Чтение онлайн

Карлик молчал.

Фредерик еще раз омыл в воздухе ладони, будто уличный факир, и опять-таки улыбнулся - правда, теперь улыбка вышла вполне нормальной.

Карлик молчал.

Смутившись, бывший конюший на какое-то мгновение замер, потом хлопнул себя руками по коленкам, наклонился и, умакнув перо, стал быстро что-то строчить на чистой бумаге. Его словесный поток чуть поутих:

– Ты же у нас, как-никак, поэт, то есть должен понимать...
– попутно написанию говорил он. - Иначе какой ты поэт, если не понимаешь. Иначе же никак не возможно. Иначе что...

Фредерик совсем запутался в мысли, и Элементаль решил, что настало время прояснить ситуацию.

– Откуда у тебя эти послания?
– напрямую спросил он.

– А-а...
– певуче протянул Фредерик, как это делают люди, которым лень объяснять кажущуюся им простоту вопроса.
– Это... это, в общем, два из сумы Герона... одно лежало здесь - ты видел...

И тут Элементаль осознал суть происходящего: сидящий перед ним лесной разбойник, бывший конюший переводил написанное. Об этом трудно было догадаться с первого взгляда, поскольку вчитываться в непонятные строчки посланий Фредерик начал лишь со второго чистого листа - первый он заполнил из головы.

– Ты знаешь этот язык?
– обескуражено спросил Элементаль.

Фредерик хмыкнул в ответ что-то нечленораздельное и вскинул правую руку вверх, требуя тишины, - левой он продолжал писать. Его губы шевелились, беззвучно проговаривая перевод, и предложения, слово за словом, заполняли бумагу - переведенные послания отлетали в сторону. Наконец и последнее из них легло в общую стопку.

– Вот, читай!
– заявил Фредерик, указывая на переводы.

Вместо чтения Элементаль повторил свой вопрос:

– Ты знаешь этот язык?

– Знаю. На нем говорят росичи, - как само собой разумеющееся сообщил Фредерик.

– И как много еще ты знаешь языков?

– Много, - отмахнулся Фредерик.

– То есть ты действительно читал то, что написано там.
– Элементаль указал пальцем на заваленный бумагами столик.
– А сэр Роберт смеялся...

– Ну, не все, но... да, читал!

– Надо же. А еще говорят, нет чудес на белом свете, - пролепетал совершенно оторопевший Элементаль.

– Кто говорит?
– удивился Фредерик.

– Мелкие и недалекие люди, кто же еще?!

Элементаль подошел к бывшему конюшему и опустился рядом на пол. Духи в молчании расселись по его плечам. Немного смущенный Фредерик пододвинул листы с переводами поближе.

– Давай посмотрим, - пробормотал Элементаль, выдернул из-под стопки первый лист и прочитал написанные каллиграфическим почерком строчки: - "Из клеверной розы траурный лист. Верни мне последнее, слуга ночи!"

Элементаль повернул голову к Веку.

– Что такое клеверная роза?

Век изобразил на лице недоумение. Гений, не дожидаясь, пока черед дойдет до него, захлопал огромными глазами, всем видом изображая растерянность и непонимание.

– Проку от вас, ребята, никакого, - простонал Элементаль.

– Но откуда, спрошу я, мы, Духи, можем знать, что такое клеверная роза?!
– взвился Век.

– Молчи уж!
– оборвал его карлик.

– Это с ворот того города, где мы их встретили, - пояснил Фредерик, кивая на Духов.
– Я не взял послание, но запомнил его.

– Понятно.
– Элементаль поднес ближе к глазам второй лист.
– "Рождает куманская степь"... Что это за росчерк тут дальше?
– обратился он к Фредерику.

– Он означает повторение, - пояснил конюший.
– Все послания заканчиваются одинаково: "Верни мне последнее, слуга ночи!"

– А где она такая, куманская степь?

– Куманы, они живут там, за Русью, если идти дальше на восток - я ничего о них не знаю, говорят, что они самые жестокие варвары. Там их зовут иначе: половцы... - объяснил Фредерик и, помолчав, добавил: - Да, они живут в степях!

– И откуда все это?.. Хотя понимаю.
– Глаза Элементаля разгорелись, и он затараторил в восхищении: - Фредерик, ты должен непременно рассказать мне о своих путешествиях. Ведь ты стал для меня совершенно другим человеком! До этого момента я попросту не видел тебя! Я был слеп, как нищий на балаганной площади!
– Его пыл чуть поутих.
– Значит так, дальше: "И огненный лал, что от крови лучист..." "Верни последнее..." - это понятно.

– Лал - это, насколько я помню, опал, - заметил Фредерик.

– Ты правильно помнишь, - заверил его карлик.

Он самодовольно вскинул нос, дескать, мы тоже люди сведущие, на что Фредерик расцвел мягкой улыбкой человека, уважающего ум и знания другого, - они поняли друг друга, чем остались весьма и весьма довольны. Карлик читал последнее послание:

– И, наконец: "Когда свет укажет восток". Итак, все вместе:

"Из клеверной розы траурный лист,

Рождает куманская степь.

И огненный лал, что от крови лучист...

Когда свет укажет восток..."

Гений подлетел к листкам и поворотился к людям.

– Слишком многого не достает, - голосом, не терпящим возражений, заявил он.
– И с таким замысловатым текстом пробелы не восполнить, даже следуя правилам стихосложения!

– Ты прав как всегда, - горестно вздохнул Элементаль.
– В первом четверостишии не хватает последней строчки, а что в ней может быть, я даже, честное слово, не решаюсь предположить.

– Может, ее и требует Лыка?
– осторожно поинтересовался Фредерик.

– Может, да, а может, нет. Ведь понятно, что есть и второе четверостишие, - вот здесь, где говориться о свете на востоке, - а вполне вероятно, и третье... Четырех строк, увы, слишком мало!

Элементаль еще раз вздохнул, и этот вздох побежал по кругу: следом за ним испустили свое разочарование сквозь губы Фредерик, Гений, а за ними и Век. Последний в силу своей вечной неугомонности даже проделал это два раза - один громче другого. В комнате сгустилась тишина.

– Послушай, Фредерик, - первым нарушил молчание Элементаль, - мне нужно задать тебе один вопрос. Скажи откровенно, почему ты не сообщил остальным о том, что собираешь послания?