Чтение онлайн

Стригунов не шелохнулся. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Но я увидел это в его глазах. На долю секунды его профессиональная маска дала трещину, и под ней мелькнуло что-то еще. Не удивление. Не шок. А холодный, хищный блеск игрока, который только что увидел, как противник совершил фатальную ошибку и открыл своего короля.

— Когда? — его голос был тихим, но в нем звенел металл.

— Во время подписания хартии. Глобальное уведомление было о нем. Я был лишь прикрытием. Громоотводом.

Он медленно, очень медленно сел в свое кресло, не сводя с меня глаз. Его пальцы, лежавшие на столе, сцепились в замок. Вся его фигура, до этого источавшая сдержанную силу полевого командира, теперь была собрана, как пружина.

— Ты уверен? — спросил он.

Это был не вопрос. Это было требование подтверждения.

— Абсолютно. Система выдала ему статус за создание новой, влиятельной фракции. За то, что он был инициатором и глашатаем. «Странник» вознаградил того, кто дергал за ниточки. Я же к тому моменту, уже был суперперсонажем. И «Охотники», тоже не знают об этом.

Стригунов молчал, глядя куда-то сквозь меня. Я почти физически ощущал, как в его голове с невероятной скоростью идут вычисления. Два «Сверхперсонажа». Две уникальные аномалии. Две прямые линии связи с ИИ. Одна у них, под полным контролем, в «золотой клетке». Другая, в руках врага. Это была уже не просто угроза утечки данных. Это был экзистенциальный кризис для всей стратегии «НейроВертекса».

— Это все меняет, — наконец произнес он, и его голос был глух. Он поднял на меня взгляд, и теперь это был не просто начальник службы безопасности. Это был гроссмейстер, увидевший на доске совершенно новую, невероятную комбинацию. — Протокол «Извлечение». Он должен быть активирован немедленно.

— Нельзя, — тут же среагировал я.

— Что значит «нельзя»? — он нахмурился, его терпение явно было на исходе. — Воронцов, ты понимаешь, о чем идет речь? Это ресурс такого уровня, что…

— В «НейроВертексе» есть крот, — прервал я его.

Эти слова подействовали на него, как ушат ледяной воды. Вся его наступательная энергия мгновенно угасла, сменившись ледяной, предельной концентрацией.

— Я так и думал, — прошипел он. — Последние несколько месяцев было слишком много… совпадений. Утечки по проекту «Артемидос». Странная активность конкурентов вокруг твоего старого проекта. Я не мог найти источник. Кто?

— Михаил не знает. Он слышал обрывки разговоров своего отца. Иногда он говорит о кроте в мужском роде, иногда в женском.

— Конспирация, — Стригунов откинулся на спинку кресла. Его пальцы нервно забарабанили по подлокотнику. — Или их несколько. Что еще хуже. Значит, любой официальный запрос, любое обсуждение на совете…

— … мгновенно станет известно «Охотникам», — закончил я за него. — Они либо переместят Михаила, либо… избавятся от него. Превратят ценный актив в устраненную угрозу. Именно поэтому я пришел к вам. Напрямую.

Стригунов встал и снова подошел к своему узкому окну-бойнице, глядя на серый бетон внутреннего двора.

— Хорошо, ты поступил правильно, — сказал он, не оборачиваясь. Его голос снова стал спокойным и ровным. Голосом хирурга, который поставил диагноз и теперь выбирает инструмент. — Прямое силовое вмешательство невозможно. Слишком высок риск утечки и провала. Значит, нам нужно действовать последовательно. Нам нужно две вещи. Первое, идентифицировать канал утечки и ликвидировать его. Второе, изъять Михаила из рук «Охотников».

Он повернулся ко мне, и в его глазах я решимость. Холодный, безжалостный и гениальный в своей простоте план, который он был готов реализовывать.

— Мы запустим протокол дезинформации. «Окрашенная вода». Я подготовлю четыре разных, но одинаково правдоподобных пакета разведданных о твоей предстоящей миссии. Все они будут содержать ложную, но критически важную информацию.

Он начал загибать пальцы.

— Пакет «Альфа» для Отдела Аналитики. Для Макарова и Дроздовой. Он будет содержать техническую дезинформацию. Например, что твоя истинная цель — не просто найти служителя, а протестировать новый, экспериментальный тип вмешательства в работу капсулы, который может вызвать каскадный сбой в модуле Цереры. Они клюнут на техническую сложность.

— Пакет «Бета» для Отдела Геймдизайна. В нем будет говориться, что твой квест на самом деле является скрытым триггером для активации глобального ивента, связанного с «Ложными Богами». Они ухватятся за возможность повлиять на лор.

— Пакет «Гамма» для Отдела Стратегического Планирования. Они получат информацию, что ты должен установить контакт не со служителем Цереры, а с агентом конкурирующей корпорации, «ГлобалКорп», который якобы тоже получил доступ к этой квестовой цепочке.

Он на мгновение замолчал, его взгляд стал жестким.

— И пакет «Дельта». Лично для совета директоров. В нем будет сказано, что твоя миссия, лишь прикрытие. А настоящая цель, найти и завербовать Артема Цаплина, нашего второго «Сверхперсонажа», который, по слухам, пытается выйти из-под контроля «Нейровертекс».

Он не просто создавал дезинформацию. Он создавал четыре идеально выверенные приманки, каждая из которых была рассчитана на психологический профиль своей цели.

— Теперь твоя часть, Андрей, — он посмотрел на меня. — Ты должен связаться с Михаилом. Передать ему все четыре пакета. А он… он должен найти способ задать своему отцу наводящий вопрос по каждому из них. Не напрямую. Вскользь. Что-то вроде, я слышал, в Логосе ходят слухи о Ложных Богах. И слушать, что найдет отклик.

Он подошел ко мне вплотную, и его голос стал почти шепотом.

— А дальше мы ждем. Мы слушаем, какая именно из этих четырех историй вернется к отцу Михаила. И когда он упомянет ее в разговоре, мы будем знать, из какой трубы течет яд. И тогда, Воронцов… тогда мы эту трубу перекроем. Навсегда.

Он отступил. План был озвучен. Жестокий, рискованный, но единственно возможный.

— Ты сможешь связаться с ним? — спросил он.

Я подумал о перламутровой раковине, лежащей у меня в инвентаре. Об этом странном, уникальном артефакте, который «Странник» подсунул нам, словно зная, что он нам понадобится.

— Да, — ответил я. — Думаю, смогу.

Стригунов кивнул. Он подошел к своему столу и нажал на сенсорную панель.

— Хорошо. Через час все пакеты будут готовы и охота на крота начнется.

Я проснулся от резкого, требовательного звука телефона.

Это был не мягкий перелив корпоративного мессенджера, а звонок на мобильный.

На экране высветилось: «Мама».

В груди мгновенно образовался ледяной ком. Мама никогда не звонила в рабочее время, зная, что я занят. Если она звонит сейчас, утром буднего дня, значит, случилось что-то серьезное.