Чтение онлайн

По этой причине супермаркет не подходил для продовольственного обеспечения. Если забить Олин холодильник мясом, рыбой и сырыми овощами, та так и умрет от голода, недоуменно рассматривая продукты. Уличный фастфуд Самойлова даже не рассматривала по идейным соображениям. Достоверных фактов не было, но сформировалась твердая убежденность, что еду за такие деньги из нормальных продуктов делать невозможно. Да и к санитарии в подобных точках у нее имелись серьезные вопросы. Поэтому по дороге в гости подруга заехала в свое любимое кафе, чтобы там заказать что-нибудь навынос.

Прикинув, что одним кусочком мяса с каким-нибудь гарниром проблему не решить, Самойлова пробежалась по меню и сделала заказ, которого ей бы самой точно хватило на неделю. К счастью, на днях брат перевел ей на карту сумму, которой точно должно было хватить, чтобы оплатить такой мини-банкет. Пока удивленный официант отправился со списком на кухню, Кира присела за столик у окна с чашкой кофе и задумалась. Ей казалось, что вот-вот, совсем чуть-чуть – и она разберется, что же на самом деле произошло с Наташей и Андреем. Но по ходу дела стоило получить какую-то новую информацию, тут же логика нарушалась и вопросов становилось только больше. И главное, все существовало исключительно на уровне догадок, ни одного факта. Вот, например, если предположить, что Златкис не просто заинтересовался документом, а имел к нему непосредственное отношение, то уже можно его как-то увязать с Андреем. Вариант такой: один привозил камни, а другой их оценивал. Совершенно же ясно, что у самого Копылова ресурсов на покупку такого сырья просто быть не могло. В эту компанию хорошо вписывался и Бойко, который сам признался, что по-прежнему получал хорошие заказы, и не от кого-нибудь, а именно от Андрея. Цепочка складывалась вполне правдоподобная, но при одном допущении: сырье добывал действительно Евгений Витальевич. Хотя почему бы и нет? Тот когда-то был дипломатом, работал в разных странах, значит, чисто гипотетически мог найти поставщиков за границей.

Версия выстраивалась стройная и гармоничная. Ее вполне можно было бы считать рабочей, если бы там нашлось еще место и для Наташи. Поскольку все роли специалистов поделили между собой вышеуказанные персонажи, то ей отводилась вакантная ставка продавца. Это выглядело вполне логично, учитывая, что у Веричевой свой салон и обширная клиентская база. Возможно, что среди покупателей затесалась парочка миллиардеров, питающих пылкую страсть к дорогим камням. Хотя откуда им там было взяться? Арт-салон со своими дешевыми побрякушками и рядом не стоял с такими фирмами, как «Уинстон» и «Буччеллати». Подобные денежные мешки вряд ли интересовались изделиями из мельхиора. Хотя, с Другой стороны, Наташа тесно общалась с разными медийными личностями, которые пиарили ее бизнес. Среди них вполне могли оказаться такие, кто финансово был готов к серьезным покупкам. При подобном раскладе можно допустить, что сбыт осуществлялся не через салон и Наташа могла везти камень кому-то лично. И если цена сырья триста тысяч долларов, то сколько оно могло стоить после огранки, даже представить страшно. Вполне достойный повод для убийства.

Если рассуждать так, то просматривался в версии один изъян. На Веричеву напали по дороге к дому. Зачем везти дорогой камень домой, если на работе есть сейф? Тогда, возможно, продавец не она. Марго же приезжала в салон и после ее смерти. Значит, бизнес продолжал жить и без ее участия. В таком случае напрашивался вывод, что продавец кто-то другой. Например, та же сотрудница, которая так странно общалась на пороге заведения с мадам Златкис. В таком случае Наташа могла о чем-то узнать и пригрозить разоблачением. Тоже неплохой повод убрать свидетеля.

Можно предположить другой вариант в качестве рабочего бреда: Копылов взял сырье у Златкиса, отвез Бойко, затем забрал у того уже ограненный камень и привез домой. И тут этот сапфир или изумруд нашла Наташа и устроила скандал мужу из-за того, что тот все время прикидывался бедным преподавателем, а на самом деле участвовал в махинациях с драгоценными камнями. А потом Веричева в качестве моральной компенсации оставила камень себе. Естественно, за такие шутки можно и жизнью поплатиться. К Андрею пришел заказчик и выяснил, что изумруд у Наташи и отдавать его она не собирается. Тот пригрозил расправой, Копылов испугался. В итоге инсульт. А Веричеву встретили в темном переулке, ударили тяжелым предметом по темени и отняли сумку. Только вот в голове не укладывалось, что такой человек, как Евгений Витальевич, мог кого-то убить, пусть и не своими руками. Дипломат на то и дипломат, чтобы придумать какой-то менее кровожадный способ вернуть себе собственность.

Только что возникшее хорошее настроение вдруг куда-то улетучилось. Слишком много в этой версии было допущений, не основанных ни на чем. Взять того же Златкиса. Почему именно он поставлял сырье? Это мог оказаться совершенно другой человек. Если так, то с чего вдруг Марго появилась на сцене? Просто совпадение? Как-то слабо в это верилось. А вот если предположить, что Наташа и Марго сбывали камни, а арт-салон был тем местом, где все происходило, то жена Евгения Витальевича начинает укладываться в эту картину мира. Тогда становилось объяснимо ее негодование: из цепочки выпал один участник, и налаженный бизнес начал разваливаться. Если допустить, что так и было, то наверняка в салоне об этом знали. Та же сотрудница, например. В таком маленьком коллективе обязательно кто-то что-то слышал, кто-то что-то видел, кто-то о чем-то догадывался. Как же хотелось побеседовать с подчиненными Веричевой!

К сожалению, только в нездоровой фантазии голливудского сценариста мог родиться такой сюжет: заходит главный герой в какую-нибудь контору, чтобы выведать страшную тайну, отлавливает зазевавшегося сотрудника, который спокойно сидел на табуретке и наблюдал в ожидании конца рабочего дня, как муха ползает по стеклу, и задает животрепещущий вопрос в лоб, без всяких реверансов. А этот сотрудник вдруг оказывается кладезем всяческих человеческих достоинств – он наблюдателен и прозорлив, дружелюбен и болтлив, обладает аналитическо-логическим мышлением и страдает от дефицита общения. А еще ему не заплатили квартальный бонус и не подписали заявление на отпуск, поэтому у него есть свои резоны поделиться с первым встречным сверхценной информацией. Один короткий разговор, и дело раскрыто. Наверное, потому мы так любили Андерсена и Гримм в детстве, а Голливуд – в зрелом возрасте. Только в жизни так, к сожалению, не бывает.

От подобных размышлений Самойлова приуныла еще больше. То, что надо отправляться в салон, сомнений не было. Это она поняла еще тогда, сидя на основании ограды с открытым ртом и шнурками в руках. И даже сверкнула гениальная мысль, как сделать свое появление наиболее органичным и наименее подозрительным. Но рефлексия и неуверенность в себе заставили засомневаться, настолько ли идея была хороша. Все же отсутствие опыта – тяжелое бремя.

В этот момент человек, сидящий за соседним столиком, обратился к официанту, и Кира невольно прислушалась.

– У вас так всегда, сэр? – спросил посетитель с возмущением, указывая на таракана, не спеша ползущего куда-то по своим делам по стене рядом со столиком.

– Зданию сто пятьдесят лет, сэр! И сколько я помню, всегда, – с достоинством ответил официант, расставлявший тем временем заказ на столе, и, высоко подняв голову, гордо удалился.

Киру развеселил такой диалог. И правда, что еще ответить на подобный вопрос, чтобы не начать оправдываться и не обострять ситуацию? Может, так и надо с арт-салоном поступить?

Просто экспромт, не стоит ничего придумывать, пробовать задавать какие-то каверзные вопросы, а лучше просто импровизировать? Если никакого плана нет, то, вероятно, это и есть план?

Оказалось, Самойлова зря беспокоилась. Подруга прекрасно приспособилась жить одна. Пожалуй, даже лучше, чем Кира. Той, для того чтобы перестать испытывать стресс от соприкосновения с суровой действительностью, пришлось наизусть выучить телефоны электрика, сантехника, управляющей компании и горячей линии Роспотребнадзора, привыкнуть всегда при покупке смотреть на срок годности продуктов и подавать данные счетчиков тогда, когда требуется, а не когда вспомнится. Нет, Оля не научилась делать это за несколько дней, впрочем, как и готовить, убираться и стирать. Но если есть деньги, то всегда найдутся те, кто все сделает за вас. И она нашла.

Елена Платоновна была соседкой Оли по подъезду. По счастливому стечению обстоятельств она когда-то водила дружбу с покойной Олиной бабушкой. Старушки часто наведывались друг к другу в гости, чтобы попить чайку и посплетничать. Как-то раз в гостях у Елены Платоновны случайно довелось побывать и Кире с Олей. Для неокрепшей детской психики это стало слишком ярким впечатлением. До сих пор при воспоминаниях о том визите у Самойловой невольно всплывали ассоциации с аскетично-сюрреалистичными театральными декорациями в день перед премьерой. В доме все сверкало безупречной чистотой без какого-либо намека на присутствие живых существ. Казалось, хозяйка заходила туда только для того, чтобы смахнуть пыль и протереть пол, а затем отправлялась ночевать к знакомым, чтобы не опорочить безупречность своим присутствием.