Чтение онлайн

Нужно было выжечь это, отвлечься, иначе, казалось, все эти мысли просто сожгут меня изнутри.

Встал, отошел на открытое место под деревьями. Стянул рубаху. Бинты под ней были темно-алыми, почти черными в лунном свете. Вирр сел в стороне и смотрел.

Позы четвертой главы. Я начал с первой, привычно входя в положение, заставляя Дух течь к костям. Вторая. Третья. Тело слушалось, но мысли не отпускали. Я прошел до девятой позиции и сбился, потеряв концентрацию.

– Черт, – выдохнул я, опуская руки.

Вирр дернул ухом, но не двинулся.

Я закрыл глаза, заставляя себя дышать ровно. Попробовал еще раз, но на этот раз прервался уже на седьмой позе. Счет: вдох на четыре, задержка на четыре, выдох на четыре. Не помогало.

Тогда я решил попробовать другое. Искра внутри отозвалась на мысленный посыл, но я не стал просто зажигать ее усилием воли, как делал это уже довольно давно. Мне нужно было куда-то деть все то, что бурлило внутри. Сжечь это. И образ пламени – чистого, белоснежного – как нельзя лучше для этого подходил.

Я сжал в груди все, что накопилось за эту ночь. Страх, что Аня выдала меня не потому, что испугалась за себя отца, а потому, что перестала верить. Злость на Дмитрия, на то, как он использовал ее. Отчаяние от того, что все, что я строил, рушится. И чувство потери – глухое, тяжелое, которое я не мог назвать, но чувствовал всем телом, будто что-то вырвали из груди и оставили дыру.

Толкнул все это в искру. И не только это. Вместе с эмоциями, чтобы подпитать искру и заставить ее гореть как можно горячее и ярче, я направил и все свои резервы Духа.

А потом вспомнил про Дух Зверя. Тот самый сгусток, что остался во мне после укуса Вирра. Сейчас он спал где-то в глубине за глазами, в районе затылка. Его я тоже направил в искру, не думая, что делаю, только чувствуя, что так будет еще лучше.

Пламя вспыхнуло. Ярче, чем когда-либо. Жар разлился по груди, поднялся к горлу, голове. Я чувствовал, как оно выплескивается через край, как искра раздувается, готовая разорвать меня изнутри. Кожа на груди и шее стала горячей, в ушах зашумело.

Белое пламя и звериная энергия схлестнулись, закрутились, и я интуитивно выбросил руку вперед, выводя излишек наружу, чтобы не сгореть самому. Пальцы разжались, ладонь дернулась, и из центра ударил поток пламени.

Не белый, не тот прохладный, призрачный свет, что я видел у Звездного. Алый. Живой. Горячий.

Я замер. Пламя плясало на коже, лизало пальцы, отбрасывало красные блики на стволы деревьев. Жар согревал ладонь, но не жег: я чувствовал его, но он не причинял боли. Только тепло, густое и плотное, расходилось от запястья к локтю.

Страх и злость отступили. Внутри вообще ничего не осталось. Я смотрел на огонь, и внутри поднималось что-то новое – жадное, голодное любопытство. Перебирал пальцами, и пламя перетекало между ними, послушное, как вода.

Искра внутри горела ровно. Я сосредоточился, пытаясь понять, как это работает. Убрал Дух Зверя – просто перестал его подпитывать, отсек от пламени.

Алый цвет дрогнул, и через секунду на ладони горело знакомое белое пламя Звездного. Прохладное, невесомое, оно не давало жара – только слабое, едва уловимое покалывание, будто легкий мороз по коже.

Снова добавил звериную энергию. Толчок – и белый огонь полыхнул алым, жар опалил лицо, на губах появился привкус гари.

Я переключал туда-обратно, следя за ощущениями. Это было на самом деле непросто: прикладывать усилия приходилось будто бы всем телом.

Белое пламя требовало меньше усилий, горело ровно, почти не расходуя запасы. Алое жрало Дух заметно быстрее, к тому же еще и звериную энергию требовало, но давало то, чего у меня не было никогда и по идее не должно было быть – настоящее, живое пламя.

Поднес руку с белым пламенем к ветке, свисающей с ближайшего дерева. Оно коснулось коры – ничего. Ни дыма, ни жара. Только слабое, едва заметное мерцание, которое я видел духовным зрением. Белый огонь скользнул по коре, не оставляя следа: он воздействовал на Дух, не на плоть.

Алый, не желая вредить растениям, я направил на ворох сухих листьев, лежащий на земле. Огонь лизнул его – и листья вспыхнули, свернулись, превратились в пепел за секунду. Жар дохнул в лицо, пахло горелой листвой.

Я отдернул руку, чувствуя, как сердце забилось чаще. Вирр поднял голову, принюхался к запаху гари, но не зарычал. Смотрел спокойно, будто так и надо.

Я смотрел на пламя, пляшущее на ладони, и понимал. Это – мой шанс продолжить жить в мире Магов, не будучи узнанным.

Маскировка, созданная искрой, давала иллюзию Вен и Сердца. Но когда-нибудь этого станет недостаточно. До стадии Тела Духа маскировка будет держаться, а дальше – нет. И пусть до Тела Духа мне было еще далеко, если продолжу расти, рано или поздно я достигну пика этого уровня и шагну на следующий, эквивалентный Духовным Кругам. И тогда мое отличие от Магов станет для них очевидным.

Но если смогу использовать огонь, как обычные Маги, то, возможно, ко мне не станут так внимательно присматриваться. А возможно, получится даже как-нибудь создать имитацию тех самых Кругов.

Впрочем, у меня был способ использовать пламя уже сейчас. Алое пламя, живое и горячее, доказывало, что я могу управлять стихией. То, что недоступно Практикам.

Если Дмитрий подозревает меня в том, что иду запретным путем, я могу предъявить этот огонь. Сказать, что все его подозрения – ошибка. Что я обычный маг, просто скрывающий прошлое.

Мысль принесла облегчение. Такое сильное, что ноги подкосились. Я опустился на землю, прислонился спиной к шершавому стволу. Кора вдавилась в лопатки, дав почувствовать каждую трещину, каждую неровность, но от этого будто бы даже стало легче. Я словно заземлился. Сердце перестало колотиться, дыхание выровнялось.

Вирр подошел, лег рядом, положил голову мне на колено. Он вздохнул, и я чувствовал, как поднимается и опускается его грудь. Бездумно гладил его загривок, пальцами ощупывая жесткую шерсть, и смотрел вверх, на звезды.