Чтение онлайн

Школьные здания были кирпичные, в два этажа. Я видела несколько рядов окон. Внутри зданий можно было ходить разными путями, там было полно дверей и лестниц. Многие дети пришли с мамами, которые поправляли им форму и пытались поцеловать на прощание, но дети отталкивали их, будто не хотели, чтобы кто-то увидел, как их целуют или гладят по волосам. «Нет, мам, не надо, хватит», — говорили они и отталкивали их, а мамы улыбались и пытались обнять своих детей у ворот. «Пока, мам, пока!» — говорили дети и присоединились к своим друзьям.

Я пошла к воротам, пустой рюкзак похлопывал меня по спине. Дед сказал: «Черт тебя дери, научись уже читать наконец». Когда он забывал взять очки, я не могла прочитать ему газетные заголовки. Я не могла прочитать список ингредиентов на коробке с пирожными. Не знала, как прочесть дату на календаре. Дед сказал: «Ну же, Джастин, учись получше. Каждый дурак умеет читать». Я очень хотела научиться читать. Мне хотелось знать, в каком порядке идут цифры в номере тети Риты, а если она когда-нибудь напишет мне письмо — я хотела бы прочитать его сама. Но как я ни старалась, слова выглядели для меня совсем не так, как для других людей. Я произносила буквы — и они сказывались на других местах. Если Майкл не помогал мне, то другие дети начинали смеяться. У меня перехватило горло и защипало глаза: Майкла давно уже не было рядом.

Наверху главного школьного здания были написаны слова. «Йазредтьанз». Я не могла понять, с какой стороны к ним подступиться, и у меня закружилась голова. Я снова посмотрела на надпись. «Йазредтьанз». Что это? Может, просто такая шутка? Я не могла прочитать надпись. Можно было простоять тут весь день, смотреть на нее, пытаться прочесть, но я все равно не смогла бы понять, что она значит. Если бы рядом был Майкл, он бы помог мне. Мы были бы вместе.

40

Я направилась к реке, туда, где был мост, который вел в Моаму, — тот самый мост, по которому мы три года назад гуляли с тетей Ритой. Прошло так много времени с тех пор, как я в последний раз ее видела. Я спустилась к воде по берегу, где росла высокая, сочная трава, села у воды и смотрела, как пароходы идут вверх и вниз по реке. Сквозь юбку я чувствовала сырую, прохладную речную землю. Я подняла палочку и написал; на песке: «Йазред тьанз». Я поменяла порядок букв: «Редйаз ьтзна». Непонятно. Снова их поменяла: «Дерйаз ьтзна». Никакого смысла в этих словах не было. Я переставляла их снова и снова, стараясь перебрать все возможные варианты. «Дерзай знать»! Я разломила палочку пополам и бросила обломки в реку. «Дерзай знать». Что знать?

В реку, поджав лапы и вытянув клювы, ныряли птицы — они пытались поймать рыбу. Я вытянула ноги, и колени пригрело солнце. Я откинулась назад, оперлась на руки и слушала звуки реки, ветра и птиц. Дыхание мое замедлилось. Я была сделана из воды, как река, из листьев, как деревья, из перьев, как птицы. Я не знала, сколько я там просидела. Все время, пока шли занятия в школе? Я встала и пошла вдоль реки. Скоро тропинка стала слишком узкой, и я поднялась к дороге, ведущей обратно в Йоламунди.

Со мной был Джон Уэйн в роли Везучего Техасца. Он ехал впереди на Герцоге, Чудесном Коне, а я ехала верхом на Сильвер. Мы ослабили поводья, и кони шли медленно, потому что они были голодные, а пока мы не разобьем лагерь, мы не сможем их накормить — сумки у нас пустые. Винтовка Везучего Техасца была перекинута через плечо, она постукивала и покачивалась, а шляпу он низко надвинул на глаза. Дорога будет долгой. В животе у меня заурчало.

Я услышала звук мотора, повернулась и увидела приближающийся ко мне белый универсал с длинным кузовом и низкой посадкой, из-под колес у него летела пыль. Поравнявшись со мной, машина замедлила ход, и из водительского окна высунулась голова мужчины. Я не смотрела на него. Машина поехала еще медленнее.

— Привет, — сказал он.

Я обернулась и увидела Джейми Уорлли. Я не видела его с тех пор, как увезли папу. Джейми присоединился к Брайану Чисхолму и работал на шахтах Квинсленда. Все это время его не было в городе, но теперь он вернулся. Он уже был не мальчик, а мужчина и сам водил машину. Я продолжила свой путь, глядя прямо перед собой. В последний раз, когда я разговаривала с Джейми, он опрокинул меня на спину и задрал мне юбку.

— Джастин? — позвал Джейми.

Как бы мне хотелось, чтобы за плечом у меня висела винтовка Везучего Техасца…

— Джастин, это же ты?

Я ускорила шаг.

— Эй, Джастин, ты что, злишься на меня?

Я не ответила.

— Эй, Джастин, — сказал он, голос его смягчился. — Я сожалею о том, что случилось, когда мы в последний раз виделись. Я был идиотом. Ты идешь домой? Почему бы тебе не доехать до дома на «валианте»?

Он похлопал по дверце машины.

Я продолжала идти.

— Ладно тебе, Джастин. Ты не можешь идти пешком всю дорогу. Сегодня слишком жарко.

Под рубашкой спину заливал пот. Лицо пульсировало от жара. Я остановилась и посмотрела на него.

Джейми Уорлли улыбнулся мне, а его глаза засияли светом, сделанным из электричества и солнца. По нижней части руки тянулась напряженная мышца. Он носил такую же шляпу, как Джон Уэйн в роли шерифа Ченса, а зубы у него сияли белизной.

— Садись, — сказал он.

Я посмотрела на дорогу. До Йоламунди было еще очень далеко. Если я продолжу идти пешком, то приду только к ночи.

Джейми Уорлли дотянулся до пассажирской двери и открыл ее.

— Я говорил то, что думаю, Джастин. Я и правда сожалею о том, что сделал, когда в последний раз виделся с тобой. Я заслужил трепку, которую твой старик мне устроил.

Я села в машину.

— А ты выросла, — заметил Джейми, пока вел машину.

С зеркала заднего вида свисали бусы с небольшим черепом. Сиденья были обтянуты черной кожей. На сиденье Джейми виднелся порез, залепленный серой клейкой лентой.

— Помнишь, как здорово мы раньше веселились? — спросил Джейми.

Моя кожа прилипла к сиденью, и я приподняла ноги и снова опустила их. Тряпка в трусах была мокрой и горячей. Я украдкой глянула на лицо Джейми. Он был похож на Джона Уэйна в фильме «Тихий человек». Во рту пересохло. Руки Джейми, коричневые от солнца, лежали на руле. Мужские руки, похожие на руки отца, — они могли поднять все, что угодно. Если бы папа захотел, он мог бы голыми руками выдернуть дерево из земли.

— Ты похожа на свою маму, Джастин, — сказал Джейми. — Она тоже была блондинкой, как и ты. Ты красивая.

Когда Джейми говорил, мне казалось, что на мне нет одежды, а кожу щекочет легкое перышко. «Ты похожа на маму. Ты красивая». Но Джейми — родной брат Стейси. Он звал ее «длиннорогой Стейси» и «йоламундской коровой», но он был ей братом. Он знал, по какой причине папа сидит в Пентридже. Тогда почему он со мной разговаривает?

Мы были уже недалеко от участка деда. Я не хотела, чтобы дед увидел меня в машине Джейми.