Чтение онлайн

Они взбирались на деревья в парке, на гигантские ясени и дубы, и даже если сердце Люси колотилось от страха, а ладони потели, она шла вверх. "Держись", - напоминала ей Трикси, и Лулу держалась. Когда она не могла идти дальше, она смотрела на красивое спокойное озеро, в честь которого назвали и город – Хальчион. Она никогда не видала ничего прекраснее. Отсюда, с верхушки дерева, озеро, казалось, можно было увидеть всё.

А потом однажды брат Трикси Бен сказал им, что знает место ещё более захватывающее. Вся местность как на ладони.

Лулу не знала, сможет ли взобраться на башню и победить свой страх.

Но однажды, когда Трикси слишком сильно хотела приключений, две лучшие подруги оставили своё озеро и принялись искать новое и неопознанное, то, с чем прежде никогда не сталкивались.

Лулу боялась и на дерево взбираться, а тут её просто парализовало от страха – и безоблачное летнее небо растянулось над ними. И когда Лулу запрокинула голову назад и увидела деревянную громадину, колени её задрожали.

– Насколько она высока? – спросила Лулу.

Трикси точно не знала, но Бен говорил, что внутри сто тридцать кривых ступенек.

– Лулу, - сказала Трикси. – Я знаю, что в тебе есть мужество, чтобы подняться на вершину башни.

Лулу закрыла глаза, потянулась к тому самому месту в своей душе, где таилось мужество, в котором она так сильно нуждалась, но не хотела использовать всё сразу. И поднималась.

Они взбирались с таким ужасом… Она чувствовала, как кружилась голова, как небо, и башня, и всё на свете крутилось перед глазами, но она закрывала глаза, клала руки на перила, и мир замирал.

– Мы почти там, - нежно сказала Трикси. – Тебе понравится.

Они поднимались, отдыхали и поднимались – часами.

Наконец-то Трикси и Лулу добрались до вершины башни. Лулу вернулась к своему страху, и желудок сжался.

Но вид, как и обещал Бен, был поразительным.

Мир казался бесконечным. Они смотрели на вершины сосен, дубов, клёнов, берёз, осин, ив, на озёра, реки и пруды, как всё это сверкало на свету. И дыхание куда-то пропало.

Лулу повернулась к своей лучшей подруге.

– Это самая удивительная вещь из всего, что я когда-либо видела.

Тогда Лулу посмотрела на покрытый тимьяном пол платформы. Перед глазами множились фиолетовые цветы и обвивали ноги – и они всю дорогу вели к лестнице.

– Трикси, смерти! – вскричала Лулу. – Откуда это?

Трикси улыбнулась.

Это всё твои шаги! – она протянула руку и сжала ладонь Лулу.

Друзья долго ещё смотрели на мир, пока солнце не опустилось за деревья на западе. Они спускались вниз, по тимьяну, и теперь Лулу было не так страшно.

А когда они добрались до безопасного места, стали на твёрдую землю, Трикси посмотрела на свою лучшую подругу, улыбнулась и сказала:

– Видишь, как волнение всегда награждается.

Лулу запомнила эти слова на всю свою оставшуюся жизнь.

Июнь

Тишина – вот реальный разговор между друзьями. Не говоря уж о том, что в ней ничего не нужно говорить

—Margaret Lee Runbeck

11 · Люси

Это первая неделя летних каникул.

Мы с Эмили играли на маленьком манеже на курорте. Теперь у меня было чёткое представление о том, где Бен – он помогал гостям с багажом, с ловецкими орудиями, водил экскурсии по курорту. Он стоял, сунув руки в карманы, хмурился, пока гигантский внедорожник спускался вниз по дороге.

– Хочешь в библиотеку? – спросила я Эмили, так высоко толкая её на качелях, что она даже завизжала. Бен посмотрел на нас, и я быстро опустила голову.

– Нет! Ты обещала научить меня делать кульбит!

В столь прекрасный летний день я не могла винить её в нежелании быть в здании, поэтому мы придвинулись по траве ближе к озеру.

– Давай! – воскликнула Эмили.

Вот уж месяц, как я ступила в спортзал, но я подняла руки и легко сделала кульбит. Площадка была неровной, и я немного пошатнулась, а когда обернулась, увидела, что на меня смотрел Бен – и отвернулась.

– Вот! – обратилась я к Эмили, и мой голос задрожал. – Надо начать с малого. Маленькие прыжки, - я показала, как поставить на землю руки, как прыгать. Понадобится время, прежде чем она на самом деле сумеет перевернуться.

Через несколько прыжков она бухнулась на землю.

– Уф! Это трудно.

– Тренируйся – и всё получится, - это было так знаком и свободно! Я скучала по гимнастике, движению… Готова ещё много месяцев стоять.

Я присела рядом с Эмили. Трава была тёплой от солнца.

– Почему тебе не нравится Бен? – спросила она.

Вопрос, появившийся из ниоткуда, кулаком ударил меня в живот.

– С чего ты взяла? – слова почти душили меня.

– Вы не разговариваете, ты не смеёшься и не рассказываешь ему историй, которые уже и мне, и маме успела рассказать. А почему ты с ним не дружишь? С Трикси же дружила!

Я кивнула и сморгнула слёзы – они появились из ниоткуда, как и вопрос Эмили.

– Ну, мы с Беном дружили. Когда-то дружили…

– Но сейчас Трикси на небесах.

Я вновь кивнула. Господи, как же я не готова к этому разговору!

– Ты не разговариваешь с Беном, потому что Трикси больше нет? Не понимаю…

О, разумеется. Я тоже, к слову.

– Ну, Эмили, дружить мы точно не можем, - комок боли в груди вновь забился. – Это… Сложно.

– А что тут сложного?

Я замерла и потянулась к травинке.

– Это сложнее головоломки. Или подобно ей. Знаешь, как будто какая-то частичка мозаики не подходит.

– О, - кажется, этого объяснения ей тоже не хватило, но пусть. – Но знаешь, что я делаю, когда не подходит?