Чтение онлайн

Люба задержалась у новой знакомой на целых два часа. Беседовали о мужиках, о последней передаче "Я сама", и больше всего - об искусстве. Говорила в основном Свиридова. Но и Ходосеевой удавалось время от времени вставить удачные замечания. Особенно в том, что касалось художников прошлого. Ведь Люба когда-то интересовалась живописью, и даже сама пыталась рисовать.

– Как приятно, что среди соседей оказался интеллигентный и образованный человек, - на прощание сказала художница.
– Будет с кем пообщаться. Заходите почаще, но только без мужа.

Вернувшись домой, Люба, к удивлению застала в квартире супруга. Впрочем, он собирался уже уходить - стоял перед зеркалом и поправлял волосы.

– Где это ты шастаешь?
– поинтересовался Ходосеев, не из любопытства, а просто, чтобы показать, что заметил появление жены. И не дожидаясь ответа: - К ужину не жди, у меня сегодня важная встреча. Так что задержусь.

Таня отложила в сторону последнюю из просмотренных папок и взглянула на часы. Скоро ужин.

– Извините за вторжение, Татьяна Николаевна...
– на пороге кабинета появился руководитель службы безопасности.

– Вы что-то хотели сообщить, Ян Эдуардович? И, наверное, как всегда, неприятное.

– Угадали. Мы не могли бы пройти для разговора в ваш кабинет?

В доме имелось два кабинета: один, ранее принадлежавший Великому, в котором они сейчас находились, и второй, самой Бачуриной, которым она в последнее время не пользовалась.

– А почему бы нам не поговорить здесь?
– поинтересовалась Татьяна, но поднялась с кресла, даже не ожидая ответа. Она уже знала, что Ян ничего не делает просто так.
– Хорошо, пойдемте.

В приемной, смежной с кабинетом Бачуриной, кроме секретаря, находился знакомый Тане молодой человек из охраны.

– Добрый день, Саша, - приветливо поздоровалась Таня с одним из тех, от кого зависела ее безопасность.

– Здравствуйте, Татьяна Николаевна.

Бачурина удивилась, зачем Тормис выставил у ее кабинета пост. Но промолчала.

– Так что вы хотели мне сообщить?
– спросила Таня, усаживаясь в кресло за рабочим столом.

– Посмотрите, пожалуйста, на это, - Тормис протянул на ладони несколько крошечных предметов, по виду напоминающих радиодетали.

Бачурина посмотрела на Яна, не понимая, к чему тот клонит.

– Это "жучки" - подслушивающие устройства. Мы обнаружили их во время проверки столовой и в вашей спальне.

– Здесь тоже могут быть подслушивающие устройства?

– Были, - поправил Тормис.
– Взгляните на стену у себя за спиной.

Бачурина развернулась вместе с креслом и заметила в обоях, на уровне головы, небольшие разрезы.

– Что это?

– "Жучки", которые мы обнаружили сегодня.

– И много таких насекомых может быть в доме?
– поинтересовалась Бачурина.

– Может, какому-нибудь особо хитрому и удалось остаться незамеченным. Но я хочу обратить ваше внимание на то обстоятельство, что жучки в спальне и столовой давно бездействуют. А в этом кабинете, установлены не далее как вчера. Кто это сделал, я не знаю. Но во времени установки не сомневаюсь.

В дверь постучали:

– Извините, Татьяна Николаевна, - в кабинет заглянул телохранитель.
– Приехал Гайнанов и направляется сюда. Я посчитал нужным предупредить вас.

– А откуда вы знаете, что он идет сюда?
– удивилась Таня.

– Мы установили по дому дополнительные камеры. А в приемной у меня мониторы. И, кроме того, дежурные информируют друг друга о перемещениях внутри дома.

В голове Бачуриной вдруг мелькнула неожиданная мысль:

– Вы и о моих перемещениях извещаете друг друга?
– спросила она Тормиса

– Само собой. В первую очередь. Вы ведь основной объект охраны.

– Надеюсь, хоть в спальне вы не натыкали своих микрофонов и телекамер?
– с подозрением спросила Таня.

– Как можно?!
– убедительно ответил Ян.
– Ваши личные помещения неприкосновенны.

– А вот за дверьми и окнами наблюдаем, - вставил Саша.
– Чтобы никто не пролез.

– Спасибо, успокоили, - не без сарказма произнесла Бачурина.

Лицо телохранителя внезапно приняло отрешенное выражение, будто он прислушивался к чему-то скрытому внутри самого себя.

– Гайнанов в приемной. Идет сюда, - предупредил он.

– Не могли бы вы принять меня после его ухода?
– попросил Тормис.

– Если считаете нужным, - ответила Бачурина, добавив с улыбкой: - Я начинаю подумывать, не попросить ли и мне такой передатчик как у Саши? Чтобы знать все происходящее в доме.

– Это отвлекало бы вас от работы.

– Кстати, о работе. Распорядитесь оборудовать этот кабинет селекторной связью. Как это устроено в офисе "Контес" и кабинете Великого. Чтобы не приходилось секретарю по двадцать раз на дню заглядывать в приоткрытую дверь.

– Будет исполнено. И если разрешите, мы подготовим для вас кабинет Великого, - Тормис украдкой указал на зажатые в руке жучки, и Бачурина поняла намек.
– Тот кабинет более приспособлен для работы и приема посетителей. Там уже установлено все необходимое оборудование. Думаю, во второй половине дня вы сможете перебраться.

– Хорошо, - согласилась Бачурина.

В кабинет вошел Гайнанов.

– Работаете?

– Вот, даю указания Яну Эдуардовичу о переустройстве кабинета.

– Разве вы дизайнер? Я думал, вы работаете в охране.

– Я - специалист по электронике. В кабинете Татьяны Николаевны отсутствует селекторная связь с секретарем, - пояснил Тормис.

– Если возникнут какие-то затруднения, сообщите мне, - Бачурина подала Яну знак, что он может быть свободен.

– Этот парень принял на себя обязанности завхоза?
– поинтересовался Гайнанов, когда Тормис скрылся за дверью.

– Скорей электрика или телефониста, - ответила Таня, возвращаясь за стол.
– А чему ты удивляешься? Как я выяснила, он раньше работал в техническом управлении КГБ. Линии связи - его специальность.

– Так будет хоть какая-то уверенность, что к телефонам не подключат какое-то устройство. Как ваше...

– Мы ведь договорились наедине обращаться друг к другу на "ты", - напомнила Татьяна.

– Трудно сразу перестроиться... Как себя чувствуешь, у тебя усталый вид.

– Вчера долго не удавалось уснуть, рано встала, много работы. Причин для усталости предостаточно. Как прошло совещание в "Цесаре"?