Чтение онлайн

Все должны, наконец, увидеть поднимающуюся волну, угрожающее нам бедствие, услышать грохочащий вулкан. И всем следует защищаться от опасности. Еврейский град был бы возвращением к язычеству, даже его усугублением[505].

Однако защитнику истинных отечеств и истинной религии остается еще надежда, надежда на то, что пагубные действия евреев/сионистов вызовут законные «реакции народов»[506], которые евреи обличают как «волны антисемитизма»:

Если из этих очагов [ «отчаяния, анархии и хаоса»] вдруг возникает еврей как их создатель и как наживающийся на них, кто мог бы предсказать результаты подобного открытия, направленные против еврея?[507]

Что важно отметить и что бросает свет на структуризацию воображаемого элемента конспирационистского типа, так это прежде всего следующее: к евреям обращены противоречивые упреки; их обличают как людей, движимых «неумолимым универсализмом», который распыляет их по всем странам, в то же время возмущаются их коммунитарной солидарностью, выражаемой сионистским движением. Мы встречаемсяздесь с ситуацией double bind («двойной связи»): пусть евреи называют себя гражданами мира, космополитами или сионистами, пусть они проявляют себя в качестве граждан, подобных другим гражданам какой-то нации-государства, или в качестве интернационалистов как революционеров, – во всех случаях в разных формах выражается одна и та же их суть, которая заключается в том, чтобы господствовать, и господствовать все сильнее и сильнее. Что бы они ни делали, все, таким образом, сводится к одному и тому же. Второй урок, извлекаемый из такого аргументационного анализа, состоит в следующем: современная конспирационистская юдофобия исходит из предположений о том, что «еврейский национализм» не есть подлинный национализм, что сионизм совершенно отличается от того, за что он себя выдает, прекрасные одежды, в которых выступает сионистское движение, полностью скрывают его настоящее лицо (такими одеждами являются заявления о том, что «еврейский вопрос» будет решен путем строительства еврейского государства-нации, то есть политической нормализации существования евреев). Сионизм является лишь продолжением, под иным названием и с помощью других методов, содержащегося в Талмуде плана достижения мирового господства:

Царь Израильский станет истинным Папой Вселенной, Патриархом международной Церкви[508].

С точки зрения убежденных читателей «Протоколов», сионизм может быть лишь маской, одной из многочисленных масок, под которыми продвигается международное еврейство, конспирируя и властвуя; за спиной сионизма замышляется сионистский заговор. Именно здесь старый стереотип еврея – «врага рода человеческого» – реактивируется путем его включения в современный миф о «всемирном еврейском заговоре»; особенность, или негативная исключительность, еврейского заговора состоит в том, что он направлен на разрушение и покорение всех наций, чтобы позволить своим помощникам выступать одновременно в качестве мирового сверхправительства и новой вселенской Церкви»[509]. Аксиома о заговоре без границ, предложенная «Протоколами», позволяет радикализировать современный политический антисемитизм, демонизируя еврейскую мощь. Определить Израиль или иудео-масонство как «контр-Церковь» означает отождествить его с Сатаной, или с Антихристом, тем же маневром включить антисемитизм в один элемент фантастического, где все страшное и опасное становится возможным, расположить его в пространстве демонологическо-политического, где все антиеврейские формулировки, пусть бредовые, проверены по определению и неопровержимы в принципе. Глобализация «еврейского заговора» обеспечивает максимальную демонизацию евреев. В то же время доктринеры националистического антисемитизма определяют «еврейскую опасность» прежде всего, а иногда исключительно как воплощение «контргосударства», «еврейское золото» в силу еврейской солидарности также делает из Израиля «государство в государстве»[510]. Систематическое использование демаскировки и демистификации характеризует антиеврейский дискурс, просвещенный благодаря теории заговора. Сионизм является лишь видимостью, которую следует разгадать.

VI. На востоке без перемен: маски и лица «Протоколов»

На востоке Европы карьера «Протоколов» не была прервана после поражения белых армий, которые широко использовали данный документ в пропагандистских целях и прочно внедрили в западное общественное мнение стереотип «иудео-большевизма». Сталинский антисемитизм, в том виде, в каком он стал отчетливо проявляться в 30-е гг., предстает в целом ряде отношений как эффеминизированный вариант конспирационистского видения, порожденного «Протоколами»; мы обнаруживаем здесь (особенно с 1948 г.) убеждение в том, что евреи («сионисты», «безродные космополиты», «еврейские националисты-шовинисты», присоединившиеся к троцкистам) плетут козни против «советского народа» и его великого вождя, получая для этого помощь от сил «империализма» и крупных финансистов-«апатридов». В сталинских речах с начала 1930-х гг. обнаруживается парадоксальная формула юдофобии, которая переживет своего изобретателя благодаря тому, что в будущем, после Шестидневной войны (5–10 июня 1967 г.), ее воспримут как «антирасистские» и «антифашистские» левые круги Запада, так и палестинская пропаганда (ее подхватит и пропаганда «прогрессивных» арабских стран); эта формула объединяет осуждение принципа «антисемитизма» (заклейменного Сталиным в 1931 г. как остаток «людоедства») и дьяволизацию «сионизма» (представляемого в качестве «заговора»). В январе 1948 г. в Минске был убит Михоэлс, председатель Еврейского антифашистского комитета, созданного в начале Второй мировой войны; это убийство, в высокой степени символическое, было знаком начала так называемой «антикосмополитической» кампании в последние годы сталинской диктатуры, кампании, направленной в действительности против советских евреев, которые рассматривались в качестве подозрительных элементов[511]. С роспуском Еврейского антифашистского комитета исчезала последняя представительная структура советских евреев, интеллектуальная, литературная и артистическая элита которых была истреблена. Параллельно, вместе с формированием государственного культа, эксплуатировавшего память о «Великой Отечественной войне», становилось официальным молчание вокруг массового участия евреев в войне против нацистов, а также гитлеровского геноцида евреев в Европе. Известно, что кульминацией антисемитской кампании, начатой в 1948 г., было так называемое дело об «убийцах в белых халатах» (врачах-евреях), в котором обвинение в «заговоре» являлось доминирующей темой.

Хотя миф о всемирном еврейском заговоре по-прежнему присутствует в коммунистическом/советском дискурсе при Сталине и после него, он приспосабливается к правилам образования высказываний на «казенном языке». В результате производится, в частности, парадоксальный антисемитизм сугубо советского характера; он состоит в том, чтобы практиковать антисемитизм, одновременно осуждая «расизм и антисемитизм» в соответствии с ритуальной формулой. Ссылка на антирасистскую (следовательно, антиантисемитскую) позицию играет двойную роль – как условия приемлемости атак против евреев (обозначение их с помощью лексических заместителей: «сионисты» или подчеркивание «еврейских» патронимов) и как маскировки антиеврейского видения мира, которое предполагается (евреи – предатели, лицемеры, покорители и т. д.). Этот парадокс является определяющим в современном символическом антисемитизме: производятся и воспроизводятся антиеврейские стереотипы и одновременно «решительно осуждается» антисемитизм (первая фигура парадоксальной юдофобии) или же осуждаются вместе сионизм и антисемитизм (вторая фигура, включающая отождествление сионизма с каким-нибудь демонизированным «-измом», обычно обличаемым в качестве «побочного продукта» антисемитизма).

Каковы бы ни были метаморфозы и контекстуализации мифа, он всегда появляется в форме «сионистского заговора», связанного с «реакционными силами», с «империализмом» или с «шовинизмом». Многочисленные официальные или полуофициальные памфлеты, опубликованные в 1960-е и 1970-е гг., показывают это «антисионистское» перевоплощение сказки о «всемирном еврейском заговоре». Одной из самых типичных в их ряду является книга Трофима Кичко «Иудаизм без прикрас»[512], облаченная в наукообразную одежду, выставляющая напоказ свою коммунистическую ортодоксию. Отвержение иудаизма и сионизма является здесь полным; но наибольшее обличение евреев как эссенциализированной категории (несмотря на некоторые риторические меры предосторожности) достигается главным образом путем использования и реактивации традиционных антиеврейских стереотипов. Призывы к презрению и подстрекательство к ненависти отнюдь не теряют своей ядовитости из-за того, что переносятся и внушаются с помощью намеков, инсинуаций, использования коннотаций и игры недомолвок.

Важно, однако, более специфически рассматривать «антисионистские» реакции в СССР на полную (и неожиданную) израильскую победу, которой завершилась очень короткая – Шестидневная – война (июнь 1967 г.). Спустя два месяца, в августе 1967 Г., правительство Леонида Брежнева развернуло яростную «антисионистскую» кампанию, которая с новой силой возобновилась и радикализировалась после Войны Судного дня в 1973 г., когда Израиль вновь одержал верх над своими врагами. В период с лета 1967 г. и вплоть до окончания 1980-х гг. официальная «антисионистская» пропаганда позволила некоторому количеству писак выпустить множество книг, брошюр и статей, посвященных «сионизму» и «иудаизму»; чаще всего эти издания содержали лишь призывы к ненависти и к дискриминации, опираясь на дьяволизацию «сионистов», распространявшуюся и на «евреев»[513]. До конца 1960-х гг. советская антиеврейская пропаганда слабо отличалась от антииудейской пропаганды, которая сама по себе являлась частью антирелигиозной пропаганды, имевшей весьма официальный характер. По мере вовлечения СССР в израильско-арабский конфликт на стороне арабов советская юдофобия стала постепенно выделяться в общем массиве коммунистической антирелигиозной литературы. Усиление атак против советских евреев, называемых «сионистами», шло в ногу с включением в эти атаки яростного обличения «иудаизма» в качестве религии, культуры и образа мышления. Таким образом, осуществился доктринальный синтез «антииудаистской» пропаганды и «антисионистского дискурса» в конспирационистском стиле, стирающий всякое различие не только между политическим учением и религией, но также между «евреем-сионистом» (определяемым по его убеждениям) и евреем как таковым (определяемым по его происхождению или по его принадлежности)[514]. В своей книге, со значением названной «Иудаизм и сионизм», опубликованной в 1968 г. в Киеве, Кичко клеймит иудаизм как доктрину, проповедующую воровство, предательство и вероломство, а также, конечно, «жгучую» ненависть ко всем народам, но в особенности как доктрину, прописывающую «конечную цель», которая состоит в том, чтобы исполнилось обещание Бога, чтобы весь мир стал принадлежать евреям[515]. Таким образом, мы попадаем в мир «Протоколов» с его воображаемым заговором. В начале августа 1967 г. (менее чем через два месяца после Шестидневной войны) в главных советских региональных газетах появляется статья «Что такое сионизм», означая старт упомянутой выше правительственной кампании. Эта неподписанная статья начиналась с разоблачения в конспирационистском стиле; и в недвусмысленно названной «всемирной сионистской сети» нетрудно было распознать новый вариант «международного еврейского заговора»:

Существует очень широкая сеть сионистских организаций, обладающая общим центром, общей программой, фондами, которые намного превосходят фонды мафии, и активно действующая за кулисами международной сцены. Всемирная сионистская организация состоит из дельцов, искусных в политике, в финансах, в религии и в торговле. Их хорошо замаскированная цель заключается в обогащении любыми способами международной сионистской сети. Обладая неограниченными средствами, сионизм держит под контролем более тысячи газет и журналов в очень многих регионах мира[516].

Будучи еще более пространным, чем Кичко, публицист Лев Корнеев написал в 1970-е гг. множество статей, разоблачающих «сионизм» как оккультное предприятие по овладению миром с помощью шпионажа, продажи оружия, организованного террора, «мира организованной преступности», грабежа, систематического сотрудничества с «реакционными силами» (от нацизма и итальянского фашизма до американского империалистического капитализма). Названия этих статей красноречивы: 5 февраля 1972 г. Корнеев публикует статью под названием «Нацизм Тель-Авива», в мае 1973 г. – «На службе мировой реакции», в январе 1976 г. – «Секретные службы международного сионизма и Государства Израиль», 4 августа 1976 г. – «Грабители и террористы», 16 августа 1976 г. – «Террор – орудие сионизма», 29 января 1977 г. – «Сионистский спрут», 2 февраля 1977 г. – «Торговцы оружием», 20 и 27 августа – «Зловещие тайны сионизма», 16 ноября 1977 г. – «Отравленное оружие сионизма», 21 ноября 1977 г. – «Руководители-гангстеры», 27 декабря 1977 г. – «Правое дело палестинцев», 4 января 1978 г. – «Хозяева и клиенты индустрии смерти», в апреле 1978 г. – «Тайная война сионизма»[517]. В своей статье о «зловещих тайнах сионизма» (август 1977 г.) Корнеев говорит, например, как об исторической истине о тесном сотрудничестве между «сионистами» и нацистами. Он утверждает:

Значительное число банков и монополий, обосновавшихся в капиталистических странах – в частности, в Соединенных Штатах, – известных тем, что они постоянно финансировали международный сионизм или же косвенно были связаны с сионизмом и составляли часть системы просионистского капитала, оказали поддержку нацистам и сотрудничали с ними как до взятия власти в Германии, так и в тот момент, когда гитлеровцы готовились к мировой войне[518].

Желание разоблачить «международный сионизм», сведя его к преступному предприятию, вошедшему в соглашение с нацизмом на основе идеологической близости (общий «расизм»), проявляется в следующем пассаже еще одной статьи коммунистического пропагандиста, появившейся в июле 1978 г.:

Государство Израиль было создано тридцать лет назад по решению Организации Объединенных Наций. В этот период сионисты, спекулируя на страданиях миллионов евреев во время войны, снова облачились в тогу спасителей евреев. Мир еще не знал, что еврейские миллиардеры помогли выкормить нацистское чудовище, что сионистские руководители были сообщниками нацистов и приняли участие в их преступлениях. Но ни одну тайну нельзя бесконечно скрывать[519].

В 1980-е гг. даже у ультранационалистов и антисемитов без прикрас из общества «Память» (созданного первоначально для спасения русского художественного и культурного наследия) мы обнаруживаем некоторые методы маскировки и запутывания, ритуализированные символическим антисемитизмом сталинского и брежневского типа (разоблачение «сионизма»).