Чтение онлайн

Гусельница умолкла. И снова воззрилась на меня этим опасно-милым взглядом фейри.

– Это так приятно, оказывается...
– пробормотала она.
– Когда о тебе заботятся...

Я не знал, что ответить, но и почему-то посмотреть в другую сторону не мог. Только на нее все.

Джон согнулся от кашля. И из окаянного фейри превратился наконец в нормального больного человека. Колдовство исчезло. Я заморгал.

– Пойду... проверю Терри.

Вот, разве я нанимался с больными сидеть?..

– Постой, - свесила она ноги с кровати, - я с тобой.

Я поскорей отвернулся. Едва полегчало человеку. Шило в одном месте у нее, что ли?

– Одежду свою подожди, - приказал я.
– И - у тебя есть только три дня, чтобы вылечить голос! Лежи, молчи и пей лекарство, понятно?

Выведет меня из себя вконец.

***Терри

– Я должен идти...
– я все хотел встать, а руки Тэма меня не пускали.

– Еще один на моем горбу, - проворчал он.

– Ты не понимаешь!
– пытался я доказать пастуху, но в голове мутилось по-прежнему.
– Отец в плену, дорога каждая минута, может, его пытают сейчас, а я...

– Медовар, - он посмотрел мне в глаза грозно.
– Хочешь помочь отцу - выздоровей. У тебя три дня.

– А где Джон? Где Рони?

Пастух закатил глаза. Таким нервным никогда его не видел, а я уже немного повидал.

– Джон простудился. Рони на празднике.

– Празднике?..

– Праздник Храмзы. Это сегодня.

***

Глава 20

***Тэм

Джон дрых с улыбкой на лице в обнимку со своей лютней. Я вздохнул с облегчением. Наконец тишина.

Вчера в комнате Рони и Терри я подвергся еее безжалостному нападению. Гусельница отставила свою бренькалку и по-господски сложила руки на груди, удостаивая меня вниманием:

– А вот мне интересно, кстати, как ты выпросил у лэрда три дня?

Разумеется, никаким "кстати" тут не пахло.

– Ты ведь у нас вечно весь такой мрачный ходишь, кхе...
– Джон поставил руки в боки и выпятил грудь колесом. Было бы что выпячивать.

Дети развеселились и начали подражать глупому менестрелю.

– Когда ты замолчишь, Джон?
– рассердился я.

– Когда ты начнешь отвечать, Тэм...
– продолжала дразниться эта мелкая.
– Кхе-кхе... Нет, ну, серьезно, ты хоть смеяться умеешь?

Я поразился ее вопросу. Да... какое право у нее спрашивать?

– Не умеет, - ответил пакостно Терри из своей кровати.

– Никогда не слышала, - подтвердила и Хэмишевская племяшка, повторяя первую хозяйскую позу Джона.

Они сговорились надо мной поиздеваться, что ли?

– Да просто повода не было!
– возмутился я.

Но в меня лишь кинули подушкой. Я оказался в замешательстве - что надо делать в таких ситуациях?..

А детки на пару с гусельником хохотали, кашляли и что-то там изображали. Я же стоял подобно межевому камню. Решил сделать хоть пару шагов и отвлечься.

– Если ждать повода, то никогда не посмеешься, - поднял палец Джон.
– Кхе, кхе...

– Да нет, он из-за капитана расстроен просто, - брякнула Рони.

В полушаге от окна я и застыл.

– Капитана?
– живо заинтересовалась гусельница.

– Он был влюблен в капитана Мэри. А ее корабль разбился, - шепотом пояснила мелкая предательница.

Мне стало не хватать воздуха.

Джон прикрыл рот ладонью, с пониманием переводя взгляд на меня. И подавился кашлем при этом.

– Рони, перестань, - глухо потребовал я. Это и все, на то меня хватило. Ох, как я был зол!

– Вся деревня говорила об этом... Не знаю, что тут смешного, по-моему, любить - это прекрасно!
– продолжала щебетать девчонка.
– Он звал ее замуж... Но она всегда уходила в море искать сокровища...

– Мне жаль, - поджал Джон губы и выстрелил в меня взглядом, полным доброты, понимания и прочей чепухи душевной.

– Угу, - кивнул я и стрелой бросился из комнаты.

Хорошо, что теперь она спит и не станет меня изводить.

***Джон

Мне было страшно. Страшно до холодных мурашек. Три дня, неким чудом выпрошенные Тэмом - между прочим, вроде как кровным врагом вот этих самых товарищей - закончились. Вот я и иду к вождю горного клана. Петь.

Я повертелась перед зеркалом еще разок. Тролль сдержал свое слово - теперь у меня есть и штопанные-перештопанные шерстяные гетры, и сапоги заново подбитые, и затертый кафтанчик на рубашку накинут, зато... тоже шерстяной. Куртка суконная, и штаны. В общем... не знаю, где наш горный тролль отоваривался и на какие шиши, но... тепло и телу, и душе. И кто бы подумал, что этот сухарь будет заботливый.

А еще - что у него история несчастной любви есть. К тому же, с трагическим концом... По-моему, так романтика вообще до добра не доводит. Ладно. Жаль тролля даже немного.

На кровати еще обретался зеленый берет. Приложила его к лицу. Идет - вон, как глаза засверкали...

Но еще больше жаль состриженных волос... И не купленного ни разу платья... Хотя тролль прав, как ни крути.

Эх. Джен Вудли. Поболела и хватит. Теперь ты снова мужчина. Тебе предстоит вести отряд в сердце Камбрии, выступить против британской армии, выдернуть из плена отца несчастного Терри... Бр-р.

Я нацепила берет. Начнем с лэрда МакДауэллов.

Комнатка моя каменной лесенкой выходила сразу на задний двор. Грязное месиво под ногами, как в городе. Свиньи бегают прямо там же, где и валяются. Мерзость какая. Я поправила мандолину за спиной, пытаясь набраться смелости.

– Менестрель!
– крикнули мне снизу. Я присмотрелась.

Ага, это тот юнец, что меня задирал.

– Вот так дела, выздоровел, наконец?
– продолжал потешаться тот.

– Бресс, привет!
– выбежала вслед за мной Рони, весьма довольная жизнью, и замахала паршивцу рукой.