правда очень, очень жаль.

— Не надо, — пожала плечами Ван-Ван, — в смысле, они не делали со мной ничего по-настоящему плохого? Никаких топоров. Могли оставить без еды на день или где-то закрыть, связать… Но ничего такого, что случилось с ними. Ну, с моими настоящими родителями.

“Без серьёзных физических наказаний, — подумал я мрачно, — не то, что возможно заметить. Но это не значит, что не существует других способов. И ты вовремя сбежала, молодец.”

Элиза, видимо, думала примерно о том же.

— Можно тебя обнять? — спросила она тихо.

— Зачем? — к Ван-Ван тут же вернулась лёгкая подозрительность.

— Ты не обязана, но я очень хотела бы. Мне так было бы спокойнее.

Моя подопечная неуверенно прищурилась, но потом вздохнула, шагнула вперёд, позволяя себя обнять.

Я выдохнул, решив, что на этом сюрпризы этого вечера можно считать оконченными. Теперь, когда дамы закончат обниматься, мы можем тихо и мирно…

…Схватиться за уши, оглушённые дикими воплями на ментальной частоте. Что за?..

— Что происходит?! — Элиза, не наделённая талантами менталиста, пострадала от удара меньше, чем мы с Ван-Ван, но всё равно держалась за висок. — Что случилось?

Я вслушался в вопли, на этот раз вполне реальные, раздающиеся там и тут. Перенастроив зрение, я перевёл взгляд на окно и увидел, как за пределом установленной мной защиты в воздухе мечутся голодные, причём в каких-то совершенно неприличных количествах. Во дворе, прямо под нашими окнами, огромная гротескная моль, как будто состоящая из частей человеческих тел, пожирадла коменданта общежития.

— ..Ну твою же мать, Адан, — сказал я.

Будто услышав меня, тварь небрежно встряхнула крыльями и посмотрела в мою сторону.

У неё были зашиты глаза, новые, больше подходящие насекомому, торчали на лбу в три ряда. Но лицо всё равно было узнаваемо.

“Ну привет, Лора, — подумал я. — Приятно, наверное, в кои-то веки выглядеть снаружи так же, как и внутри?”

54

В ретроспективе, мне с самого начала стоило заподозрить нечто подобное.

Как минимум я должен был задуматься после того, как мне рассказали о истории с проклятием, искалечившим некогда душу Адана Найделла. Проклятие, наложенное мотыльком из Бездны Безумия, да? Мне стоило сложить два и два, а также доверять интуиции госпожи Дэлль больше.

Потому что, в конечном итоге, она, отличный демонолог как она есть, оказалась права: Найделлы одержимы.

По крайней мере, в определённом смысле.

Тут вопрос-то вот в чём: когда речь зашла о мотыльке из Бездны Безумия, я предположил тварь из внешнего круга. Создавать гнёзда, убивать живых существ и весело их жрать, воспроизводя потом себе подобных — типичная тактика для этих милашек, ничего нового. Они могут поверхностно имитировать людей, но это так же, как некоторые паразитические грибы могут заменять мозг зверей-хостов и копировать основные функции. Некоторые из тварей, правда, всё же развивают интеллект по мере поглощения чужих разумов, но он довольно ограничен и служит только одной цели — охоте.

По сути, твари из внешнего круга, какими бы уродливыми и гротескно-пугающими они ни были, остаются просто хищниками, желающими жить, и, соответственно, есть. Проблема с ними заключается только в том, что с людьми они спокойно сосуществовать не способны по определению: слишком вкусны для них разумные. Будучи порождением безумия, они летят на запах разума; не-разумными они в принципе насыщаться не способны. И тут ничего не поделаешь: либо изолировать, либо уничтожать; любовь к природе всё же не может затмевать здравого смысла.

Однако, Бездна Безумия многослойна.

Будучи пространством вне пространства, она в целом плевать хотела на законы природы так, как их понимаем мы. Это измерение живёт по законам, которые ближе всего к логике сна. По рассказам тётушки, оно похожа на лоскутное одеяло, сшитое из множества пространственных карманов, ошмётков чужих миров и даже сознаний.

Ещё, конечно, Бездна Безумия очень похожа на лабиринт.

Даже, возможно, с большой буквы — Лабиринт.

Но если обычно в центре обитает чудовище, то здесь дело обстоит практически обратным образом: чем ближе к сердцевине мира, тем разумнее его обитатели. Это не сделает их обязательными победителями конкурса на звание самого доброго добряка, конечно. Но практика показывает, что, чем умнее существо, тем менее оно склонно к бессмысленной, мелочной жестокости. Соответственно, чем ближе к центру Бездны Безумия, тем безопаснее там находиться случайному путешественнику — эдакое око шторма, если можно так сказать.

По легенде, в самой центральной точке Бездны Безумия, где сходятся воедино все дороги, линии и нити, царит полный и абсолютный покой. Там якобы сидит на камне Тот, Кому Мы Все Снимся… Но никто не смог добраться до той точки, чтобы подтвердить или опровергнуть. И это к лучшему, потому что, по той же легенде, когда Он проснётся, со многими мирами случится то же самое, что происходит со всеми снами в подобных обстоятельствах…

И я, пожалуй, не хочу знать, имеет ли эта легенда под собой основания.

Мне ещё дорог мой здравый смысл, в конце концов.

Однако, помимо той самой недосягаемой точки, в сердцевине Бездны Безумия есть несколько пространств, которые можно считать своего рода оком шторма — места, где энергия безумия концентрируется в так называемую “безумную прозорливость”, которая в просторечии также именуется гениальностью.

Бытует мнение, что, проведя там несколько дней, существо может, к добру или к худу, развить свой потенциал в том, к чему у него есть наибольшие склонности.

Также в “оке шторма” обитают существа, которых принято считать знатью Бездны Безумия. Те же улыбающиеся коты — типичный пример.

Эти существа опасны, без вопросов, но только если пожелают напасть. И, в отличие от своих низкоуровневых собратьев, они наделены множеством талантов и ценны. Очень. Добыть одного такого считается великим деянием… Очевидно, жертвой одного такого “великого деяния” и стал в своё время котик Орди.

В свете этого неудивительно, что обитатели тех мест не всегда добродушны по отношению к случайным визитёрам.

Однако, между этими двумя крайностями в Бездне Безумия существует ещё множество переходных вариантов — тех, которые и хищны, и разумны. Они очень редко находят путь в обитаемые миры, но если находят… Скажем, иметь с ними дело намного сложнее, чем с их безмозглыми аналогами.

И паттерн их поведения совсем другой.

Все в данном случае предполагали проклятие, наложенное низкоуровневой тварью. Ужасное, подлое, уродливое, но довольно прямолинейное. Что-то вроде: “Ты уничтожила моё гнездо — я уничтожу твоё”.