Чтение онлайн

В иерархии структурных уровней предполагается линейная упорядоченность всех форм и состояний материи. Такая упорядоченность, по-видимому, на самом деле имеет место в окружающем нас мире. Но нет никаких оснований считать ее универсальной. Кроме того, концепция уровней в ее наиболее часто встречающейся формулировке [154] предполагает, что атрибуты материальных объектов — закон, пространство, время, причинность и др. — сохраняют одно и то же содержание на всех уровнях. При этом подразумевается, что многообразие заключается лишь в различных проявлениях этих атрибутов при наличии общего для всех уровней содержания.

Это позволяет думать, что концепция структурных уровней имеет силу лишь на определенном «отрезке» бесконечности отношений меры. Неисчерпаемое многообразие материи не может быть «уложено» в концепцию структурных уровней. Можно, конечно, отказаться от предпосылок, сужающих область применимости схемы структурных уровней материи. Однако и в этом случае она превратится в более общую, но и в менее определенную, менее конкретную схему; исчезнут те достоинства ее, которые делают ее эффективным средством для отражения окружающей нас части мира.

Последовательное проведение идеи неисчерпаемости материи не должно ограничиваться лишь признанием существования неисчислимого множества состояний, свойств, качеств, законов материи. Такое признание позволяет преодолеть естественнонаучный геоцентризм, но оно остается геоцентричным в онтологическом смысле, поскольку подразумевается, что при всем разнообразии конкретных явлений, свойств, законов природы атрибуты материальных объектов являются всегда точно такими же, как и в окружающем нас «геоцентрическом» мире.

Подобный онтологический геоцентризм столь же неоправдан, как и естественнонаучный. Человеческие знания об атрибутах материи в каждую эпоху ограничены достигнутым уровнем практики. Этот уровень накладывает печать на представления даже о самом общем, универсальном содержании атрибутов. На каждом этапе познания в универсальное содержание атрибутов вкладываются наряду с абсолютно универсальными также и относительно универсальные моменты, т. е. такие, которые присущи всем объектам известной людям на данном этапе области мира, но за пределами этой области утрачивают свою всеобщность.

При расширении доступной человеку области материального мира такая относительная универсальность некоторых моментов содержания атрибутов обнаруживается. Во вновь открытых областях эти моменты оказываются уже не универсальными, но вместо них могут быть обнаружены другие относительно универсальные (для объектов этах областей) моменты. Это означает, что не только конкретные проявления (модусы), но и само универсальное содержание атрибутов материи может варьироваться. Так, относительно пространства и времени можно думать, что даже такие основные свойства макроскопического пространства, как его трехмерность, непрерывность, гомогенность, изотропность, и такие основные свойства макроскопического времени, как его однородность, однонаправленность и другие, являются не абсолютно, а лишь относительно универсальными: могут существовать и другие типы пространства и времени, не обладающие этими свойствами [155] .

В наиболее общем виде положение о неисчерпаемости должно быть распространено не только на конкретные проявления атрибутов материи, но и на их универсальное содержание. Это ведет к онтологическому негеоцентризму, означающему нечто гораздо большее, чем естественнонаучный негеоцентризм [156] . Онтологический негеоцентризм требует учитывать влияние условий существования человека на его знания о конкретных физических свойствах материальных объектов, а также об атрибутах материи. Мы знаем эти атрибуты лишь в том виде, в каком они выступают перед нами в окружающем нас мире. Известные нам пространство, время, количество, необходимость, причинность и т. д. — это лишь некоторые «частные случаи» пространства, времени, количества, необходимости, причинности и т. д.

Кроме указанного типа перечисленных атрибутов, с которыми познакомила нас практика к настоящему времени, существует множество онтологически иных их типов, так или иначе отклоняющихся от известного нам «геоцентрического образца». Но поскольку все атрибуты материи диалектически взаимосвязаны друг с другом, постольку всякое изменение в универсальном содержании какого-либо одного из них необходимо должно сопровождаться соответствующим изменением в универсальном содержании других. И если, скажем, в каком-то объекте мы обнаруживаем новый тип причинности, который по своему универсальному содержанию отличается от всех видов причинной связи, существующих в окружающем нас «геоцентрическом» мире, то мы должны ожидать, что в данном объекте мы столкнемся также с онтологически иными типами пространства, времени, качественной определенности и т. д. Все атрибуты этого объекта будут по своему универсальному содержанию отличны от своих «геоцентрических образцов»; он окажется, таким образом, объектом иной онтологической природы, чем объекты, известные нам до сих пор. Следовательно, логически обоснованным является вывод о возможности существования множества онтологически разных миров, каждый из которых представляет собой особый тип объективной реальности, характеризующийся особым типом пространства, времени, движения и других атрибутов (причем различие между типами атрибутов связано с варьированием универсального содержания их, а не только их конкретных проявлений).

Это следствие отнюдь не тривиально. В отличие от идеи многообразия миров, развитой в рамках естественнонаучного негеоцентризма (Демокрит, Бруно, Фонтенель, Ламберт, Шарлье, Фурнье д'Альб и др.) и предполагающей наличие в различных мирах атрибутов одинакового типа (евклидова пространства, ньютонова времени и т. п.), речь идет здесь о мирах гораздо более несходных по своей природе, так как в них неодинаковы типы фундаментальных атрибутов реальности.

Мир, который практически рассматривается как «эталонный», «базисный», — это геоцентрический мир. Понятие о нем возникает в результате обобщения теорий, относящихся к неорганическим объектам макроскопического («земного») масштаба, а также биологическим и социальным объектам (которые по своей природе всегда макроскопичны). Геоцентрический мир есть объект, универсальное содержание атрибутов которого совпадает с универсальным содержанием атрибутов, проявляющимся в условиях существования человеческого тела (т. е. в «земных» условиях) [157] . Такой мир связан с евклидовым пространством, ньютоновым временем, лейбницевым качеством (целое всегда больше части) и т. п. Материальный объект, универсальное содержание атрибутов которого в той или иной степени отклоняется от универсального содержания атрибутов, проявляющегося в условиях существования человеческого тела, можно назвать негеоцентрическим миром [158] .

Понятие негеоцентрического мира предполагает негеоцентрический тип каждого атрибута (например, неевклидово пространство, неньютоново время, нелейбницево качество и т. п.) и негеоцентрический тип реальности в целом. Есть основания полагать, что принципиально различные уровни материи — микромир, макромир, мегамир — следует рассматривать в качестве онтологически различных миров; тогда микромир и мегамир являются негеоцентрическими мирами в противоположность макромиру, представляющему собой геоцентрический тип реальности. Но в отличие от концепции структурных уровней материи онтологический негеоцентризм предполагает, что онтологически различные миры не должны обязательно находиться между собой в отношении «часть — целое» или в отношении линейной иерархии. Связи между ними могут быть самыми неожиданными и причудливыми; они должны определяться универсальным содержанием атрибутов в мире более общего типа, чем те миры, связь между которыми исследуется.

Конечно, нельзя заранее, «до опыта» постулировать существование каких-либо «диковинных» особенностей у атрибутов материи в негеоцентрических мирах. В этом отношении онтологический негеоцентризм схож с позицией многих видных физиков нашего времени: допустимы самые «сумасшедшие» гипотезы, но лишь с условием проверки их практикой научного познания. Вопрос о существовании отклонений универсального содержания атрибутов от «геоцентрического образца» может быть решен только опытом; здесь умолкает философия, и слово предоставляется конкретным наукам. Теория относительности и квантовая механика дали онтологическому негеоцентризму первые эмпирические подтверждения, поскольку показали на опыте существование отклонений универсального содержания таких атрибутов, как пространство, время, движение, от их геоцентрических типов и исследовали, в чем эти отклонения состоят. Во все более развертывающемся в настоящее время переходе естествознания к изучению миров иной онтологической природы, вероятно, можно видеть одну из важнейших черт научной революции XX в.

Ленинская концепция неисчерпаемости материи вскрывает глубоко диалектический характер соотношения конечного и бесконечного. Конечное и бесконечное — это противоположности, которые взаимно отрицают и вместе с тем взаимно предполагают друг друга. Их взаимосвязь и взаимопроникновение обусловлены самой их природой, в силу которой конечное переходит в бесконечное, а бесконечное складывается из конечного. «На деле же sind sie (конечное и бесконечное) untrennbar (они суть… нераздельны. — Ред.). Они — едино суть» [159] , — отмечал В. И. Ленин. Единство конечного и бесконечного проявляется в том, что всякий конечный объект связан с бесконечным «вне себя» и содержит бесконечное «в себе». Неисчерпаемость материи в этой связи выступает, во-первых, как бесконечность материи «вширь», лежащая «за» пределами данного конечного объекта (экстенсивная бесконечность), и, во-вторых, как бесконечность материи «вглубь», содержащаяся «внутри» него (интенсивная бесконечность).