Чтение онлайн

А также дядя Пуанти, сеньор де Марестань,

75 Чей меч отточен и остер и чья могуча длань,

На бастионе дю Пертюс, беря сердца в полон,

Сражались, жизни не щадя, как было испокон.

Звучали трубы и рога, тревожа сон долин,

И много там пустили в ход пик, стрел, камней, жердин!

80 Известный мудростью Гираут, что тверд средь злых годин,

И родич рыцаря сего, что горд, как паладин, —

Раймон Юно, и злой в бою сеньор Лантар Журден

Сошлись, чтоб дать врагу отпор, на башне Сент-Этьен.

Край защищая от врага, что спесью обуян,

85 Монтей и яростный Сикар, сеньор Пюилоранс[770],

На бастионе Монтолью, хоть и несли урон,

Держались стойко, охранив Тулузу и Нарбонн[771].

С врагом, что яростней и злей, чем раненый кабан,

На бастионе дю Шато, чьих не пробьет таран

90 Высоких стен, виконт Бертран, крепя Господень трон,

Сражался, как никто другой с начала всех времен.

Мне всех, сеньоры, и к утру вам не назвать имен:

Монто, что шпорит скакуна, придав копью наклон,

Фрезуль и славный Гилаберт, имея тайный план,

95 Бернар и доблестный Аббат, кому дар веры дан,

И От, достойный всех похвал, и бдительный Гурдон

Сражались, жизни не щадя, у барбакана Пон-

Дорад[772]. Клянусь вам, что врагу век не видать их спин!

А там, где протянулся мост[773], о коем и в помин

100 Не слышал ни один француз, ни паж, ни господин,

Ведь этот лучший из мостов недавно возведен,

В засаде спрятались стрелки. И ни один шпион

На легкой лодке или вплавь, сколь ни увертлив он,

Не мог и мышью проскользнуть сквозь тот живой кордон.

105 Бойцы, желая уберечь и право, и закон,

Клялись, склонясь к святым мощам[774], что станут для ворон

Добычей, но ни жаркий бой, ни боль от тяжких ран,

Ни меч, разящий напрямик, ни полный стрел колчан

Их не заставят отступить. И, встав к плечу плечом,

110 Один другому говорил: «Коль смерти обречен —

Умру, но не нарушу долг. Не будет трус прощен!»

Дабы поддержку оказать и поддержать зачин

Той схватки, кою грозный враг средь башен и куртин

Готов затеять всякий миг, был тайно отведен

115 С позиций лучший из полков. Не сняв с коней попон,

Туда спешил засадный полк, где громче стали звон.

Никто пощады не просил, унижен и согбен:

Тулузцы, коих от беды хранит святой Сернен,

На битву с недругом своим все вышли как один.

120 Так пусть же добрый Иисус, пресветлый Божий Сын,

Кем милосердье спасено и разум в мир внесен,

На тех обрушит весь свой гнев, кто добрых чувств лишен!

Ведь принц, наследник и вассал славнейшей из корон,

Тридцать четыре графа с ним, раскрыв шелка знамен,

125 И столько рыцарей Креста, сколь в поле есть семян,

Пришли, дабы обрушить меч на братьев христиан.

И проповедует легат, избрав суровый тон,

Что всех, от старых стариков до плод носящих жен

И тех младенцев, что еще не вышли из пелен,

130 В Тулузе ожидает смерть, всяк будет истреблен,

Мечом карающим убит иль на костре сожжен.

Но в силах Девы пресвятой, прекраснейшей из донн,

Казнить злодеев и убийц, как было испокон!

Так пусть же Бог и юный граф, гоня Гордыню вон,

135 Тулузу защитят!

Аминь

ДОПОЛНЕНИЯ

ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ «МЕРВИЛЬСКОЙ РУКОПИСИ»

(Главы XVII-XIX)

Глава XVII

Педро II Арагонский прибывает на помощь графу Раймону (лето 1213 г.). Тулузцы захватывают Пюжоль (июль 1213 г.). Битва при Мюре. Гибель Педро II Арагонского и бегство тулузского войска (12 сентября 1213 г.). Отъезд графа Раймона в Рим.

И вот, как гласит история, король Арагона, именуемый Педро, одна из сестер коего была замужем за графом Раймоном, а другая — за сыном сего графа, узнал, что крестоносцы и граф де Монфор досаждают его родичу[775], и решил со всеми своими людьми прийти на помощь к означенному Раймону и его сыну. Он созвал тысячу хорошо вооруженных рыцарей, самых отважных и самых храбрых, какие только нашлись в его королевстве. А когда рыцари прибыли к королю Арагонскому, он приказал им призвать своих вассалов, дабы те последовали за рыцарями.

Пока король Арагона готовился к походу, граф Раймон известил капитул и коммуну[776] города Тулузы, что в Пюжоле[777], куда путь лежит через Монтодран[778], затворился большой отряд крестоносцев, и оные крестоносцы оттуда совершают набеги на окрестности и грабят всех подряд. А посему он полагает надобным отправиться в Пюжоль, дабы выбить оттуда крестоносцев. Консулы и советники коммуны ответили графу Раймону, что речь его разумна, и они согласны сделать так, как он сказал, и что они последуют за ним повсюду и во всем станут ему повиноваться. Тогда граф Раймон приказал глашатаям объявить по всему городу, что каждый горожанин должен вооружиться и приготовиться идти на осаду занятого крестоносцами Пюжоля. И каждый житель, как богатый, так и бедный, взял оружие и снаряжение и явился к графу Раймону, а следом за ними явились также граф де Фуа и граф де Комменж, в доспехах и в сопровождении своих людей. Когда же все собрались, тулузцы, развернув знамена, в боевом порядке выступили из города и направились в Пюжоль, как им было приказано. Подойдя к Пюжолю, они увидели, что означенный Пюжоль занят крестоносцами, кои затворились в нем и намереваются обороняться от войска графа Раймона. Тогда люди графа Раймона окружили Пюжоль и приступили к осаде; через некоторое время они решили взять город штурмом и начали готовиться к наступлению; они носили вязанки хвороста и прутьев и заполняли ими рвы. Потом тулузцы пошли на штурм; они спрыгнули во рвы, заполненные вязанками хвороста, и подобрались к городским стенам, желая пробить их и обрушить. Но в стенах города собрался весь цвет крестового воинства, а потому осажденные стали храбро и яростно защищаться. И они так отважно оборонялись, что нападавшие вынуждены были отступить от стен. Тогда граф Раймон и все знатные люди, бывшие с ним, приказали своим воинам соорудить катапульты, камнеметы и стенобитные машины, дабы с их помощью штурмовать Пюжоль. И, соорудив те машины, воины графа Раймона начали метать огромные камни, от которых стены города рухнули. Тогда войско графа Раймона пошло на штурм, и был тот штурм яростным и жестоким; когда же воины графа Раймона ворвались в город, они истребили всех крестоносцев до единого, и ни одному не удалось бежать. Самых знатных крестоносцев, коих насчитывалось более шести десятков, вывели за ворота Пюжоля и повесили, а прочих пленных без разбору предали смерти. Когда же тулузцы, истребив крестоносцев, захватили город Пюжоль и произвели в нем великие разрушения, к графу Раймону прибыл гонец и сообщил, что сюда движется граф Бодуэн[779] с большим войском и что сей граф хочет напасть на них. Когда граф Раймон и его войско услышали таковое известие, они покинули Пюжоль и отправились в Тулузу, радуясь одержанной победе, а также множеству дорогих вещей, ставших их добычею после того, как они перебили всех крестоносцев.