Чтение онлайн

– Ну что там у тебя?
– спросил он, разрезая мясо и бросая его в котел с водой.

– Да все так же, - перевела дыхание она, - Много ли изменится за два дня?

– Сегодня отличный день!
– воскликнул он и, подняв голову, окинул Энди придирчивым взором, - Снег припорошил землю, а воздух свеж и чист, причем солнце сокрыто за тучами.

– К чему это ты говоришь?
– насторожилась девушка.

– Неужели нельзя просто поговорить о погоде?
– фальшиво возмутился Падиф и улыбнулся.

– Неа, - только покачала головой она.

Мужчина рассмеялся и объявил ей, что они снова будут упражняться с лошадьми. Она застонала, но не смогла переубедить его.

– Квален, - с чувством обратился он к ней, - Многие травмы остаются на всю жизнь, и не только физические. Люди страдают от ущерба, нанесенного их разуму, гораздо сильнее, чем от телесного, ибо боль тела - проходящее явление, и последствия подобных травм всегда можно исправить...

– Ага, я думаю, новую руку или ногу мне никто не пришьет, - грубо прервала она, но Падиф повелительно вскинул вверх палец.

– Ты думаешь, на моем теле нет отметин, что были оставлены мне временем и пережитыми событиями? Ты ошибаешься. Травмы, некогда полученные мною, до сих пор напоминают о себе, но я не вижу смысла напоминать себе и другим о них, ибо тален сильнее физического чувства. Ты не должна жалеть свое тело. Так что сегодня мы возобновим занятия верховой ездой. Тебе нужно регулярное общение с Ветром.

Она ничего не могла сказать в ответ. Если бы она сделала это, то Падиф просто предложил бы ей покинуть Предзакатную ступень. Было ли лучше сидеть здесь, выполняя его приказы, или в какой-нибудь тюрьме, но ничего не делая? Она не понимала, почему просто не попробует пойти прочь отсюда, прямо и прямо? Одновременно ярость клокотала в ней без удержу. Даже сейчас она чувствовала, как дрожат ее руки, удерживающие посуду. Это ощущение становилось все сильнее, и вконец она с подавленным криком бросила тарелку на пол и схватилась за голову.

– Не бойся, квален. Твое сознание путается и тревожится, потому что оно меняется. Ты не можешь справиться с этим - пока не можешь. Но суть не в том, что ты должна справиться с этим или искоренить это из себя. Ты должна научиться ладить с этим и принимать это в себе.

– Что?

– Со временем ты поймешь эти эмоции, их значение и то, во что можно их преобразовать. И тогда они уже не будут для тебя неприятны. Ты научишься использовать их, и, пожалуй, в этом заключается смысл твоего обучения у меня. Когда ты научишься делать это, тогда мои советы и приказы больше не будут иметь значения.

Энди напряженно обдумывала сказанное и вдруг осознала: когда-нибудь Падиф оставит ее. И хотя это было очень далеко во времени, а могло вообще не случиться, а может, это вообще не было реальностью, но ей вдруг стало тоскливо.

– Ты покинешь меня?

– Я всегда буду твоим другом.

" - Эх! Как бы все успеть! Дай небеса, сегодня спать лечь в полночь! И то я обрадуюсь!
– сказала она своей сестре, ступая по мокрым страйлковым платформам и поглубже запихивая руки в карманы, а голову прижимая к плечам, защищаясь от промозглого ветра.

– Да времени вообще нет! Приходишь с работы, готовишь есть, готовишься к следующему уроку, проверяешь контрольные, а там уже и ночь! Где там отдохнешь?
– развела руками Катарина, и изо рта у нее вывалил влажный пар.

– Время так бежит, что даже не верится! Поэтому я его перестала торопить. Раньше, знаешь, когда еще маленькая была, торопила дни, а сейчас думаю - нет уж! Время и так быстро идет, куда ж его еще подгонять! Потом оглянешься и пожалеешь, что не ценил каждое мгновение...
– выдала она возбужденным голосом, и глаза ее заискрились среди пасмурности и уныния.

Одинокая машина медленно проплыла мимо них, осветив на несколько секунд дорогу впереди яркими голубоватыми лучами фар. Дождь на миг рассеялся и обнажил почти пустую улицу северной части электромагнитного мегаполиса. Прохожая женщина взглянула на них хмуро из-под бровей - она была закутана в длинное пальто. Женщина прижала к себе поближе сумочку, как будто опасалась, что она и Катарина собираются ее ограбить, и быстро прошла рядом с ними.

– Странно это все-таки...
– вдруг пробормотала она, проследив за незнакомкой, - Вот так вся жизнь у людей проходит в одних и тех же буднях, а чего они этим добиваются? Успеха, денег, славы... Но для кого это все? И что будет дальше? Кто вспомнит о нас, когда нас не станет?"

– А если я уйду, ты будешь помнить меня?
– прошептала она.

– Еще бы. Но лучше было бы, чтобы ты не уходила, - не сразу ответил Падиф, а она улыбнулась, - Ты еще столько должна узнать!
– воодушевляющее воскликнул он, а ее улыбка, наоборот, тут же исчезла. Но он не понял, почему.

Новый день встретил ее порывистым дуновением ветра, который выскреб ее волосы из шапки и запеленал ими глаза. Вокруг было серо: но не грязный снег, не пасмурное небо, а воздух пропитался серой краской, которая ложилась на землю, на камни, деревья, на ее собственные руки. Белые линии прорезали бледные тучи, а горизонт расплывался.

Не прошло и минуты, как она стояла у озера. Рядом фыркал в снег Ветер.

– А где Спасение?
– спросила она.

Падиф молча указал ей на седло. Убедившись, что она уселась, он неторопливо отошел от нее в сторону холмов и помахал рукой издалека.

Она смотрела на него подозрительно и настороженно. Он что-то задумал, а она боялась боли. Она боялась неизвестности. Она пыталась унять дрожь, но у нее плохо получалось. Конь почувствовал ее волнение и стал переступать с ноги на ногу. Но, в конце концов, она двинулась вперед.

Она не успела понять, почему она полетела вперед головой с Кристо. Она взвыла и, оскалив зубы, схватилась ладонями за ушибленное место. Когда она поднялась, Ветер, перебирал копытами и возмущенно поднимал губы.

Она непонимающе огляделась. Она была уверена, что Кристо не споткнулся, а она сидела на его спине ровно.

– Что ты сделал, Падиф?
– прошипела задумчиво она.

Они снова и снова пытались пройти через невидимый барьер, но снова и снова падала. Ветер тоже ощущал боль, она слышала, как он тихонько причмокивает губами, когда натыкается на преграду.

Падиф стоял недалеку. Она злилась на него, руки у нее были сжаты в кулаки.

– Что ты хочешь от меня?
– воскликнула наконец она, слишком громко от боли.

– Просьбы.

– Просьба к кому? К тебе? К Ветру?

– Нет, нет, - мягко сказал он, - Всего лишь к самой причине твоего препятствия.

– Что ты имеешь в виду?

Он не ответил. Она закрыла глаза и припомнила тех, кто вершит явления руками таленов. Падиф говорил ей об этом только вчера. Ламар - основание земли, Квирнар - основание воздуха, Илень - огня, Селемер - основание воды. Он всего лишь назвал их, сказав, что они - источник его сил. Она сама не верит в свою власть. Но если от нее требуется всего лишь попросить - что препятствует нескольким словам?