Чтение онлайн

– Джон...
– тихо позвал я.

Гусльник повернул ко мне лицо. Оно было серое, искажено страхом и болью, а по щекам у него бежали слезы. Я растерялся.

– Что... случилось?
– спросил я одними губами.

Джон продолжал трястись.

***Тэм

До чего же я тугодум!

Я стоял посреди пустой комнаты. Джоном тут и не пахло.

Рана на виске подсохла и перестала сочиться. На ладони - просто царапина. Щека горела, правда, по-прежнему.

Плевать мне на гусельника Джона. Какой у меня был выбор: мы пришли как друзья скандалиста-менестреля. Который изволил упасть во дворе замка без сознания. Кому такой нужен? Выперли бы без сожаления, учитывая, что половина из нас - МакАлистеры.

Вот и пришлось сделать Дугу МакДауэллу предложение, от которого он не мог отказаться. Незаконнорожденная дочь принца - конюх МакДауэллов на торгах выпил с Патриком МакАлистером и проболтался, тот по секрету рассказал своей невесте Айлин, старшей племяннице Хэмиша, та поделилась с дядей, и после первого выпаса об этом не узнал в деревне только ленивый - была бельмом на глазу МакДауэллов. Избавиться от нее никто не осмеливался, а отправить к отцу - тоже смельчаков не нашлось.

Если бы я пообещал ее забрать, нам бы позволили беспрепятственно уйти. И Джону с Терри обеспечили условия для выздоровления.

Именно за то, что мы заберем мадемуазель Франсуазу. Да, старое дело мятежников... Но сейчас вряд ли кто ее ищет. Девушка выросла в Нагорье и о своем происхождении ничего не знает. Мы и так скрываемся от английских солдат. Доберемся до города лордов табака и посадим ее на корабль, идущий во Францию.

Я все продумал.

А Джон со своими реакциями... делает трагедию из каждой мелочи. Или...

Болван! Наверное, он испугался, когда я его сгреб... вспомнил того МакДауэлла, что валяется в коридоре за садовой дверью.

Дважды чурбан! Да теперь она и не заявится в нашу общую комнату. Но девчонке сейчас нельзя бродить по замку. Что, если снова нарвется на пьянь?

С чего это я за нее волнуюсь, а?

Перепрыгивая ступеньки, я выскочил во двор. А ведь волнуюсь. Куда она могла пойти..?

– Дядя Тэм!
– раздался крик с башни на стене.

Я задрал голову. Маленькая фигурка махала руками.

– Идите сюда, Джону плохо!

– Терри, ты что!
– раздался изнутри тихий возглас. И кашель.

Я поспешил наверх по ступеням.

Чтобы увидеть, как Джон улепетывает по Дултарской стене в противоположную сторону.

– Стой!
– крикнул я, простирая руку. Как же заставить ее остановиться?..
– Джон, прости!

Гусельник остановился и обернулся, как загнанный зверек.

***Джон

– Джон, прости!

Я не ослышалась?.. Пастух Тэм, угрюмый тролль с Нагорья - кричит мне на весь Дултар "прости"?..

Я знала, что он не желает мне зла... Было бы смешно даже подумать, что он - как Бресс. Только... мне было страшно. Очень страшно. И я ошиблась, ища в нем друга. Какая девушка в здравом уме может искать друга в человеке моложе семидесяти лет?..

Но это его "прости". Будто он не безнадежен. Я осторожно обернулась.

Тролль осторожно, подняв руки, двигался вдоль стены, не отрывая от меня взгляда. Словно на охоту идет и боится спугнуть косулю. Терри в башенке ошеломленно отодвинулся, пропуская пастуха.

Я отступила на шаг. Да. Как на охоте. Чувство, что на меня охотятся всю жизнь. С незапамятных времен - Одли по темным углам, потом Фергюссон со своей местью, МакДауэллы с игрой в мятеж, Бресс... теперь тролль... Я отступила еще.

– Осторожно!
– тролль вдруг сорвался с места в карьер.

Я посторонилась и... поскользнулась. Совсем не обратила внимания, что камни скользкие... Пустота потянула меня в объятия, и я, взмахивая руками, как крыльями, завалилась спиной внутрь дворика Дултара. Передо мной мелькнули звезды... А потом меня больно дернули за запястье, и я резко впечаталась в пропахший навозом и травами тартан.

– Джон!
– услышала я приглушенно крик Терри.

Было тепло, душно и вонюче. Меня крепко держали сильные руки, а я чувствовала себя мокрой курицей.

Которая и делать ничего не могла, только дрожать. Стоять так было бы почти уютно, но... нет. Я ему сказала, что я буду мужчиной, что я собираюсь защищать себя сама и... так быть и должно. Довериться троллю было ошибкой. Да кому бы то ни было. Потому и показывать свои слабости я не имею права.

Так что с легким сожалением я отстранилась.

– Спасибо, - с сухой улыбкой отряхнула куртку.

– Ты в порядке?
– голос тролля немного дрожал.

Я перевела на него недоуменный взгляд.

– Конечно, - кивнула и пошла за мандолиной, что осталась в башенке. Говорить не о чем. Сейчас самое верное - отправиться спать.

***Рони

Солнце снова светило ярко. Последние деньки перед Самайном. Бресс сказал, что до времени мертвых мы уже будем в равнинном порту. Он совсем не был веселый, жаловался, что у него болит голова, и там правда была большая такая шишка... Очень жаль. Он выглядел расстроенным, особенно когда к нам подошла сияющая Франсуаза - очень симпатичная девушка - и сказала, что счастлива ехать с нами.

Я не знала. Но это здорово. Она мне понравилась.

У Джона при этом тоже была совсем кислая мина. А между прочим... Франсуаза смотрела на него так, как я когда-то на Терри. Она красивая и милая, ему бы тоже хорошо в нее влюбиться.

Каждый должен кого-то любить. Это правильно. И они друг другу подходят. Надо будет Франсуазе помочь.

Только Брессу, кажется, это очень не понравилось. А Джон посмотрел на Бресса тоже зло. Я очень расстроилась.

Дядя Тэм и Терри не говорили ничего. Как обычно, впрочем.

Нет, дядя Тэм выглядел даже недовольнее обычного - он переоделся в штаны. И я знаю, почему. На Равнине носить килт нельзя. Ну... вообще нельзя везде, просто по эту сторону реки никто не узнает.

Эдна и Анн дали нам в дорогу хаггис*, сыра, оставшегося с Храмзы, хлеб и пирожки.

Проводить нас пришел сам лэрд, его сын и дядя Дуг.

– Менестрель, ты заслужил награду, - громко сказал лэрд.

А Джон, кажется, удивился. Он уже собирался дать себе завязать глаза и вывести из Дултара.