Чтение онлайн

Все же, глупо петь женским голосом, выставляя себя мужчиной. Но больше у меня нет ничего, на чем заработать. Правда, и в Дултаре... Я заработала только брошь, которую продавать не стану. А еду мы получили благодаря дурацкой сделке Тэма. Куда теперь девать эту мадемуазелю? Еще и влюбленную по уши в гусельника, которого не существует?.. Я уже молчу о Камбрии и тайне медовара. И о том, что зима на носу. Полагаю, до весны материков никому не видать, как своих ушей.

К ночи или "кошачьему времени", как выражается наш любимый тролль, который - поглядите-ка!
– рассмеялся впервые в жизни, когда я попала в неловкое положение... В общем, не суть. С наступлением сумерек мы свернули с дороги, к некоторому моему облегчению, немного поплутав в темнеющем лесу, остановились на ночевку.

Тэм занялся огнем, Франсуаза, поглядывая из-под растрепавшейся косы на меня - ужином. Мои руки были свободны. Я тренькала мелодии, пока дети крутились вокруг Франсуазы в ожидании своего куска.

И вдруг почувствовала себя ненужной. Эх, Джен, ты умеешь создать трагедию из ничего.

Я бренчала и глядела (чтоб Франсуазу не подзуживать), как тролль раздувает мелкое пламя. Робкое еще, если правильно задать направление, оно перепрыгнет на лучину, окрепнет, и вот - уже трещит довольно по сухому дереву. Нам повезло, что день был солнечный. Дрова удалось собрать сухими.

Франсуаза ловко разрезала ножом холодный хаггис и протянула мне кусок. С таким ласковым взглядом, что, будь я мужчиной, растаяла бы. А так - хотелось ей врезать какой-нибудь вразумляющий подзатыльник. Ребенок ведь совсем.

Я криво улыбнулась в ответ. Терри и Рони впервые уселись подальше от меня. Вокруг нашей прекрасной мадемуазель. Моя слава выветрилась вместе с голословным заявлением про ветер в голове.

Шотландское кушанье не ахти как вкусно, зато питательно и... это еда. После долгого дня путешествия - самое то.

Ели молча. Терри молча жевал, уставившись в огонь. Маленькая копия тролля. Адар рыскал где-то в кустах. Только Рони вполголоса болтала с Франсуазой. И наконец громко прошептала:

– Да нет... будь мягкой и нежной... Джон мне говорил не обижаться на Терри, может... и ему понравится, если ты так сделаешь? Обязательно попробуй!

Я вскочила. Франсуаза и Рони прикрыли рты ладошками испуганно. Я смотрела на них... и слов не было. Я развернулась и ушла в ночь.

Шумела и шумела трещущим валежником. Пока не услышала сзади:

– Гусельница...
– и рука на моем плече.

Я и так знала, что троллья. Который смеялся надо мной... Я развернулась воинственно, с трудом различая в темноте клоки его бороды.

– Чего тебе?

– Хватит дуться, это смешно

– Да, я заметила... как ты веселился.

Тролль тихо рассмеялся. Снова! У меня даже кулаки зачесались.

– Ну, успокойся.

И похлопал меня по плечу.

– Они еще дети.

Вот именно... Я опустила голову и взорвалась вопросом.

– Что же мне делать?!

– Почему ты меня спрашиваешь?

– Ну, - откуда я знаю?!.
– Ты же мужчина.

– И что?

Тролль совершенно непонятлив. И еще зануда.

– Из мужской солидарности помочь не можешь, что ли... На тебя девушки никогда не вешались? Что надо делать в такой ситуации?
– ах, я забыла, с кем разговариваю... Я махнула рукой примирительно: - Впрочем... на такого как ты, никогда и не вешались.

Ой.

Даже в темноте я увидела, как взорвались искрами его глаза. В следующий миг меня схватили за плечи, и я увидела эту бороду ближе, чем когда-либо... Не ожидала... съежилась.

– Менестрель...
– зло процедил тролль мне прямо в лицо, - ты...
– Он сам запнулся. А потом сказал тихо: - Не забывайся. Побольше уважения-ка. И марш обратно к костру. Потеряешься еще.

И поставил меня на место. Коленки дрожали. А ушибленная - так вообще молчу...

– Раскомандовался...
– пробубнила я, ковыряя сапогом подмороженную листву. Сама знаю, что палку перегнула... Ну, переволновалась, чего. Понять можно...

– Раскомандовался?!
– обернулся тролль.

Сегодня разбивал стереотип один за другим. Ему не было все равно! Он... был обижен! И чем?.. Тем, что на него девушки не вешались?.. Да, звучит не очень, но это же правда! Он что, ловеласом хотел бы быть? Чтоб своей Мэри понравиться? Капитаны, наверное, таких любят.

– На ком еще висит ответственность за всех вас до самой Камбрии?

– О, - это уже он перегнул. Это моя ноша, и не отдается она всяким там троллям горным за просто так. Моя идея, я его заставила, можно сказать, и теперь "на ком еще висит ответственность"?
– Раньше ты и слышать не хотел про Камбрию, а теперь и ответственность взял?..

– Что ж, - тролль, собравшийся было идти к лагерю обратно, вернулся и навис надо мной. Прищурился или кажется в темноте?..
– В какую сторону Камбрия, скажи мне, гусельник?

Он застал меня врасплох. Откуда мне знать?.. Я вообще по сторонам сегодня не особо смотрела. Ткнула пальцем себе за спину на всякий случай. Он ухмыльнулся. Так и знала, что ошибусь.

– Да какая разница!
– я даже привстала на носочки, чтобы ему доказать...

Только громкий треск в валежнике заставил меня умолкнуть.. Зверь?!. Я подхватила ветку из-под ног и, припав спиной к троллю, выставила свое оружие во тьму.

***Тэм

Гусельница привалилась ко мне, дрожа. Я прищурился, пытаясь разглядеть, с какой стороны приближался ночной гость.

Но короткий приглушенный лай, и я понял:

– Адар!
– присвистнул я псу.
– Не бойся, это Адар, - сообщил я дрожащему Джону.

Она, отскочив, яростно отбросила палку и буркнула:

– Я уже поняла.

Адар держал что-то в зубах и тыкал мне в руки. Какая-то ткань. Похоже на плотную шерсть. Я потянул на себя, и пес разомкнул зубы.

– Хороший пес, - похвалил я его и потрепал между ушей.
– Идем, - позвал я Джона, - посмотрим, что это.

Она поплелась за мной без возражений. Пигалица пигалицей. Почему-то мне хотелось смеяться. А еще - уши ей надрать.

Костер подсветил в моих руках... тартан.

– Папин тартан!
– вскочила с пледа Рони.

***.

Глава 25

***Джон

– Папин тартан!

Рони схватилась за плед. И правда... килт.

– Где вы его нашли, дядя Тэм?
– радости эльфенка не было предела.

Терри и Франсуаза даже привстали от звуков ее голоса и нашего появления.

– Ты же его потеряла, - сказал медоваренок.