Чтение онлайн

Стригунов стоял у своего окна-бойницы, глядя на серую бетонную стену внутреннего двора. Казалось, он даже не пошевелился с момента нашего ночного разговора.

— Я так понимаю, попытка прорыва периметра не удалась? — спросил он, не оборачиваясь. В его голосе не было злорадства, только сухая констатация факта.

— У меня отец в критическом состоянии, — сказал я, игнорируя его тон. — Мне плевать на ваши протоколы, Виктор. Мне нужно к нему. Сейчас.

Он наконец повернулся. Его лицо было непроницаемым, но в глазах я увидел тень понимания. Не сочувствия, нет. Понимания проблемы, которую нужно решить, чтобы актив снова начал функционировать эффективно.

— Мы знаем, — он кивнул на экран монитора, где бежали строки логов. — Мониторинг голосового трафика. Звонок от Анны Петровны, 08:42. Гипертонический криз, подозрение на предынфарктное состояние. Скорая помощь уже уехала, сделав инъекцию магнезии и дав седативное. Сейчас он спит.

Меня передернуло. Они знали. Они слушали мой личный телефон и похоже, не только мой. Конечно, они слушали.

— Если вы знали, почему ваши церберы меня остановили?

— Потому что эмоции делают вас уязвимым, Андрей, — жестко ответил Стригунов. — Вы в панике. Вы бросились к выходу, вызвали обычное такси. Вы забыли, кто на вас охотится? «Охотники» не дремлют. Перехватить вас в таком состоянии, на обычной машине, по дороге в спальный район, это подарок, о котором они могли только мечтать. Я не мог этого допустить.

Я сжал кулаки, признавая его правоту, но от этого не становилось легче.

— Я должен его увидеть.

— И ты увидишь, — кивнул он. — Но мы сделаем это правильно.

Стригунов подошел к столу и нажал кнопку селектора.

— Группа сопровождения «Б», готовность одна минута. Выезд.

Затем он посмотрел на меня.

— У нас есть предложение. Государственная медицина, это лотерея, Андрей. Твоему отцу нужен не просто укол и покой. Ему нужна диагностика, кардиолог высшей категории, нормальная палата. Мы можем организовать перевод. Прямо сейчас. В клинику партнеров «НейроВертекса».

— Частная клиника? — я насторожился. — Это стоит целое состояние.

— Для тебя, ни копейки. Это входит в соцпакет сотрудников уровня «Сверхперсонаж». Мы заберем его, поместим в лучшие условия, обеспечим уход. Ты будешь спокоен, он будет здоров. Эффективное решение.

Предложение было заманчивым. Чертовски заманчивым. Я знал, в каких условиях лечат в обычных больницах, и мысль о том, что отец будет лежать в коридоре или в переполненной палате, убивала меня. Но мой внутренний параноик, взращенный этой игрой, тут же поднял голову.

Если они заберут отца в свою клинику, он станет не просто пациентом. Он станет заложником. В золотой клетке, как и я. Только он даже не будет знать об этом.

— Нет, — сказал я твердо. — Не сейчас. Сначала я поеду к нему. Я должен увидеть его своими глазами, убедиться, что он транспортабелен, поговорить с мамой. Я не дам согласия на перевозку вслепую.

Стригунов изучал меня несколько секунд, словно сканировал на наличие скрытых мотивов.

— Хорошо, — наконец согласился он. — Сначала осмотр на месте.

Он взял со вешалки пиджак.

— Идем. Я поеду лично.

Мы спустились не в общий холл, а на минус третий уровень, в закрытый гараж службы безопасности. Здесь пахло резиной, бензином и холодом.

Нас ждали. Два бойца в полном тактическом обвесе, но без опознавательных знаков, стояли у массивного черного внедорожника. Это был не паркетник для поездок по городу. Это был настоящий броневик, замаскированный под гражданский джип. Усиленные пороги, пулестойкие стекла с характерным зеленоватым отливом, специальные шины.

— Садись назад, — скомандовал Стригунов, открывая мне тяжелую дверь.

Я забрался внутрь. Салон был просторным, отделанным темной кожей, но ощущение было, как в танке. Глухая тишина, стоило двери захлопнуться. Стригунов сел рядом со мной. Водитель и один охранник заняли места спереди, второй сел в машину сопровождения, которая ждала у выезда.

Двигатель зарычал, и мы плавно тронулись.

Пока мы пробирались через московские пробки, Стригунов достал планшет.

— Послушай меня внимательно, Андрей, — начал он, не отрываясь от экрана. — Я понимаю твою паранойю. В твоей ситуации это здоровое качество. Но ты должен понимать и наши возможности. Клиника «МедиКорп». Это не просто больница. Это научно-исследовательский центр. У них есть оборудование, которого нет даже в ЦКБ.

Он развернул планшет ко мне, показывая фотографии палат, похожих на номера пятизвездочных отелей, и операционных, напоминающих космические корабли.

— Мы сотрудничаем с ними по программе реабилитации пилотов нейро-капсул. Они знают, как работать с нервной системой, с сердцем, с последствиями стресса. Твоему отцу там будет лучше.

— Я верю, — ответил я, глядя на мелькающие за тонированным стеклом улицы. Мир снаружи казался далеким и немного нереальным, словно я смотрел кино. — Но я не хочу, чтобы моя семья стала… рычагом давления.

Стригунов хмыкнул.

— Андрей, если бы мы хотели давить на тебя через семью, мы бы не предлагали помощь. Мы бы создавали проблемы. А проблемы у твоего отца возникли сами по себе. Возраст, нервы. Мы предлагаем решение.

Он убрал планшет.

— «НейроВертекс» оплатит всё. Лечение, реабилитацию, лекарства. Это не кредит. Это оплата твоей работы и инвестиция в твоё спокойствие. Потому что, когда ты нервничаешь, ты совершаешь ошибки. А ошибки Сверхперсонажа стоят слишком дорого.

— То есть, вы просто хотите, чтобы я перестал дергаться и вернулся к фарму? — усмехнулся я.

— Я хочу, чтобы актив был в рабочем состоянии, — цинично, но честно ответил он. — Подумай. Там закрытая территория. Охрана не хуже, чем здесь. «Охотники» не смогут к нему подобраться. А в обычной городской больнице… туда может зайти кто угодно в белом халате.

Это был удар ниже пояса. Но эффективный. Я представил, как кто-то из людей «Третьей Силы» подходит к койке отца. Как легко это сделать в обычном стационаре.

Джип мягко качнулся, объезжая очередную яму на въезде в наш спальный район. Знакомые панельки, серые, унылые, поплыли за окном. Мой старый мир.

— Я подумаю, Виктор, — сказал я, глядя на подъезд дома, где прошло мое детство. — Я серьезно подумаю. Но сначала, отец.

Стригунов кивнул.

— Разумно. Мы приехали.

Машина остановилась. Охранник с переднего сиденья вышел первым, сканируя двор цепким взглядом. Только после его сигнала Стригунов открыл свою дверь.

— Идем. И, Андрей… постарайся не задерживаться. Мы на открытой местности.