Чтение онлайн

— Да! Зажигала тут — мы ахнули! Умница!

— В субботу?.. Она была?

Свет — искрящийся — померк в моих глазах… И на лице, верно, отобразилась такая смятённая буря чувств, и уж таким растерянным несмышлёнышем застигнут был ею я, что стоявший рядом Паша поспешил прийти на помощь:

— Да партнёра-то мы ей тут нашли, не переживайте!

Утешил! Подобрал, называется, нужные сердцу слова!

— Ой, — искренне опешила, оборачиваясь к Артёму, Татьяна, — получается, я — сдала?

— Да бросьте, вы что! — уже брал себя в руки я. — Разберёмся мы как-нибудь.

— Разберутся, — спокойно уверил Татьяну вовремя подключившийся Артём.

Он был профессионал своего дела.

Татьяна, готовившая было шубейку на плечи, опять повесила её на вешалку.

Вот, знать, как грозен был ликом один персонаж! Сидел он теперь, сняв куртку и плетёнки обув, как оплёванный. Сам виноват — нет бы порадоваться за партнёршу-то, восхититься! А теперь — что делать-то? Развернуться, в сердцах хлопнуть дверью и уйти обиженно? Да не по-мужски это будет, никак не по-мужски! По отношению к той же Любе — как она одна останется? Как эту дурацкую твою выходку хотя бы Татьяне — моей — объяснит? Ну, сходила она в субботу одна, «оттянулась» по полной — так это ж потому, что ты под ногами не путался! Что она — права не имеет: вы только партнёры! Протанцевали занятие и — adios amigo*: всё по латине!

Вот только звонил же я ей в субботу… За полчаса, получается, до занятия.

Звезда появилась, как ни странно, ещё до начала. Вообще-то правильно — были осенние каникулы. Стремительно, как всегда, впорхнув в зал, она со счастливой улыбкой кивнула через стойку Артёму с Татьяной, всем- всем, и приблизившись, радостно мне. И тут её взор, наткнувшись на хмуро-булыжную мою физиономию, в тот же миг погас, улыбка испарилась, и даже плечи, — как расправленные к полёту крылья, опустились — сломались. Даже сгорбившись чуть, она поспешила пройти мимо.

Ну, вот зачем? Зачем, спрашивается, человеку счастье омрачать?

Любимому человеку.

Но ничего с собой поделать я не мог — сволочь!

* * *

— Не кисни! — слегка тряхнула мою руку Люба.

Я не пытался в этот вечер стараться, как впрочем — отдайте должное! — не подумал даже специально на ноги партнёрше наступить. Невзначай выходило.

Татьяна, с особым нынче вниманием снующая от пары к паре, радушно улыбалась нам всё занятие: переживала, держала ситуацию под контролем, посильно её исправляла — как уж получится.

И всё-то из-за одного какого-то!..

К счастью, всё прошло благополучно. И только на выходе, пропуская партнёршу вперёд, зануда затянул:

— Ты, говорят, в субботу так здорово танцевала!

……………………………………………………………………………………………………………………………………………….

*До свидания, друг (исп.)

— Уже застучали! — обернувшись, задохнулась праведным гневом Люба.

— Люба, да дело-то не в этом…

— Этот, конечно, в очках! — кивая себе головой, не слышала она меня. — Ах, нет, он бы не успел — у них же занятие с семи.

Вот доставалось-то дядьке ни за что, ни про что ото всех!..

— Люба! Не про то я сейчас. Ты — совершенно свободный человек и можешь ходить сюда, когда хочешь.

— Конечно, — немного успокаиваясь, с определённым вызовом сказала она, — я вольна в своих решениях и могу поступать, как хочу!

— Вот-вот, — с облегчением выдохнул я, — поэтому единственное, о чём я хочу тебя попросить! Если я тебе мешаю, если путаюсь здесь под ногами, так…

— Совсем не то! — не стала дослушивать она. — Да, я не сказала тебе, что пойду — я сама до последнего момента не знала, пойду ли. Зачем было тебя дёргать? Я же знаю — ты бы всё бросил и примчался. Целый день из-за пары часов разорвал, потерял. — Она досадливо качнула головой.

— Давай пройдём одну остановку?

— Давай, — не могла сейчас отказать она.

— А тот партнёр — в субботу, — он хорошо танцует?

Она поразмыслила мгновенье.

— Он хорошо слышит музыку. Он в себе уверен. Нет, конечно, он тоже ошибался, но он не боялся ошибиться. Потом, он высокий, сильный такой! Когда мы танцевали венский вальс — мы же там всё прошли: и румбу, и ча-ча-ча, танго, и медленный с венским вальсы, — я думала, что он сейчас меня просто оторвёт, как пушинку, и понесёт.

— Они давно занимаются? — Я ещё не сдавался вовсю душившей меня жабе.

— На два месяца больше нас. Но разница ощутимая — налицо. Он очень хорошо двигается!

И внезапная догадка осенила меня: это был он — тот мачо: «Не как вон тот, Буратино»!..

— Но, — наклонив голову, промолвила Люба, — он очень заносчивый. То у него рука заболела, то нога. В общем, второй час я танцевала одна.

Ну, это немного меняло дело — не всё так плохо, вернее — не такая уж она плохая, чтоб совсем… Гаврила даже духом малость воспрянул!

— А как думаешь — мне, вообще, возможно так научиться танцевать?

— Лёша! Там была одна пара — у них всё в танце двигается! Если бы я на них оглядывалась, так мне вообще бы надо было сидеть, со скамейки даже не вставать! Надо заниматься, и всё получится!

<