Чтение онлайн

Тормис приехал в дом Великих ранним утром. Если бы не Кузнецов, охранники обязательно задержали бы Яна Эдуардовича на входе, а потом долго мурыжили: кто это имеет наглость выдавать себя за всем известного технического консультанта? За три дня болезни, как не удивительно, Тормис сильно изменился. Впрочем, он и сейчас был далек от полного выздоровления. Яна, и раньше отличавшегося худобой, теперь способен был свалить с ног даже порыв ветра. Бессонная ночь также не способствовала улучшению самочувствия. Из-за пепельно-серого цвета лица Тормис стал похож на выходца с того света.

– Бачурина распорядилась пропускать к ней только Зотова и Гайнанова, - доложил дежурный.
– Аркадий Константинович уже приехал и работает в кабинете Великого. Адвокат утверждает, что получил разрешение Татьяны Николаевны.

Тормис скривился, как от зубной боли.

Бачурина проснулась от веселой возни, которую затеяли за окном воробьи. Птицы так громко и задорно чирикали, что можно было подумать, за окном лето, а не поздняя осень. Ливень, начавшийся вчера вечером, продолжался всю ночь и, кажется, не собирался заканчиваться и утром. Чему же радуются воробьи? Глупые птицы...

Придется вставать, раз уж разбудили, - рассудила Таня. Взглянув на часы, она отметила, что до встречи с Зотовым еще целых полтора часа. Делать ничего не хотелось. Даже думать. Но необходимо было, чем-то занять себя, чтобы отвлечься от мыслей, воспоминаний.

Бачурина откинулась на подушки и неподвижно замерла, вытянувшись поверх атласного одеяла. Она просто смотрела в потолок. На душе было пусто и холодно. Но глаза оставались сухими. Будто все слезы выплакала еще вчера.

Бездушные часы наполняли комнату тихим и размеренным звуком. Время, вечный странник, равнодушный ко всему окружающему, течет, превращая будущее в прошлое. Глупая затея - поторапливать его или пытаться повернуть вспять. А так иногда хочется... Но не пробуйте вдохнуть в прошлое жизнь. Оно мертво. И соединиться с ним можно, лишь умерев самому.

Дверь тихо отворилась и в комнату заглянула горничная. У девушки был виноватый вид.

– В прихожей вас ожидают Максим и с ним еще один господин, - сообщила она.

– Через полчаса я буду в своем кабинете.

Горничная исчезла.

Войдя в соседнюю комнату, Бачурина увидела Кузнецова и высокого худого мужчину с бледным лицом. Она с трудом узнала Яна Тормиса.

– Я просила подождать меня в кабинете, - недовольно произнесла Таня.

– Там Зотов, - пояснил Тормис.

– Хорошо, говорите здесь.

– Я пришел представиться в качестве исполняющего обязанностей главы службы безопасности.

– Для этого мне требуется подписать какие-то документы?
– равнодушно спросила Бачурина, опускаясь в кресло и жестом приглашая мужчин.

– Мы уже выполнили все необходимые формальности, - официальным тоном продолжил Тормис.
– Должен поставить вас в известность, что агентство является обществом с ограниченной ответственностью. И, согласно уставу, большинством голосов пайщиков я утвержден временно исполняющим. Вы имеете право после вступления в наследство опротестовать данное решение и потребовать назначения другого человека или утвердить решение собрания.

– Давайте подождем, пока я вступлю в наследство.

– Еще у меня к вам просьба, - продолжал Тормис.
– Я хотел бы сохранить в тайне свое новое положение. Для всех - я по-прежнему технический консультант.

– Как вам угодно. Поэтому вы настаивали, чтобы я приняла вас раньше Зотова?
– поинтересовалась Бачурина.

– Не только. Хочу напомнить, что не Зотов или Гайнанов, а вы являетесь наследницей Великого.

– Воспитывать меня тоже входит в круг ваших обязанностей?

Сейчас Татьяна напоминала рассерженную кошку, готовую выпустить коготки, но Тормис продолжал как ни в чем ни бывало:

– Вы должны взять дела в свои руки, а не доверять их ведение посредникам.

– Почему? Зотов лучше разбирается не только в юриспруденции, но и в бизнесе, политике.

– Думаю, что Аркадия Константиновича ценил как специалиста и Великий. Но он не позволял ему самовольно занимать свой кабинет.

Слова Тормиса вызвали у Тани раздражение. Переживания последних дней совсем расшатали ее нервы.

– Как вы смеете указывать мне!
– прошипела Бачурина. Ей пришлось приложить немало усилий чтобы не раскричаться.

– Смею. До тех пор, пока вы будете вести себя как маленькая девчонка.

От этих слов Яна женщина отпрянула, как от пощечины. Но мгновение спустя она выпрямилась в кресле, сжала губы. Куда девались раздражение и обиды? Казалось, даже горе отступило. Превращение было мгновенным. Перед Максом и Яном сидела совершенна иная женщина. Казалось она была высечена изо льда. Впечатление усиливала снежная белизна кожи рук и лица, подчеркнутая черным траурным одеянием.

– Я учту ваши замечания.

Кивком головы графиня отпустила подчиненных.

После разговора с Бачуриной они прошли в кабинет Тормиса.

– В какой-то момент я подумал, что придется искать новую работу, - признался Макс, усаживаясь в кресло.

– Не переживай, у нас еще появится такая возможность, - пообещал Ян.

– Не стоило доводить ее до белого каления. Все-таки девка она неплохая.

– Нужно было пробудить ее от спячки. Для дела. Посмотришь, как после этого разговора с нами Бачурина примет Зотова. Будь уверен - адвокат больше не захочет оставаться в кабинете один. А плохая Бачурина или хорошая - не имеет принципиального значения. Главное - насколько она крепка.

– И как ваше испытание на прочность? Она его выдержала?

– Если бы нет, я тут же написал бы заявление об уходе. Я не самоубийца.

– И все-таки - вы недолюбливаете Татьяну Николаевну.

– По-твоему, лучше было оставить ее киснуть в жалости к самой себе?

– Значит, она даже не сможет погоревать по-бабьи за убитым мужем?

Тормис хотел было кое-что заметить насчет жалости, но подумал, что на сегодня уже достаточно нравоучений и достал из сейфа тонкую папку:

– Пора заняться делом. Нас ведь пока не уволили. Первая задача - найти внедренного агента.

– Вы говорили, что предатель погиб.

– Один. Но похоже, у него имелся сообщник. Или конкурент.

– Предатель... Не верится, что кто-то из наших ребят...

– Не хочу показаться циником, но искать придется и среди погибших в авиакатастрофе. Исключая, конечно, Гришина.

– Слава Богу, вы хоть кому-то верите, - ухмыльнулся Макс.

– Гришина я исключаю не только потому, что он был моим другом. Юра достаточно умен, чтобы понять, для чего требуется та или иная информация. Работая на обе стороны, он легко бы просчитал ситуацию. И остался жив.