Отель Бертрам
Шрифт:
– Что вдруг?
– А если вдруг меня на самом деле задавят?
– Да никто тебя не задавит!– уверила Эльвира.– Ты прекрасно бегаешь, а лондонские шоферы привыкли то и дело тормозить. Все будет в порядке.
Взглянув на Бриджет, Эльвира поняла, что ее слова вряд ли убедили подружку.
– Ты ведь не подведешь меня, Бриджет?
– Ладно, - пообещала Бриджет, - не подведу. Бриджет перешла на другую сторону Бонд-стрит, а Эльвира толкнула входную дверь магазина "Боллард и Уитли", ювелиров и часовщиков, издавна пользовавшихся прекрасной репутацией. В магазине было красиво и тихо. Благообразного вида господин в сюртуке осведомился у Эльвиры, чем он может ей услужить.
– Я бы хотела видеть мистера Болларда.
– Мистера Болларда? А как о вас доложить?
– Скажите, что его хочет видеть мисс Эльвира Блейк. Благообразный господин исчез, а Эльвира подошла к прилавку, где под стеклом на бархате футляров во всем своем великолепии блистали и сверкали броши, кольца, браслеты. Через несколько секунд появился сам мистер Боллард. Это был пожилой, лет шестидесяти, человек, старший партнер фирмы.
– А, мисс Блейк, оказывается, вы в Лондоне! Очень приятно вас видеть. Чем могу вам быть полезен? Эльвира протянула ему крошечные часики:
– Они стали плохо идти. Можно их исправить?
– Разумеется. Дело несложное.– Мистер Боллард взял у нее часы.– По какому адресу мне их отослать? Эльвира назвала адрес.
– Да, вот еще что... Мой опекун, полковник Ласком, вы его знаете...
– Да-да, конечно.
– Он спросил, какой подарок мне бы хотелось получить к Рождеству. И предложил зайти и выбрать то, что мне по душе. Он осведомился, хочу ли я, чтобы он меня сопровождал, но я сказала, что лучше сначала пойду одна, потому что, вы понимаете, как-то неловко получается... Я имею в виду цены, ну и тому подобное...
– Что ж, вас можно понять, - усмехнулся мистер Боллард.– Что бы вы хотели, мисс Блейк? Брошь, браслет, кольцо?
– Пожалуй, брошь, - сказала Эльвира, - только хочется поглядеть на разные...
Эти слова она сопроводила просящим взглядом. Мистер Боллард ответил на просьбу покупательницы доброй, сияющей улыбкой.
– Ну конечно, конечно! Если приходится торопиться, то и выбирать нет никакого интереса.
Следующие несколько минут прошли чрезвычайно приятно. Он доставал драгоценности то из одного ящика, то из другого, и вскоре множество браслетов и брошек было разложено перед Эльвирой на куске бархата. Казалось, это не составило для мистера Болларда никакого труда. Время от времени Эльвира поворачивалась к зеркалу, прикладывая к себе кулон или брошь. Наконец выбор ее пал на хорошенький браслетик, часы с бриллиантами и две брошки.
– Сейчас мы все это запишем, - сказал мистер Боллард, - и, когда полковник Ласком будет в Лондоне в следующий раз, он, очевидно, сам зайдет к нам и возьмет что-нибудь из облюбованных вами вещиц.
– По-моему, это будет чудесно!– воскликнула Эльвира.– Он непременно решит, что выбрал подарок сам, правда?
Ясные голубые глаза взглянули в лицо ювелира. А секундой раньше эти же ясные глаза отметили, что стрелка часов показывала ровно двадцать пять минут второго.
Внезапно снаружи послышался визг тормозов и громкий женский крик. Естественно, взгляды всех присутствовавших в магазине обратились в сторону окон, выходивших на Бонд-стрит.
Рука Эльвиры скользнула с прилавка в карман ее элегантного костюма столь быстрым и ловким движением, что, если бы даже кто-нибудь случайно посмотрел в ее сторону, он все равно ничего бы не заметил.
– Ай-ай-ай, - вздохнул мистер Боллард, отводя глаза от окна, - еще немного, и она попала бы под машину. Глупая девчонка! Разве можно так сломя голову перебегать улицу!
Эльвира уже шла к двери. Она взглянула на часы и воскликнула:
– Боже мой, как я задержалась! Я опаздываю на поезд! Я вам ужасно благодарна, мистер Боллард! Надеюсь, вы не забудете про отложенные мною вещички?
Через минуту она была уже на улице. Быстро повернув налево и еще раз налево, она очутилась под аркой магазина обуви, и почти сразу к ней подбежала задыхающаяся Бриджет.
– Ох, - воскликнула она, - просто какой-то ужас! Я думала, что меня задавят. И еще я чулок порвала!
– Не важно, - сказала Эльвира и, взяв Бриджет за руку, потащила ее вдоль тротуара.– Идем же, идем!
– Скажи.., это.., все получилось? Эльвира сунула руку в карман и продемонстрировала браслет, осыпанный бриллиантами и сапфирами.
– Ох, Эльвира, как у тебя духу хватило?
– А сейчас, Бриджет, иди в тот ломбард, который мы с тобой наметили и узнай, сколько они могут дать за эту штучку. Проси сто...
– А ты не думаешь?.. А вдруг?.. Я хочу сказать, а вдруг это уже попало в список украденных вещей?
– Не болтай чепухи. Как это могло так быстро попасть в список? В магазине еще ничего и не заметили!
– Но, Эльвира, когда они заметят, они сразу подумают, даже наверняка решат, что его взяла ты!
– Да, если сразу же заметят пропажу, они могут подумать на меня.
– Они обратятся в полицию и...
Она не кончила фразу, потому что Эльвира энергично покачала головой, ее белокурые волосы почти закрыли лицо, а губы сложились в загадочную полуулыбку:
– В полицию они не обратятся, Бриджет. Ни за что не обратятся, если подумают на меня.
– Почему? Ты думаешь, что...
– Я тебе уже говорила, что у меня будет куча денег, когда мне исполнится двадцать один год. Тогда я смогу покупать у них драгоценности. Скандала они подымать не будут. Ну а теперь беги за деньгами. А потом закажи на мое имя билет на самолет. А я хватаю такси и еду в ресторан. Я и так уж на десять минут опоздала. Значит, я вернусь завтра в половине одиннадцатого.
– Ох, Эльвира, как я буду о тебе беспокоиться!– простонала Бриджет.
Но Эльвира уже подозвала такси.
***
Мисс Марпл прекрасно провела время в "Робинсоне и Кливерс". Помимо покупки дорогих, великолепных полотняных простыней - ей нравилась фактура полотна, такого прохладного на ощупь - она не удержалась от приобретения очень качественных посудных полотенец с красной каемкой. Ведь нынче добротное посудное полотенце так просто не пойдешь и не купишь. Вместо них вам предложат нечто, скорее похожее на цветную скатерку с редисками и омарами или с видом Эйфелевой башни или Трафальгарской площади, и все это в рамке из лимонов и апельсинов. Давая свой адрес в Сент-Мэри-Мид, она там же в магазине узнала номер автобуса, идущего в сторону Офицерского универмага <Офицерский универсальный магазин - лондонский магазин, который первоначально обслуживал преимущественно офицеров сухопутных войск и военно-морского флота.>. Когда-то давным-давно тетка мисс Марпл обожала это заведение. Разумеется, оно уже не то, что прежде. И мисс Марпл припомнила, как тетушка Хелен, в своем капоре и черной шелковой мантилье, разыскав в отделе гастрономии знакомого продавца, удобно усаживалась на стул. В те времена никто никуда не спешил, и тетушка Хелен спокойно прикидывала все, что она собирается купить сегодня и заказать на будущее, с учетом предстоящего Рождества и даже с отдаленными видами на Пасху. А когда юная Джейн начинала ерзать от нетерпения, ее отсылали в отдел стекла "погулять".
Покончив с покупками, тетушка Хелен вступала в разговор с продавцом, спрашивая его о здоровье матери, младшего сына и хромой свояченицы, а затем весело обращалась к племяннице: "А что моя девочка думает по поводу ленча?" После чего они поднимались на лифте на четвертый этаж, где ленч неизменно заканчивался клубничным мороженым.
Само собой разумеется, в Офицерском универмаге лифтов стало куда больше, чем прежде. И вообще магазин сильно изменился. Стало светлее, и народу прибавилось. Но мисс Марпл, хотя и вспоминала прошлое с нежностью, ничего не имела против настоящего. Ресторан в этом универмаге по-прежнему существовал, и она пошла туда заказать ленч.