Под защитой ректора
Шрифт:
— Что у тебя с лицом?
— Что?
— Ты опять думаешь о нём.
Айя напряглась. Дарвен слишком внимательно за ней наблюдал. Слишком многое замечал. И это бесило.
— Не начинай.
— Значит, я снова прав.
Его голос стал тише. Опаснее.
— Тебе обязательно всё время лезть туда, куда не просят?
— А тебе обязательно всё время врать?
Айя усмехнулась холодно.
— Смотри-ка. Начинаешь меня понимать.
Он поднялся слишком быстро. Между ними почти не осталось расстояния. Айя вскинула подбородок, не отступая.
— Ты думаешь, это всё игра? — тихо спросил он.
— А разве нет?
Напряжение сгущалось между ними. Айя не собиралась отступать. Иначе этот дом начнёт ломать её быстрее, чем она их. Дарвен перевёл взгляд на документы на столе, потом снова на неё. И в этот момент внутри Айи вспыхнула знакомая вредная мысль. Она даже не успела остановить себя. Пальцы чуть дрогнули, магия скользнула по воздуху почти незаметно, и бокал с вином опрокинулся прямо на бумаги.
Тёмно-красная жидкость растеклась по документам. Чернила поплыли. Печати начали расплываться прямо на глазах. Тишина стала мёртвой.
Айя посмотрела на стол. Потом на Дарвена. И совершенно спокойно произнесла:
— Ой.
Несколько секунд никто не двигался. Дарвен смотрел на испорченные документы неподвижно. Слишком неподвижно. Потом медленно поднял голову, и Айя впервые увидела то, что он раньше скрывал слишком хорошо: настоящую ярость. Без насмешек. Без холодного спокойствия. Без игры. Его взгляд стал почти пугающим, тёмным настолько, что по спине прошёл холод.
— Ты переходишь границы.
Голос прозвучал тихо, но теперь в нём дрожал плохо сдерживаемый гнев.
Айя усмехнулась.
— А у тебя они есть?
В следующую секунду Дарвен оказался рядом. Слишком быстро. Его пальцы жёстко сжались на её запястье. Больно. По-настоящему. Айя резко вдохнула, но взгляд не отвела. Дарвен смотрел сверху вниз тяжело, опасно, и впервые за всё время рядом с ним она почувствовала: ещё немного — и он действительно сорвётся.
— Хватит.
— Или что?
Он молчал несколько секунд, глядя так долго, что воздух стал почти невыносимым. А потом тихо произнёс:
— Значит, свадьба будет раньше.
Мир будто замер. Айя почувствовала, как внутри всё резко похолодело. Это уже не игра. Она замерла всего на секунду, но Дарвен заметил. Конечно заметил. В его взгляде мелькнуло тёмное удовлетворение.
— Через неделю.
Холод прошёл по спине медленно и тяжело. Впервые за всё время в этом замке Айе стало по-настоящему страшно.
Ренар нашёл Кая глубокой ночью. Академия спала, длинные коридоры опустели, магические лампы горели вполсилы, а за высокими окнами двигалась тёмная буря, затягивая небо тяжёлыми облаками. Ветер бился о стены старой башни, глухо выл где-то под крышей, и вся академия будто замерла в тревожном ожидании.
Но тренировочный зал в северном крыле не спал. Ренар почувствовал это ещё на подходе: воздух дрожал от магии — тяжёлой, тёмной, опасной. По каменному полу проходили тонкие трещины, свет факелов вспыхивал неровно, а из-за закрытых дверей доносились глухие удары, от которых вибрировали стены.
— Только бы он не снёс половину здания, — пробормотал Ренар и толкнул двери.
Зал выглядел разрушенным. Несколько тренировочных мишеней были разорваны на части, чёрные следы магии тянулись по стенам, каменные колонны местами покрылись трещинами, воздух был настолько плотным от силы Кая, что становилось трудно дышать.
Сам Кай стоял посреди зала: высокий, напряжённый, с мокрыми от пота волосами и тьмой, медленно скользящей по рукам. Он тяжело дышал. Перед ним в воздухе ещё дрожали остатки разрушенного заклинания. Выглядел он так, будто ещё немного — и действительно уничтожит половину академии.
Кай поднял голову. Тёмный взгляд сразу остановился на Ренаре.
— Если пришёл читать нотации, уходи.
— Вообще-то я пришёл спасать академию от тебя.
Кай коротко усмехнулся. Без веселья. Ренар подошёл ближе, обходя разбитые мишени.
— Ты выглядишь отвратительно.
— Спасибо.
— Всегда пожалуйста.
Тишина между ними продержалась несколько секунд. Потом Ренар стал серьёзным.
— Я нашёл кое-что.
Кай замер совсем немного, но этого хватило, чтобы воздух в зале изменился. Тьма вокруг него собралась плотнее, взгляд стал острым мгновенно — живым впервые за последние дни.
— Говори.
Ренар бросил на стол у стены старый свиток. Печать на нём была почти стёрта временем.
— Северные земли. Старые родовые архивы Дарвена.
Кай подошёл резко. Слишком резко. Ренар заметил, как дрогнули его пальцы, когда он схватил свиток. Надежда вспыхнула в нём мгновенно. Опасно мгновенно.
— Где ты это нашёл?
— Пришлось поднять половину запрещённых архивов Совета.
Кай развернул свиток. По старой бумаге тянулись древние символы, линии защитных печатей и карта северных территорий. Ренар видел, как меняется его лицо, как усталость уступает место цели.
— Есть способ пройти через защиту? — спросил Кай.
Ренар помолчал. Именно эта часть ему не нравилась больше всего.
— Возможно. Но тебе это не понравится.
Кай усмехнулся холодно.
— После этой недели меня уже мало что способно удивить.
— Замок скрыт не только магией, — тихо сказал Ренар. Он подошёл ближе к карте и указал на древние символы вдоль границы. — Род Дарвена использует кровные печати. Старую магию. Она не пропускает чужих.
— Тогда как войти?
Ренар поднял взгляд.
— Через того, кого защита уже признала.
Тишина ударила резко. Кай понял почти сразу. Его лицо мгновенно потемнело.
— Айя.
— Пока она внутри замка, часть защиты связана с ней.
Кай отвёл взгляд к карте. Мысли начали складываться слишком быстро. Опасно быстро.
— Значит, есть связь.
— Есть.
— И я смогу её использовать.
Ренар смотрел внимательно.
— Только если готов рискнуть.
Кай резко поднял голову.
— Я уже рискую. Каждый час, пока она там.
Ветер ударил в окна так сильно, что стёкла дрогнули. Кай смотрел на карту неподвижно. Перед глазами снова вспыхнула Айя: взгляд, упрямство, то, как она ушла, пытаясь защитить всех вокруг. Внутри снова поднялась злость — на неё, на Дарвена, на самого себя, потому что он позволил ей уйти.