Чтение онлайн

«Гарпии» пикировали одна за другой, выстреливая короткими залпами. «Тень» нависала над полем, координируя преследование и обстреливая возможные пути отхода. В небе гремели взрывы — то слева, то справа, с гулом разлетались обломки сосен. Транспорт грохотал, визжал от перегрузки, но держался. Лайлу прижимало к сиденью, Керри сжимал её плечо, пытаясь хоть как-то сохранить равновесие.

Внезапно Лекса резко свернула, и бронемашина вылетела на широкую поляну. В тот же миг прямо перед ними зависла одна из «Гарпий», качаясь в воздухе на гравитационных стабилизаторах.

Лекса вдавила тормоз — машина дернулась и остановилась, зарывшись в мягкую землю. На секунду повисла тишина. Керри тяжело выдохнул:

— Почти получилось…

Не успел он договорить, как с флангов к поляне выскочил один из бронеавтомобилей преследования

Солдаты выпрыгнули, заняли позиции, навели оружие.

— Руки вверх! Всем выйти из машины!

Второй автомобиль всё ещё был в пути. Лекса молча открыла дверь. Керри помог подняться сестре — та едва держалась на ногах, опираясь на него всем телом. Они вышли на середину поляны.

И тут — грохот.

Из-за деревьев ударил шквал огня. Вспышки ослепили на секунду. Сначала загорелась «Гарпия» — закувыркалась и рухнула на землю, взорвавшись при столкновении. Следом, будто по команде, вспыхнула и «Тень», потеряв управление и развалившись в воздухе. Вторая «Гарпия» попыталась набрать высоту, но её догнал снаряд — и она распалась в пылающем огненном шаре.

Солдаты Империи попытались организовать оборону, но нападавшие действовали быстро, точно и без колебаний. Один за другим солдаты падали — кто с простреленной грудью, кто, не успев даже понять, откуда стреляют.

Керри с Лайлой и Лексой отступили ближе к деревьям. Первый бронеавтомобиль преследования опустел — все бойцы были мертвы. Второй, только подбиравшийся к поляне, резко остановился. Мгновение — и он развернулся, удирая прочь, набирая скорость, будто от этого зависела жизнь всего экипажа. И, быть может, так оно и было.

Из леса вышли люди — бойцы, одетые в форму, с оружием наготове. Их было не меньше десятка. Впереди — мужчина с жёстким лицом и бородой, с уверенной походкой командира.

Лекса коротко кивнула и первой подошла к нему.

— Старший лейтенант Сулейманов, — произнесла она, как будто встреча не была неожиданной.

— Лекса, — отозвался он и слегка улыбнулся. — А я уж думал, вы не выберетесь.

Керри, всё ещё поддерживавший сестру, смотрел на происходящее в немом изумлении.

Демон. С огневой поддержкой. И с союзниками.

Он впервые начал понимать: всё, что казалось безнадёжным, теперь изменилось.

Грузовой корабль Обжора медленно приближался к Саэлии. Планета, некогда забытая, теперь заполняла весь обзорный экран, превращаясь из светлого пятна в ярко выраженный шар с бело-золотой поверхностью и буро-коричневыми прожилками древнего ландшафта. Она не казалась мёртвой — скорее, затихшей. Выждавшей. Слишком старой, чтобы радоваться чужому присутствию.

Капитан Касаткин стоял у центральной консоли, не сводя взгляда с экрана. Его мысли вновь возвращались к разговору с капитаном лемурийского боевого корабля Левиафан-2. Помоги узнать, что там. Помоги найти ответ. Отказать он не мог.

После девятитысячелетнего странствия. После сна, проведённого в креокамерах, битв и потерь — лемурийцы заслуживали ответов. И Касаткин собирался их предоставить.

Мир, в который они вернулись, оказался для них чужим. Победа, за которую они отдали жизни и время, обернулась поражением.

Они не нашли ни следов своего народа, ни остатков империи. Только холодный космос и сигнал аварийного маяка, который звал их к Саэлии.

Капитан лемурийского судна обращался к Касаткину не как к союзнику, а как к последней надежде. И капитан Обжоры согласился. Не мог отказать. Если есть шанс найти хотя бы крупицу ответов — игра стоит свеч. Тем более сейчас, когда опасность угрожает всем: и людям, и лемурийцам.

Когда планета подошла достаточно близко и стали различимы очертания ландшафта, экипаж смог рассмотреть кольцевую гряду — горный хребет, образующий правильный, почти идеальный круг диаметром около восьми километров. Внутри не было долины — скорее, обширная впадина с причудливыми выступами скальных пород, гладкими плато и странной геометрией. Это был не просто рельеф. Это было место.

Касаткин вглядывался в этот ландшафт, и внутри него росло странное чувство. Что-то в этой чаше притягивало его — и одновременно отталкивало. Будто сама планета предупреждала: сюда не стоит соваться.

— Интересная штука, эта Саэлия, — произнёс Максудов, перебирая сенсоры. — Климат в пределах нормы. Кислорода маловато. Полезных ископаемых — нет. Планета старая, как космос. Больше миллиона лет без геологических изменений.

— Неудивительно, что никто из корпораций сюда не совался, — откликнулся Касаткин. — И всё же кто-то тут был. И кто-то звал на помощь.

Корабль нырнул сквозь редкие облака и пошёл на посадку. Клубы бело-золотой пыли взметнулись в небо. В кольце гор, словно в древнем амфитеатре, «Обжора» приземлился в самом центре этого круга.

Он сел мягко, почти бесшумно. На несколько мгновений повисла тишина, нарушаемая лишь скрипами стабилизаторов и затухающим гулом двигателей. Пыль ещё не успела осесть — будто сама планета с неохотой приняла чужака.

На капитанском мостике Касаткин склонился над панелью и взглянул на голографическую карту, сверяя координаты сигнала с визуальными данными. Рядом вспыхнули маркеры: ближайшая точка входа, направление — почти строго на юг от центра чаши.

— Тиран, бери команду и оборудование. Точка входа — здесь, — он ткнул пальцем в подсвеченный сектор на экране. — Направление и координаты передам на ваши визоры. Будьте осторожны. Не нравится мне это место… ох, как не нравится.

Тиран лишь коротко кивнул. Манаки что-то пробурчал себе под нос, проверяя комплект сканеров и источников питания. Ибис молча следил за данными, что текли по прозрачному дисплею перед его глазами.

Они были готовы.

Шестеро вышли из шлюза на выжженную поверхность Саэлии, одетые в боевые скафандры Лемурийцев. Воздух был сухой, пыль оседала на броню, превращая их в силуэты призраков. Под ногами — мёртвый хруст крошки и тишина, такая глубокая, что даже ветер казался чужим.

— Вот он, — сказал Манаки, остановившись у плоского, ничем не примечательного участка у подножия скалы. — Вход где-то тут. И это точно не корабль.