Чтение онлайн

Альбуса тянуло заглянуть в «Сладкое королевство» днем и оценить его во всем великолепии, но он не хотел мучить себя попусту: все равно денег не было. Однако на Новый год он нашел в кармане мантии галлеон — надо же, завалялся, он-то думал, Хагриду все отдал — и, поколебавшись, решил все же навестить Хогсмид.

В Хогсмид мальчик отправился обычным путем, только, как и перед встречей с Асклепиусом Гонтом, накинул на голову капюшон. Встречные смотрели на него равнодушно: мало ли, школьник шатается… «Сладкое королевство» он нашел довольно быстро и прежде, чем войти, остановился полюбоваться витриной, сквозь снегопад сияющей красновато-лиловым светом. Вошел, стряхнул с ботинок снег… И остановился, услышав знакомый визгливый голосок.

Нэнси Стюарт у стойки убеждала продавщицу, что ей уже есть тринадцать лет и в Хогсмиде она может бывать совершенно законно. Собственно, это не удивило и не задело мальчика, но в руках у Нэнси был кошелек — очень приметный, из красного сукна, с вышитой райской птицей. Таким описывал всем потерянный кошелек Адельстан Хагрид, когда пытался разыскать пропажу. Судя по тому, как звякали монетки, Нэнси если и успела что-то потратить, то немного. «Перчатки! — вдруг отметил про себя Альбус. — Раньше я у нее вообще их не видел. А эти явно новые». Он шагнул вперед и кашлянул.

— Ей в самом деле тринадцать, — сказал он продавщице. — Мы одноклассники. Да, и пожалуйста, нам два кофе и два пончика… Нет, Нэн: я заплачу за обоих. Поди за столик.

Подозрительно прищурившись, Нэнси все-таки отошла. Альбус удивился про себя, какое у нее бледное лицо: не раскраснелось даже на холоде.

— Угощайся, Нэн, — он поставил поднос с кофе и пончиками. Она взяла порцию так осторожно, будто перед ней была не чашка и блюдце, а связка динамита.

— Я смотрю, ты перчатки купила.

— Да, заработала летом, — Нэнси стала пить кофе немного нервно и шумно. — Опять газеты продавала.

— Это такое прибыльное дело, что можно заработать на нем кошелек галлеонов?

Она поперхнулась, но взяла себя в руки и продолжила пить, согревая о чашку ладони.

— И кошелек такой красивый… Вот точно как Адельстан Хагрид описывал свой пропавший.

— Совпадение, — Нэнси словно полусонно прикрыла ресницы.

— Не думаю. Птица вышита вручную, это точно. Шелковыми нитками. Откуда у твоей матери деньги на шелковые нитки, если начистоту?

— Хочешь, чтобы был повод вернуть свои деньги? — Нэнси нехорошо улыбнулась и блеснула глазами. — Уже жалеешь о том, что облагодетельствовал Хагрида?

— А ты не жалеешь о том, что пошарила у него в тумбочке, когда в спальнях никого не было?

Она фыркнула.

— Я этого не делала, и жалеть мне не о чем. Можешь донести, конечно… Насладишься победой. Или задумаешь сыграть в милосердного? Полагаешь, что я попробую купить твое милосердие, отдав эти деньги тебе?

— Это вариант, — Альбус подпер подбородок кулаками. — Ты отдаешь мне деньги, и я молчу. Если не отдаешь…. Вариант первый: отбираю силой. Вариант второй: ты, я и Сполдинг, а позже Спэрроу. Что выбираешь?

Некрасивое личико Нэнси перекосилось от омерзения. Вытащив кошелек, она швырнула его в лицо Альбусу, попытавшись попасть по очкам.

— На, жри!

Он, пожав плечами, убрал кошелек и стал заворачивать пончик в газету, намереваясь съесть его в гостиной Хогвартса. Девочка нервно встала, оглянулась на продавщицу и бросила на стол перчатки.

— Можешь и их забрать, если что.

— Зачем? — удивился Альбус. — Ты же без них замерзнешь.

— Ваше великодушие не знает границ, — девочка сделала вполне безобразный реверанс.— Ничего, я привычная! Ходила с детства всю зиму с голыми руками — и еще похожу. Можешь подарить своей Викки трофей. Хотя они дешевенькие… Ну, пойду, пожалуй. Лопай тут пончики без меня.

Она вышла, громко хлопнув дверью. Альбус допил кофе, завернул второй пончик в газету, убрал кошелек и перчатки в карман и тоже покинул кондитерскую.

Когда он добрался до Хогвартса, в спальнях Гриффиндора никого не оказалось. Никто не помешал ему подбросить кошелек обратно в тумбочку Хагрида, а что касается Нэнси, то ее перчатки и пончик он передал Лайзе с просьбой отнести в спальню девочек второго курса.

========== Глава 23. Мистер и мисс Уркварт ==========

Вечером, когда должны были вернуться друзья, Альбус вышел встречать их у ворот. Хотя уже стемнело, но он стоял с фонарем и всю группу, спрыгнувшую с одной повозки, разглядел довольно быстро. Девочки, Гораций, Элфиас… «Лэм что, не ехал вместе со всеми?» Прежде, чем Альбус успел нахмуриться неправдоподобности предположения, ребята уже окружили его.

— Лэмми пропал, — выпалила Айла. — Мы не могли найти его в поезде, и сейчас… Я не видела его ни в одной повозке.

— Так, — борясь с тревогой, Альбус поправил шапку. — А он на поезд вообще садился?

— Да! — воскликнула Клеменси. — Я видела его на платформе, с братом, поздоровалась и крикнула, чтобы он шел к нам в купе. Мне показалось, — она задумалась, — что он странный. Только вот не поняла, в чем дело: толпа напирала, пришлось идти вперед…

— Странный! — хмыкнул Гораций. — Смею заметить, это его обычное состояние.

Клеменси вскинула брови.

— Обычно у него лицо все-таки не дергается, если ты об этом.

— В общем, мы боимся, что у него начался припадок, — подытожила Виктория. — И либо брат забрал его домой, либо он свалился в «Хогвартс-Экспрессе» — мы же обошли не весь состав — и там лежит.

Айла вздрогнула.

— Если его начнет тошнить, он же… может захлебнуться. Или просто замерзнет. Думаю, мы зря ушли: надо было попросить взрослых его поискать.

— Я сам его поищу, — проронил Альбус. — А то еще устроят ему неприятности, что отбился от остальных. Вы все идите в школу.

— Сам пойдешь в Хогсмид? — скривился Элфиас. — Это же запрещено!

Но Альбус уже шагал по тропинке, и Элфиас живо догнал его.

— Думаю, нам лучше его позвать. В два голоса звать легче. Если, конечно, он идет по дороге, а не лежит действительно где-то в купе или не остался в Лондоне.

— Лэмми! Лэм! Лэмми!

Когда они стали уже хрипнуть, им вдруг ответил слабый голос. Навстречу двигалась по дороге худенькая согбенная фигурка. Оба бросились бегом. Альбус поспел первым и схватил Лэмми за плечи.

— Что случилось? Почему ты прятался ото всех?

— Я б-бы п-приш-шел, — ответил Лэмюэль, почему-то отворачиваясь. — П-просто н-не н-надо, ч-чтоб-бы в-все в-вид-дели… Я п-пл-лох-хой с-сейчас.

— Почему ты заикаешься? — Альбус почувствовал, что внутри все схватило морозом. — Что-то на каникулах случилось? Тебя били по голове? Кто?

Лэм тяжело дышал и чуть покачивался на месте, правая сторона его лица дергалась, и вместе с ней взлетало вверх правое плечо.

— Ф-фил. Н-нак-казал м-меня. Он п-предуп-преждал, н-но я д-думал, шутит…