Первый человек
Шрифт:
– Пробудись! Вернись, самолин! Самолин...
– откуда-то сверху доносится до нее старческое нашептывание, и она отрывается от земли. Лабиринт уносится под нею.
Кто-то шлепает ее легонько по щекам. Белые блики света плывут перед ней, и Ерса смотрит на нее желтыми глазами, и рука его заносится для очередного хлопка...
– Хватит, хватит, я проснулась!
– тут же отреагировала она и, защищаясь, подняла ладонь. Рука Ерсы упала, он фыркнул и возвел глаза к небу, - А что... Что случилось?
– Ты попробовала захватить образы, что всплыли в твоей голове, и это могло бы у тебя получиться, но ты испугалась. Ты испугалась "зова". "Зов" будет настигать тебя всякий раз, когда ты будешь связываться с основаниями и входить в Страту. И от этого не убежишь! Ты должна либо приноровиться к постоянному присутствию "зова", либо отказаться от Страты! Поэтому в следующий раз будь сильнее! Будь настойчивее!
– Легко говорить, но когда тебя пронзает режущая боль, тебе уже не до...
– крякнула было Энди...
– Молчать!
– рявкнул на нее наставник и щеки его зарумянились от гнева, - Ты думала, что все будет легко? Ты - будущий воин, и ты должна привыкать к трудностям! Я ожидал большего, судя по рассказу Падифа, но, видимо, он сам еще слишком мягкосердечен, раз так благосклонно отзывается о тебе! Он ослеплен!
– почти на одном дыхании выдал Ерса и остановился, чтобы отдышаться.
– Зачем ты кричишь на меня? Зачем ты так говоришь о нем?!
– неожиданно закричала она, и у нее потемнело в глазах. Она пошатнулась и попятилась немного назад. Ей было тяжело дышать, а руки задрожали. Она остановилась, успокаиваясь. В голове нарастала боль. Когда она открыла глаза, старик начал говорить спокойно, как будто ничего не случилось.
– Ты пыталась оставить при себе видения, что явились твоему сознанию, но не удержала их, и "зов" стал свободно заполнять тебя - поэтому тебе больно. Ты должна уметь слышать его не ушами, но разумом, раскладывать его по частям... Что ты видела, самолин?
– спросил он.
Она ответила не сразу. Она пыталась решить, отвечать ей, или нет. Но настаивать на своей гордости было бессмысленно. Вконец собравшись, она поведала, как могла, наставнику о видении, намеренно упустив лишь тот факт, что она знает, кто был мужчина в середине лабиринта. Ерса, выслушав ее историю, задумчиво почесал бороду и тихо крякнул.
– Твое видение... Оно слишком личное. Это необычно. Обычно талены, проникая в Страту впервые, видят только то, что есть вокруг них. А у тебя - личное, - повторил он.
– Это плохо?
– Это не плохо и не хорошо. Это значит, что твоя мысль уже была в мире, - задумчиво промолвил старик.
– Я думаю, это невозможно, - категорично заявила девушка, - Я же раньше не была здесь!
Она ждала, что Ерса засмеется, стукнет себя по лбу, но он только загадочно посмотрел на нее, и этот взгляд растревожил ее. Она спрашивала у него, что ей думать про это, но он не отвечал. Ей начало казаться, что она сходит с ума. Или что этот человек напротив нее сходит с ума. Наконец он сказал, но не то, что она хотела бы услышать.
– Ты вправду думаешь, что знаешь этого человека в твоем видении?
– и старик хитро прищурился.
Она посмотрела на него с вызовом.
– Я просто видела его.
– Да, знаю, - покрякивая, скрипуче сказал Ерса.
Энди отвела взгляд. Почему этот мужчина оказался в ее мыслях? Она не вспоминала о нем с тех пор, пожалуй, как желтоглазый сообщник Падифа подобрал ее у водопада. Она хотела бы спросить Ерсу об этом, но не могла: ее желание узнать что-то об этом человеке боролось с чувством собственности на это воспоминание. Она не хотела вплетать в него Падифа или Ерсу, потому что они и так были повсюду в ее жизни.
Ерса отошел на самый край платформы и замер там. Она подошла к учителю и принудила себя посмотреть вниз, в Мертвое озеро. Его холодное молчание отразило ее взгляд молниеносно: в сознание ей ударила волна отчаяния и страха - она тут же отвела глаза.
– Скажи, Ерса, почему я так боюсь?
– прошептала она.
– Оно пугает тебя оттого, что в нем время не властно над жизнью и смертью, самолин, - услышала она тихий ответ и перевела взор на старика: тот, почти смежив веки, разглядывал мрак озера, и ни одна дряблая мышца его лица не намекала о тревоге.
– Время там остановилось?
– Нет, оно течет там, но течет не так, как в других местах...
– Почему? Что случилось здесь? Падиф говорил о Ледяной битве, - вспомнила она, - Но что заставило это озеро стать таким?
– Озеро появилось, когда ледяная армия растаяла, и его воды вобрали в себя кровь умерших, печаль выживших, силу битвы. Слишком много незатраченной энергии скопилось в его водах, потому что люди должны были не умереть, а создавать, любить, жить.
– А кто-нибудь заходил в это озеро?
– История знает подобных глупцов!
– Что с ними стало?
– Они свихнулись.
– Как они стали вести себя?
– Они запутались во времени и запутались в мыслях. Когда с ними зачинался разговор, они начинали бредить, рассказывать отрывки ушедшей истории, кричать, плакать, в мелочах описывать какие-либо очевидные явления, например свечение солнца, при этом пользуясь совершенно незнакомыми словами. Они начинали отказываться от еды, переставали спать... Даже не пили... Ими руководило что-то иное, но определенно не разум.
– И где они сейчас?
– Они мертвы, - кратко подтвердил ее предположения Ерса и глаза его распахнулись, обнажив острый, светящий взгляд, что вспорол холмы и вонзился в нее, - Самолин! Твой страх оправдан - не вини себя в нем! Он силен, я знаю, и он намного сильнее, чем у других. Но это позволяет мне думать, что когда-нибудь ты поймешь это озеро и используешь его на благо себе!
– неожидаемая уверенность, в какой-то мере надежда возникли в этом порыве.
– А его можно использовать?
– Использовать можно все. Ведь это озеро - это источник знаний, только мы не можем понять, как взаимодействовать с ним. Ведь никто не может рассказать нам внятно, что происходит, когда разум касается этой воды...
– Те люди, сошедшие с ума... Они, наверное, не выдержали потока познания, что накинулся на них там... Наверное поэтому они говорили обо всем, не контролируя себя?
– Да, мы тоже так думаем.
– Невольно задумываешься... Может быть, именно там кроется конечная точка в пути познания? Там все знания - поэтому с ними не справиться?