Чтение онлайн

Они поднялись на верхний уровень северной башни, туда, где находился открытый балкон академии. Здесь всегда было холоднее. Ветер бил сильнее, а ночное небо казалось ближе. Кай вышел первым и остановился у самого края. Тёмный плащ резко рвануло ветром, волосы упали на лоб, а вокруг медленно начала подниматься магия.

Тьма отзывалась на его состояние почти инстинктивно. Она двигалась вдоль каменного пола тонкими чёрными линиями, дрожала в воздухе, цеплялась за стены башни и растворялась в ночи. Ренар остановился чуть позади.

Внизу спала академия. Высокие башни уходили в темноту, в некоторых окнах ещё горел свет, ветер качал старые деревья во внутреннем дворе, а где-то далеко над горами сверкнула молния.

Кай смотрел вперёд неподвижно. Внутри больше не было хаоса. Только одно чёткое понимание. Айя ждёт его. Даже если сама ещё боится признать это. Даже если продолжает сопротивляться собственным чувствам. Даже если снова попытается оттолкнуть его при встрече. Он всё равно придёт. Потому что теперь уже слишком поздно отступать.

Ренар тихо произнёс:

— Совет не позволит тебе просто уйти на север.

Кай усмехнулся холодно, почти спокойно.

— Тогда это уже их проблема.

Ветер ударил сильнее. Тьма вокруг него дрогнула, отзываясь на эмоции хозяина. Ренар медленно выдохнул. Сейчас Кай Блэквуд выглядел особенно опасным. Не злым, не сорвавшимся. Хуже. Абсолютно уверенным в том, что собирается сделать. А таких людей остановить почти невозможно.

Кай поднял взгляд в ночное небо и очень тихо произнёс:

— Я иду за ней.

В этих словах больше не было ярости. Только спокойная, жёсткая уверенность человека, который уже принял решение и теперь пойдёт до конца. Ветер сорвался сильнее, ударив в стены башни, тьма вокруг Кая вспыхнула плотнее, а где-то далеко, за сотни километров отсюда, северная магия замка Дарвена тревожно дрогнула, будто уже почувствовала приближение того, кто собирался её разрушить.

Глава 24

Утро началось как казнь. Айя поняла это ещё до того, как открыла глаза: проснулась резко, от чужого присутствия в комнате, несколько секунд лежала неподвижно, глядя в тяжёлый полог над собой, и пыталась вспомнить, где находится. А потом всё вернулось сразу: замок, свадьба, Дарвен. В груди неприятно сдавило, будто само это место успело за ночь прорасти внутрь и теперь сжимало рёбра чужой волей.

Она медленно села и только тогда заметила слуг. Их было четверо. Женщины в тёмных платьях стояли у стены с опущенными глазами, словно ждали приказа, а на столе уже лежали украшения, коробки с родовыми печатями, чёрная ткань и что-то золотое, тускло переливающееся в сером утреннем свете. Всё выглядело слишком подготовленным, слишком окончательным, будто за неё уже решили не только сегодняшний день, но и всю оставшуюся жизнь.

— Что это?

Никто не ответил сразу. Одна из женщин осторожно подняла взгляд, тут же снова опустила его и произнесла почти шёпотом:

— Подготовка к церемонии, госпожа.

Обращение прозвучало настолько неправильно, что Айю едва не передёрнуло. Не госпожа. Пленница. Вот кем она была на самом деле, как бы красиво ни называли это в замке Дарвена. Она резко поднялась с кровати, и магия внутри тут же откликнулась живым, злым движением.

— Убирайтесь.

Слуги переглянулись, нервно, испуганно, но никто не двинулся с места. Именно это заставило внутри всё резко похолодеть. Раньше они хотя бы боялись её вспышек, её непредсказуемости, её способности превратить любой порядок в хаос. Теперь же боялись ослушаться чужого приказа сильнее, чем её. Значит, всё уже началось.

Дверь открылась. Айя даже не обернулась сразу, потому что уже знала, кто вошёл. Мать Дарвена двигалась тихо, почти бесшумно, но вместе с ней в комнату всегда входил холод — не магический, человеческий, от которого хотелось немедленно увеличить расстояние. Она остановилась у порога, посмотрела на слуг и спокойно произнесла:

— Начинайте.

Это был не совет и не просьба. Приказ. Слуги двинулись мгновенно, а Айя резко отступила назад.

— Не трогайте меня.

Одна из женщин попыталась осторожно взять её за руку. Айя дёрнулась так резко, что та испуганно отшатнулась, и в тот же миг магия вспыхнула почти инстинктивно. Свечи вдоль стены погасли разом, ткань на столе дрогнула от невидимого толчка, в комнате стало темнее и теснее. Но мать Дарвена даже не изменилась в лице. Она смотрела на Айю спокойно, почти равнодушно, как смотрят не на человека, а на неудобную вещь, которую всё равно приведут в нужный вид.

— Сегодня это уже не поможет.

Айя резко подняла взгляд и только теперь увидела платье. Оно висело у окна, чёрное с золотом, тяжёлое настолько, будто было создано не для живой женщины, а для жертвы, которую нужно красиво провести к алтарю. Дорогая ткань спадала густыми складками, корсет был расшит древними узорами рода Дарвена, а золотые нити уходили вниз по юбке и переливались странным тёмным светом.

Магия. Айя почувствовала её сразу. Сильную, давящую, неправильную. Узоры не были украшением, они были печатями. Древними. Подавляющими. Она медленно подошла ближе и протянула руку к ткани. В тот же миг сила внутри болезненно дёрнулась, словно невидимая петля сдавила её изнутри.

Айя резко отдёрнула ладонь. По спине прошёл холод.

— Платье создано для церемонии рода, — сказала мать Дарвена.

Айя подняла на неё взгляд.

— Вы решили меня похоронить красиво?

Уголок губ женщины едва заметно дрогнул, но это даже не было улыбкой.

— После обряда тебе больше не придётся сопротивляться.

Тишина ударила резко. Айя смотрела на неё, и в груди постепенно поднималось уже не раздражение, а тяжёлое, холодное понимание.

— Что это значит?

Мать Дарвена некоторое время молчала, позволяя страху дозреть, и только потом спокойно провела пальцами по золотым нитям.

— Родовая печать завершит связь. Сначала будет больно. Потом станет легче. Ты перестанешь бороться, перестанешь чувствовать постоянный страх, перестанешь хотеть уйти.

Айя не сразу ответила. Слова легли внутрь слишком точно, слишком страшно. Печать не просто связывала. Она меняла человека. Ломала волю так, чтобы жертва однажды сама перестала сопротивляться и назвала клетку домом.

— Нет.

Голос прозвучал слишком тихо. Мать Дарвена смотрела на неё без капли сочувствия.

— Ты привыкнешь.

— Нет.

Теперь в голосе появилась паника. Настоящая. Айя впервые за всё это время испугалась не замка, не свадьбы, не Дарвена, а того, что однажды действительно перестанет быть собой. Боль можно выдержать. Страх можно пережить. Но потерять себя — нет.

Она резко повернулась к двери. Магия вспыхнула отчаянно, ярко, почти срываясь в удар, но золотые нити на платье тут же дрогнули, и сила внутри Айи болезненно погасла, будто её просто задушили. Она согнулась, хватая воздух, и на секунду в груди стало пусто — страшно пусто.