Первый человек
Шрифт:
– Разрушь эту стену, Квирнар!
– повелительно сказала она.
Воздух словно зарябил перед ней. Внезапно она почувствовала опустошающее бессилие, сердце учащенно забилось, а из головы словно выдули все мысли. В глазах у нее потемнело.
Кто-то настойчиво тряс ее за плечо. Отлепив веки друг от друга, девушка смутно разглядела человеческий силуэт, склонившейся над ней... "Это Падиф..." - пронеслось у нее в голове, и она, расслабившись, вновь начала погружаться в дрему. Она успела понять, что лежит у себя в постели, под надежным покровом пещеры на Предзакатной ступени. Дополнительная серия толчков, уже более сильных, снова сотрясла ее, и она начала вслепую отмахиваться руками.
– Вставай уже время к ужину, - донесся до нее приглушенный голос, и она резко распахнула глаза - потому что это не был голос Падифа. Это была женщина.
Она была стройной, под одеждой очерчивались мускулы. Угольные волосы спадали ровно на плечи. Уши у нее, как и у Падифа, сильно вытягивались вверх, а огромные глаза мерцали во мраке.
– Кто ты?
– воскликнула Энди, сжав кулаки и выставив их немного вперед.
– Не волнуйся, я - друг!
– спокойно, глядя ей в глаза, ответила незнакомка и слегка наклонила голову.
– Да? И что ты тут делаешь?
– Энди, я здесь по просьбе Падифа, - сказала девушка, и в звуках ее речи сквозила сила и твердость, которые не сочетались с ее нежной и хрупкой внешностью.
– И где же он сам?
– недоверчиво бросила Энди.
– Он отправился уладить некоторые вопросы, и попросил меня присмотреть за тобою.
– Что-то не верится. Ранее он оставлял меня одну!
– парировала она, но кулаки ее все-таки сами собою разжались.
– Ранее были другие условия, - естественно и легко ответила незнакомка.
– Я смотрю, ты так осведомлена в этом вопросе!
Но гостья никак не отреагировала на ее реплику. Она только опустила глаза, словно бы соглашаясь.
– Когда он вернется?
– спросила она, давая своим голосом понять, что правила диктует здесь именно она; по крайней мере, пока не придет истинный хозяин этого места.
– К трапезе, - ответила маленькая девушка - Энди была выше нее на голову.
– Скажи мне, кто ты.
– Прости, Энди, это моя вина - я не представилась тебе, - проговорила учтивым тоном девушка, - Меня зовут Тирис, я, как и Падиф, жительница горы Ревен. Я здесь, чтобы защитить тебя, если потребуется.
– Хм, как я вижу, не потребовалось, - немного уязвленная тем, что незнакомка проявляет о ней заботу, огрызнулась Энди.
– Защита эта не от физического насилия.
Энди не хотела разговаривать и ничего не спросила более. Тирис постояла немного и присела за стол, где стала изучать какие-то тексты. Энди уселась на кровати и следила за Тирис, пока, наконец, не послышался шорох у входа.
Падиф шумно ввалился в пещеру и быстро задернул за собою меховую штору. Вид у него был слегка взбаламошенный: кудрявые волосы растрепаны, щеки горели румянцем, а глаза будто вращались в разные стороны. Мужчина потряс головой, отряхиваясь от снега, а после взглянул на девушек. Его взгляд задержался на маленькой гостье, они кивнули друг другу. На лице его была доброжелательная улыбка.
– Рад видеть, что с тобою все в порядке, квален, - сказал он тепло и ровно, но она не проронила и звука, - И еще я рад, что вы с Тирис уже успели познакомиться друг с другом, - немного растеряно добавил он, - Я попросил ее остаться с тобою, пока твое сознание набирало силы, чтобы в случае опасности защитить его, - сказал он и, постояв с секунду, зашагал к кострищу, где бросил новую сизую тушку какой-то бедной птички.
Тирис, не дожидаясь приглашения, подошла к костровищу. Лицо ее по-прежнему лучилось спокойствием и благоразумностью. Оно вдруг показалось Энди знакомым, а в ушах пронеслись какие-то неразборчивые звуки, но она не смогла остановить эти мимолетные воспоминания, как дежа вю.
– Как ты себя чувствуешь, квален?
– с безмятежным видом спросил Падиф.
– Э-э-э... Да нормально вроде...
– пробубнила она: она не ощущала себя в безопасности и не хотела, чтобы их разговор слышала Тирис.
Падиф ободряюще ей улыбнулся и принялся готовить пищу. Чем дольше длилось молчание, тем спокойнее становилось Энди. Она словно привыкала к Тирис, как к новому предмету. Последняя сидела тихо, сложив руки на коленях, и ее душевное равновесие передавалось в воздух вокруг, проникало в легкие и растекалось с кровью.
– Значит, то, что случилось на равнине, было результатом моей просьбы к Квирнару?
– вдруг спросила Энди.
Падиф только улыбнулся и кивнул.
– Но... Это невозможно!
– воскликнула она громко, словно очнувшись после кошмара.
– Как же это может быть невозможным, если ты сама это ощутила?
– засмеялся Падиф, а глаза его азартно засверкали, - Ты попросила и получила - стена была разрушена, но взамен ты отдала все свои силы. Поэтому ты погрузилось в состояние, которое мы называем поиском. В тебе не остается почти ничего, твой разум растекается по миру, но ты все еще живешь, дышишь, твой мозг работает - но не более. Иногда этот процесс может затянуться на долгое, долгое время... Был даже случай, когда одна молодая тален не смогла контролировать свои желания и заглянула в Страту глубже своих возможностей. Ее тело так и не смогло найти свое сознание, и девушка погибла... Это очень печальная смерть...
– Падиф сделал паузу, но продолжил, не сбавляя темпа, - Главное не допускать проникновения на освободившееся место чужого сознания, которое может начать паразитировать в тебе. В поиске ты открыта любому потоку мысли, что носится в воздухе, и твоему сознанию нужна защита. Именно для этого я оставил рядом с тобою Тирис, ибо мне нужно было удалиться. Именно поэтому я спрашивал тебя, что ты чувствовала. Мне было важно, чтобы ты не видела снов и ничего не слышала. Это как доказательство того, что твое сознание смогло найти путь домой.
Энди не сразу поняла, что она хочет сказать. Несколько раз она открывала и закрывала рот, мотая головой и рассеяно пытаясь схватиться за что-то взглядом. Тяжело нахмурившись, она пыталась осознать услышанное, выявить какую-то опасность. Но все было настолько ново, что не вызывало вопросов, и настолько неестественно, что провоцировало иные смыслы для слов.
– Падиф, а разве все должно было пройти именно так? Я почти ничего не почувствовала, я не контролировала этот процесс... Получилось, что не я, а Квирнар руководил мною. Ведь если бы все было правильно, то я смогла бы вовремя остановиться, так?
– Ты права. Но иного я не мог от тебя ожидать, потому что это был твой первый опыт, к которому я не дал указаний.
Энди закрыла глаза и вздохнула, впустив внутрь так много воздуха, насколько хватило объема ее легких, и почувствовала, как затрещали ее кости. Натянувшиеся кожу и мышцы пронзила приятная боль: тихая и ненавязчивая, словно бы она всегда была в ее теле. Какой-то запах защекотал ее ноздри, и она глубоко втянула его в себя - кажется, это был запах снега и сырой прошлогодней листы, что лежит на влажной земле весной, когда почва наполняется новой жизнью. Каждая частичка ее тела расслабилась, согрелась, словно бы от внутреннего источника, и, неизвестно, почему, но тьма перед глазами начала рассеиваться, обнажая перед ней различные оттенки мира: нежно-голубой, бледно-желтый, болотно-зеленый... В мозгу ее уже шепталась трава, завывал ветер, журчал ручей и шумела бурливая река, только она не могла определить, в какой момент эти звуки появились внутри ее черепа.
Это музыка вливалась в ее мысли. Она открыла глаза - Падиф и Тирис играли эту мелодию. Он перебирал струны на инструменте, который лежал у него на коленях, она тонкими пальцами зажимала отверстия во флейте, изгибаясь в такт. Энди давно не слышала хоть какой-либо мелодии, и теперь внутри нее сталкивались чувства.
– Это было замечательно! Это лучше всяких снов!
– прошептала она, когда музыканты остановили игру.
– Я рад, что мы помогли тебе, - улыбнулся Падиф, - Наш народ любит музыку. Иногда одна песня способна дать талену больше, чем тысячи мыслей.