Чтение онлайн

– Да, я довольно азартен...
– протянул он, с удивлением вглядываясь в меня. В красивых глазах просыпался интерес, словно я только что сказала нечто неожиданно умное.
– Это настолько заметно?..

Я пожала плечами, и поморщилась - перевязанные ребра тут же отозвались болью. Честно признаться, я не собиралась вызывать эльфа на откровения, и в моих словах не таилось никакого глубинного смысла, обычная подначка. Но Геллен услышал в них что-то свое, и наша беседа вдруг сделала неожиданный поворот.

– Я совершал... "опрометчивые" поступки.
– через силу признал он, и отвернулся.
– Некоторые из них непоправимы, и я не знаю, что теперь делать с последствиями.

Горечь, прозвучавшая в голосе, вызвала прилив жалости. Что бы там ни имелось в виду, он сильно переживал, и я не могла не посочувствовать его терзаниям.

– Поэтому ты тут?
– интуитивно догадалась, наклонилась, открыто заглядывая ему в лицо.
– Ты ищешь решение?

– Непоправимые, Элирен.
– напомнил он, более не отворачиваясь, каменея от внутренней борьбы.
– Решение изначально было неверным. И то, что случайно никто не... умер, ничего не меняет.

– Если никто не умер, тогда надежда есть!
– с энтузиазмом возразила, потянулась и погладила его по плечу.

Возможно, не следовало настолько уж фамильярничать, но порыв был искренним, и он, похоже, меня понял. Глянул задумчиво из-под длинных ресниц, и покачал головой.

– Иногда ты поражаешь меня проницательностью, а иногда ставишь в тупик крайней наивностью. Причем тут надежда?

– Притом, что непоправима только смерть!
– назидательно произнесла, пытаясь вспомнить, как эта фраза звучала полностью в устах Рэма.

– Не всегда.

– Да ну?

– Да. Есть много непоправимых поступков на свете. Твое счастье, если ты ничего о них не знаешь!

– О, ну тогда удиви меня!..
– обиделась на покровительственно-небрежный тон, Геллен вновь быстро глянул из-под ресниц, и отвернулся.
– Давай-давай, объясни ограниченной смертной, что такого ужасного может совершить эйльфлёр, чего нельзя было бы исправить за долгие годы! Знаешь, когда впереди почти вечность, в "непоправимость" как-то слабо верится!

– Это потому, что ты...
– начал, было, он запальчиво, но оборвал сам себя, словно подумал еще раз, и решил промолчать.

Я не собиралась сдаваться, продолжала требовательно смотреть в упор. Довольно долго он сидел неподвижно, покусывая губы и не поднимая взгляд, но в какой-то момент плечи эльфа расслабились, он выпрямился, и с известной долей ехидства усмехнулся.

– Я опять подставился, да? Знаешь, это даже забавно!..
– признался легко, поигрывая тонким прутиком.
– Именно ты, именно сейчас... но, почему бы и нет?.. Я слишком часто промахиваюсь в последние дни, Элирен.

– Ну, это со всеми случается...
– осторожно напомнила, гадая, что может иметься в виду.

– Со мной - нет. Я хоть и молод, но давно на границе. Я попал на нее намного раньше сверстников, так сложилось. Опыт защитника, умение действовать быстро и без колебаний не раз спасали меня от ошибок, а последнюю сотню лет я вообще ни разу не споткнулся. И вдруг!..
– он прищелкнул пальцами, я вздрогнула.
– Словно мгновенно что-то изменилось в мире. Я промахиваюсь раз за разом. Это так... раздражает!..

– Хм. Ну, и причем тут "непоправимость"?

– Все взаимосвязано. Однажды я посчитал, что некое... обстоятельство, очень сильно мешает тому, кого я люблю. Он не просил помощи, но я... я стремился оградить его, и поторопился. Это был первый промах, я сделал неверные выводы, но понял свою ошибку слишком поздно. А тогда... ослепленный гордыней, я тут же попытался это обстоятельство устранить, оно казалось настолько нелепым и малозначительным, что я даже не дал себе труд поразмыслить над очевидным! Но я вновь промахнулся, я не предусмотрел некие... особенности, и мои замыслы не сбылись.

– Так ведь не сбылись же?..
– осторожно спросила, когда он вновь надолго замолк.

– Иногда это неважно...
– тихо возразил эльф.
– Запрет нарушен, для нас это... немыслимо. Это недопустимо, это преступление, самое тяжкое и непростительное, какое только можно вообразить. И еще ложь, и предательство. Вначале я думал, что избирая путь обмана, я хотя бы смогу не предавать других, доверивших мне свои тревоги. Но чем дальше, тем яснее вижу, что выхода нет, мне придется их предать... если бы только мне позволили уйти молча!.. Надеюсь, будет именно так!
– совсем беззвучно закончил он.

Я поежилась. Откровения Геллена настораживали, я совершенно ничего не поняла из его объяснений, и эльф наверняка знал, что я не понимаю. Но ему необходимо было выговориться. Выслушать пугающие тайны - самое малое, чем я могла помочь сейчас.

Он тряхнул головой, словно сбрасывая гнетущие мысли, и улыбнулся минимальнейшей из своих улыбок.

– Ты такая чуткая, Элирен, благодарю за понимание!

Я смутилась.

– Вы так категоричны, эйльфлёр!..
– произнесла вслух, раз уж все равно эльф уловил мои страхи.
– Но я по-прежнему надеюсь, что ты найдешь верный выход. Ты умный, честный, храбрый... ты сумеешь все уладить наилучшим образом.

Геленн запрокинул голову и расхохотался.

– Ты... неподражаема!..
– с искренним восхищением признал он, отсмеявшись.
– Ты, действительно, уникальна. Спасибо, Элирен. Мне не страшно, ну, не настолько страшно, как можно подумать, я готов к последствиям. Но твоя поддержка очень трогательна, я искренне благодарен! Тем более, что совершенно ее не заслуживаю. Расплату я бы принял, но чувствую, что одной расплаты недостаточно. Я должен... не исправить, конечно, исправить ничего уже нельзя, но как-то загладить, что ли, совершенную несправедливость. Перевесить ее другими делами. Ты понимаешь?..

– Наверное, нет.
– призналась честно.

– Наверное, и к лучшему...
– очень тихо прошептал он.

Я вообще запуталась, и пожалела, что завела пугающий разговор. Пытаясь отвлечь его от тяжелых раздумий, спросила первое, что пришло в голову:

– Так почему ты здесь, Геллен? Разве твой дом не в Запретном лесу?

Он чуть улыбнулся моей наивности, усилием воли прогоняя тяжелые мысли, ответил с легким намеком: