Чтение онлайн

– Но на это уйдет уйма времени. В Лесу Болот полно мест, где можно жить месяцами, не привлекая к себе ничьего внимания...

– А времени у нас нет, - закончил фразу Элементаль.

– Времени нет!
– эхом повторил Век.

– Тогда идем, куда шли: в Олин!
– подытожила Пираллида.

Сэр Роберт беззвучно пошевелил губами, потер пальцами висок и взглянул на Элементаля. Карлик, размышляя о своем, долго не отводил глаза - и лишь потом устало встряхнул плечами в знак согласия. После чего объявил мертвецу Без имени:

– Мы идем в Олин!

– Но мы уже пришли, - с радостью в голосе откликнулся бывший владыка города.

Он легко взбежал вверх по поляне, нырнул меж дубов и, замерев на вершине, поманил рукой всех остальных. Через мгновение Пираллида, сэр Роберт, Элементаль и Духи были возле него.

– Вот он - Олин!
– провозгласил мертвец, подставив лицо холодному ветру.

Казалось, он задышал вновь: зеленые глаза прояснились, а длинные и черные, как смоль, волосы, взмывшие вверх под порывом ветра, только подчеркнули тонкий профиль их благородного обладателя. "Да, под началом такого человека, я бы, пожалуй, тоже сразился хоть с самим чертом, будь он в обличие Торнтона или кого-либо еще!
– подумал Элементаль, разглядывая подавшуюся вперед фигуру монсеньора Без имени.
– Горожан Олина можно понять". Горько вздохнув, он отвернулся от открывшегося с вершины пейзажа с тем, чтобы позвать Фредерика.

Почувствовав внимание к своей персоне, бывший конюший тотчас отбросил суму Герона, подхватил рысака под уздцы и поспешил навстречу... Никто не заметил, как он что-то спрятал за пазуху.

Меж тем открывшийся с вершины вид стоил всех человеческих печалей и радостей. И недаром лицо мертвеца Без имени озарилось внутренним светом.

Там, внизу, в окружении пяти холмов, - путешественники стояли на шестом, - лежала просыпающаяся долина, по траве которой шальной ветер гонял меняющиеся в цвете волны; на север, к самым воротам Олина, неслись зеленые, а на юг - голубые. Потревоженный солнцем утренний туман стремительно, на глазах утекал в расщелину между двух холмов, стремясь спрятаться в невидимой глазу лощине. Он, как и многие жители Олина - Вампиры - боялся первых лучей и, предпочитая темноту и сырость, искал себе ночлег на день.

Окружавший город ров был наполнен водой, и подлетавшие ко рву зеленые волны растворялись в этой искристой влаге, возрождаясь мелкой рябью, которая лениво накатывала на городской частокол, чьи бревна уходили в самую воду. Покрытые внизу седым мхом эти бревна красноречивей, чем что-либо иное, показывали неприступность старинных стен.

Не смотря на грозный вид, Олин не вызывал гнетущего впечатления силы. Вороньи гнезда стрелков над частоколом казались деталью пейзажа, а две башни у ворот - причудой ценящего геометрию зодчего. И только поднятый мост отгораживал город от всех и вся, сковывая его лик гордым одиночеством, не любящим пришлых людей.

Тыл Олина прикрывал холм. На него, разбегаясь веером от городских ворот, карабкались извилистые улочки, отчетливо видны были белые дома, каменные башни... А выше всего этого великолепия, где-то на середине склона красовался дворец, венчающий краски пейзажа красным гранитом первого этажа и позолотой крыши.

– Мой город, - прошептал мертвец Без имени.
– Спроси себя, Элементаль, ты бы отказался править таким городом?

– Трудно сказать, монсеньор. Ведь я никогда не правил людьми... тем более мертвыми...

Откуда-то сзади послышалось тонкое хихиканье Века. Мертвец поежился, словно его обдали холодом, и твердо произнес:

– Поверь мне, они такие же, как и живые.

– Охотно верю, - откликнулся Элементаль.
– Но сказать ничего не могу.

Всю группу нагнал запыхавшийся Фредерик. Он с минуту созерцал открывшийся взору вид, затем коснулся плеча мертвеца.

– В городе есть кто-нибудь?
– поинтересовался он.

– Из наших никого. Я запретил. Из пришлых - возможно кто-нибудь и затерялся. Ведь кто-то же поднял мост. Когда я приводил сюда Лыку, мост был опущен.

– Как же мы попадем внутрь?
– спросила Пираллида.

– Я покажу вам тайный ход. Пошли!

И мертвец Без имени пружинящей походкой направился вниз по склону. Он шел легко, будто бы не было долгого ночного перехода, и взгляд его излучал тепло и уверенность в своих силах.

Спустившись в долину, он, следуя за утекавшим утренним туманом, повел путешественников в расщелину меж двух восточных холмов. Элементаль, который потонул в белесом молоке по самые брови, разгонял его руками, ругался вполголоса, что до чрезвычайности веселило Духов, норовивших вынырнуть из ниоткуда перед самым его носом.

Как и ожидалось, вскоре путешественники вышли к лощине. Земля под ногами устремилась вниз, и через мгновение белесая дымка поглотила всех странников. Группа сплотилась, поскольку разглядеть что-либо дальше вытянутой руки было уже невозможно. По каким приметам мертвец Без имени определял путь в этом мире миллиардов капель, было ведомо одному лишь ему. Однако после недолгого перехода он подвел их к укрытому в кустах лазу.

– Вот, я выполнил свое обещание, - произнес он, указывая рукой на лаз.

– Мы тоже держим слово.
– Элементаль с явной неохотой извлек из кармана золотую монету и вручил ее мертвецу.
– Может, все-таки пойдешь с нами?
– спросил он без всякой надежды в голосе, потому что, как и остальные, заведомо знал ответ.

– Нет... Что ж, до встречи!.. У нас, мертвых, говорят так.
– И мертвец Без имени растворился в тумане.

– И у нас, живых, тоже, - пробормотал вдогонку Элементаль.

У лаза возникло замешательство. Не то, что бы кто-то боялся войти в него первым, просто все почувствовали, как с уходом их безымянного спутника возникла некая пустота, которую следовало заполнить еще большим сплочением оставшихся. Примолкли даже Духи, а уж кто-кто, а они не могли усидеть на месте более мгновения.

– Идем же, - наконец нарушил тишину Элементаль.

Пираллида и сэр Роберт согласно кивнули и только Фредерик сделал хоть какое-то движение: он бесцеремонно запустил руку в суму Элементаля, извлек оттуда огарок свечи и разжег ее - туман меж лицами стоявших у лаза рассеялся. Сразу же стало уютней: лица насытились теплым светом, глаза заискрились - впервые за четыре дня перехода родство тонкой нитью стало связывать души разных людей, попавших волею судеб в неведомую страну... Фредерик тем временем уже просунул руку со свечой в лаз.

– Ого! Вот это я называю заботой о ближнем, - воскликнул он, извлекая из лаза факел.
– Попробуем. Надеюсь, не отсырел вконец.

Он поднес свечу к просмоленной ткани. Факел долго не хотел разгораться, чадил, распространяя в воздухе запах лесопильни, но вот сначала по одному боку тканевого шара скользнул огонек, затем по другому, а чуть позже и весь шар вспыхнул розовато-желтым огнем. Капли горящей смолы потекли по обуглившимся краям и стали срываться вниз, издавая причудливые звуки рассекаемого огнем воздуха.